Страница 68 из 119
- Нравится? - с горькой усмешкой спросил Лекс.
Олиф не ответила. Секунду поколебавшись, она сорвала со стены светожела и поднесла его прямо к ране. Ей казалось, что за этим последует возмущенный писк слизистого зверька, но тот, как обычно, не подавал признаков жизни.
Её опасения не подтвердились. Грязь попала в саму рану, и, похоже, еще не добралась до крови. Во всяком случае, вены не взбухли, а это давало надежду.
- Что ты там делаешь? - с сомнением спросил Лекс. - Решила мне спину поджарить?
- Они не горячие, - покачала головой девушка, рассматривая зеленую слизь в руках.
Мужчина повернулся.
- И не противно было? - намек был очевиден. Вообще, Лекс всегда считал, что девушки ненавидят всякую гадость.
- Нет, они милые.
- О да, в жизни не видел созданий милее. Зачем ты его взяла?
- Проверяла кое-что, - уклончиво ответила Олиф.
- Только не говори мне, что у тебя снова появилась гениальная идея.
- Да, ведь рана только...
- Олиф, - прервал ее мужчина, впервые, наверное, назвав по имени, - прекрати. Я не шучу. Хватит. Ты видела рану? Видела. С этим уже ничего не сделаешь. Ни-че-го, поняла меня? Все.
- Но ведь...
- Все! Это не обсуждается.
- Нет, обсуждается! - возразила девушка, понимая, что еще ни разу в жизни за один разговор никому столько не возражала. - Рана пока только гноится!
- Да что ты? - издевательски изумился Лекс. - По-твоему - это еще ничего?
- Во всяком случае, заражения крови нет. А гной можно срезать.
- Я бы восхитился твоему остроумию, но, прости, скулы болят. Прежде, чем срезать гной, нужно убедиться, что туда не попадет новая инфекция.
- Значит, промоем рану!
Олиф понимала, что затхлая, грязная камера - не лучшее место, чтобы поиграть в лекаря, но отступать она не собиралась. Во всяком случае, потому, что просто не сможет уйти отсюда со словами: "Ну что ж, дружок, покойся с миром!". Совесть не позволит.
- Чем ты собралась ее промывать?
- Водой!
- Водой? - удивленно переспросил мужчина и расхохотался. - Серьезно? Дорогуша, вода здесь не поможет, только чистый спирт.
- Ладно! - зло согласилась Олиф. - Промоем спиртом и срежем гной!
- Предположим, так. Дальше ты что будешь делать?
Лекс спорил неохотно. Даже не спорил, а просто пытался доказать, что все надежды глупой девчонки бесполезны.
- Перевяжу рану.
- А кровь не остановится. Повязка, вернее, прогнившая тряпка, которую ты и достать-то не сможешь, пропитается насквозь. Надо будет менять. Спирт, который ты тоже, кстати, не сможешь достать, испарится. Новое заражение, новый гной, и все по-новому?
- Ладно, я не перевяжу рану, - проворчала в ответ девушка. - Что нужно будет делать дальше?
- Зашивать.
- Зашивать?
- Да, зашивать. Ниткой и иголкой. Причем прочной, чтобы концы раны не разошлись.
- Ладно, - кивнула Олиф. - Значит, зашьем.
- Кто зашьет? - усмехнулся Лекс. - Ты?
- Да, я.
- Напомнить тебе, как ты валялась в обмороке от вида... эм... своей крови?
- Я не валялась, - оскорбилась девушка.
- Да? А кто съезжал по дереву и умолял: "Ах, Лекс, ты такой сильный, спаси меня, я умираю"?
- Я сейчас снова тресну тебя ногой!
- И снова промажешь. У тебя, по-моему, в ушах вообще две огромные дырки.
Лекс понял, что стоять больше уже не может - сил нет. Он прислонился к стене, и аккуратно сел, стараясь не касаться ее раненным плечом. Но, как всегда, не смог.
- У меня нормальные уши!
- Учил-учил тебя защищаться, а ты даже дотянуться ногой до меня не можешь.
