Страница 73 из 119
***
Олиф открыла глаза. Первые несколько секунд блаженства сменились жуткими ощущениями во всем теле. Лежать на полу было холодно, очень холодно. Левый бок, давно не видевший, как мягкой перины, так и жестких каменных плит, протестующе ныл. Шея затекла, так же, как и левая рука, но Олиф вставать не спешила. Не то чтобы ей так нравилось себя мучить, у нее просто не было сил. Все они куда-то делись, испарились так быстро, она и опомниться не успела. Столько дней прошло, и она все держалась, а тут вот, хватило всего лишь одного вида крови, чтобы сломаться.
- Ты стала чаще дышать, - голос Лекса звучал отдаленно, словно в бреду.
Олиф чуть повернула голову, чтобы хоть немного размять шею.
- Это плохо?
- Может быть.
Наверное, это выглядело странно. Темница, окрашенная в темно-зеленый свет, камера, в которой, привалившись к стене, сидел истекший кровью мужчина, и рядом девушка, лежащая на одном боку, не в силах повернуться.
- Так и будешь там лежать? - нарушил молчание Лекс.
- Да...
- Неужели ты настолько боишься крови, что даже встать не можешь?
- Я не знаю, - голос у нее стал каким-то сиплым.
Повисла тишина. Краем уха Олиф услышала небольшое копошение в камере.
- Ты в порядке? - Вопрос застал ее врасплох. В порядке ли она? Вроде бы отвечала уже.
- Я не знаю.
- Олиф, - показалось, или в его голосе промелькнуло беспокойство? - сядь хотя бы.
- Зачем?
- Замерзнешь. - Врет. По голосу слышно, что врет.
- Не хочу.
- Эй, слышишь меня? - нет, точно беспокойство. Ей было почти приятно, потому что заставить его беспокоиться еще нужно было постараться. - Садись.
- Нет, мне и так хорошо.
Вновь послышалось копошение, что-то задело решетку, раздался свербящий звук и ругательство Лекса.
- Олиф, послушай, пол холодный, тут полно всякой заразы. Будет здорово, если ты...
- Не надо со мной, как с сумасшедшей. Я не спятила.
- Давай ты сядешь, так будет удобнее разговаривать.
Лекс с такой настойчивостью просил ее сесть, что это заставило девушку насторожиться. Но садиться она не собиралась, хотя бы потому, что это требовало слишком много сил. Все, что получилось - это вытащить руку из-под тощего тела.
- Я не хочу разговаривать.
- Ладно, а что ты хочешь?
- Ничего не хочу.
- Олиф, сядь пожалуйста.
Пожалуйста? Он сказал "пожалуйста"?! Не поверив собственным ушам, она перевернулась на другой бок. Мужчина выдохнул - не шибко много, но хоть чего-то он смог добиться.
- Я не хочу садиться. Я вообще ничего не хочу. - Она посмотрела на него с сожалением. Олиф искренне сожалела, что попала сюда. Все-таки даже в пустыне у нее были силы встать.
- Слушай, я знаю, что ты чувствуешь. Давай так: ты сейчас сядешь и расскажешь, что тебя мучает, ладно?
- Ничего меня не мучает. И вообще, с чего вдруг такой тон?
- А с чего вдруг такое поведение?
- Да потому что... потому что... я устала. Я больше не могу. Все, все, кто меня тут окружают - чокнутые. Я тоже стану, как они, да? Или уже стала? - Девушка вдруг с неподдельным ужасом посмотрела на мужчину. - Я спятила?
- Нет, что ты, нет, - заверил ее Лекс.
- Тогда почему ты со мной разговариваешь, как с сумасшедшей?
- Если бы ты была сумасшедшей, я бы с тобой не разговаривал, - резонно заметил мужчина.
Немного поразмыслив, Олиф поняла, что в его словах есть смысл. Лекс не из тех, кто будет церемониться с кем-то.
- Значит, все впереди. Потому что это сильнее нас. Я уже чувствую, что со мной что-то не так... люди в здравом уме никогда не станут так рисковать. А я только и делаю, что рискую.
- У тебя тут остались дорогие тебе люди? - поднял бровь мужчина.
Девушка на секунду замолчала. Если бы кто знал, каких усилий ей стоило удержать в себе губительное "да".
- Нет.
- Тогда тебе и терять нечего. А когда нечего терять, мы все рискуем. И я тоже рискую, постоянно.
- Сравнил, - буркнула Олиф. - Тебе рисковать легче.
- Почему? - слегка удивился Лекс.
- Потому что ты сильный.
- Ты тоже сильная. - Нет, тут определенно что-то не так! Но что именно, она не горела желанием узнать. Разговаривают друг с другом, и ладно. Если учесть, что скоро Ринслер обо всем узнает, то это даже, скорее, роскошь.
- Мне тяжело, очень тяжело, - призналась Олиф.
- Всем тяжело, - заметил Лекс.
Девушка чуть повернула голову, коснулась кончиком носа холодного пола. В пустыне, когда она лежала на горячем песке, ей было ясно, что это конец. Она, наверное, даже смирилась со смертью. Но нет, ей дали еще один шанс. Когда она попала сюда, к Песчаникам, и сидела в темнице, ей тоже казалось, что конец близок. Но она смогла продержаться еще. Теперь же конец выглядел более реальным и естественным: он будет не быстрым. Никто не даст ей умереть мгновенно. Ринслер будет зол, уж она-то это знает точно. Но самое страшное было в том, что решившись помочь Лексу, она все равно поставила его под удар. Хотя, кто знает, сколько еще ему тут оставалось. Вернее, им всем.
- Он снится мне, - выдавила Олиф.
- Кто?
- Перводружинник. Ты был прав, они приходят во сне.
- Это пройдет, - попытался успокоить ее мужчина. Впервые за долгое время, ему стало жаль, что тогда, в пустыне, он так резко вывалил на нее всю жестокую правду.
- Нет, - покачала головой девушка. - Это пройдет только если отключить все чувства, а я так не могу.
- И не отключай, просто смирись.
- Ты смог с этим смириться?
- Да, - покривил душой Лекс, и добавил: - Давай ты сядешь, ладно? Я ведь серьезно на счет заразы.
- Ну ты-то там сидишь.
- А ты лежишь, поэтому лучше сядь.
Олиф подняла взгляд на Лекса. Тот расположился прямо рядом с решетками и пристально разглядывал ее. Некоторое время она не двигалась, а затем нехотя приподнялась на руках.
- Давай-давай, - "подбодрил" ее мужчина.
Во всем теле ощущалась жгучая слабость, руки не держали. Кое-как Олиф удалось сесть, а вот пододвинуться к стенке оказалось еще сложнее. Пришлось напрягаться сильнее. Ей казалось, что она совершает какой-то невиданный по сложности поступок, хотя просто напросто прижалась к стене. Облегченно коснулась головой холодных камней.
- Молодец, - похвалил Лекс. - теперь рассказывай.
- Что рассказывать? - не поняла Олиф.
- Не знаю, что хочешь.
- Зачем?
- Когда такое наступает, нужно поговорить, - устало пояснил мужчина.
- Какое - такое?
- Не знаю, как тебе сказать, чтобы ты не взъелась.
- Скажи, как есть, - насторожилась девушка.
- Истерика.
- Я не истеричка! - тут же воскликнула Олиф.
- Я разве сказал "истеричка"? У каждого такое случается, надо просто пережить.
- А ты откуда знаешь?
- Плебейка, - усмехнулся Лекс, - ты разве не заметила, что я знаю намного больше тебя?
Олиф вздохнула. Она привыкла к тому, что он действительно знает больше. А еще она привыкла к постоянным насмешкам, издевкам и глумлениям, поэтому разговаривать с ним вот так вот, по-простому, как нормальные люди, было очень странно.
- Когда мы встретились в пустыне, - со вздохом начала Олиф, - я думала, что вот-вот умру. Хэнк пропал, и я осталась одна. А одной в пустыне не выжить. Мне казалось, что все - вот он конец. Солнце, пески и жуткий холод по ночам... но почему-то смерть все не шла. Ни когда на нас напали разбойники, ни когда я попала к Песчаникам, ни когда нарвалась на Ринслера...
- Что? - удивленно перебил Лекс. - Нарвалась на Ринслера?
- Э-э... - девушка поняла, что сболтнула лишнего, - это долгая история.
- Ничего страшного, времени полно, - голос мужчины прозвучал очень напряженно.