- Зато могу рукой! - Олиф присела, вплотную прислонилась к решетке и просунула туда руку, чтобы треснуть этого гада по шее. Лекс, как ни в чем не бывало, чуть отклонился в сторону, и ладошка девушки рассекла воздух.
- Ничему тебя жизнь не учит, - вздохнул он.
- Однако не я сижу в камере, - съязвила в ответ девушка.
- Тебя просто пожалели, - "сочувствующе" посмотрел на нее мужчина.
- За что?
- Ну представь, любого человека совесть сожрет, если он такую костлявую особь в камеру посадит.
- Я не костлявая, - обиделась Олиф.
- Да ты посмотри на себя, кожа да кости. Ты вообще ешь? Я тебе честно скажу: нас, мужчин, не слишком привлекают живые скелеты.
- А ты... да знаешь что...! А нас вообще не привлекают такие гадкие мужики!
- Да ну? Что же ты тогда здесь делаешь? - поднял бровь Лекс.
- Долг свой возвращаю, - коротко ответила Олиф.
- Какой еще долг? - насторожился мужчина.
Девушка в ответ лишь пожала плечами, взяла пустую тарелку и поднялась.
- Мне пора. Стражники наверняка уже что-то заподозрили.
Она быстренько развернулась и взбежала по ступенькам наверх, пока Лекс не начал задавать новых вопросов. Пускай помучается.
Стражники на входе, вопросов не задавали вообще. Только ухмыльнулись какой-то похабной улыбочкой. Олиф недоуменно на них покосилась и быстренько прошмыгнула в спасительную темноту. Только спустя несколько минут до нее дошла причина таких взглядов. Олиф представила себе ту самую картину, о которой подумали стражники, объясняя этим очевидный факт задержки, да еще и жуткой растрепанности девчонки, и ее передернуло. Она с Лексом?! Ни-за-что! Наверное, пока он был Перводружинником, его вообще все девушки стороной обходили - с таким-то мерзким характером!
***
День у Ринслера выдался тяжелым. Почему-то больше всего он любил устраивать расследования, организовывать слежку, сопоставлять факты. Это была его стезя, здесь он чувствовал себя, как рыба в воде. Однако было в этом кое-что неприятное, то, чего он не любил больше всего. Ринслер ненавидел проводить допросы. Чем это объяснить, он не знал, просто терпеть не мог это дело. Строить из себя кого-то.
- Это все? - холодно спросил он.
"Да", - ответил Кнут.
- Ты уверен? Если не хочешь встретиться с Хозяином, лучше выкладывай все, как есть.
"Я уже сказал все, что знаю. Больше она мне ничего не говорила".
Мужчина наклонился к змею так, чтобы тот хорошенько расслышал его сдержанную интонацию и понял, что оплошал.
- Кнут, я, кажется, просил разговорить ее. Узнать привычки, знакомых. А ты что? Я не пойму, приказы у тебя нынче не в моде? Это Макс будет с тобой нежиться, но ты не забывай, где находишься.
"Если бы она врала, я бы понял. Она действительно хорошая и главное - не сумасшедшая".
- Да что ты? Она тебе так понравилась?
"Нет. Я просто говорю то, что вижу".
- И видишь мелкую глупую девчонку.
"Нет, - высунул язык змей, - не глупую".
- Меня не волнуют твои доводы. Мне нужна информация, Кнут.
Ринслер раздраженно сжал кулаки и обвел фигуру животного злым взглядом.
- Тебе было поручено важное задание. Поздравляю с грандиозным провалом. Отдыхай, дружок, - последнее слово было сказано таким тоном, что выглядело скорее, как оскорбление.
Мужчина развернулся и вышел из загонов, задев плечом удивленного Макса. Тот, как только увидел грозную удаляющуюся фигуру воина, тут же кинулся успокаивать бедного разнервничавшегося Кнутика.
Ринслер тем временем вернулся в свою комнату, где его уже ждала Рэй.
- Можешь возвращаться к подружкам.
- Котенок сегодня не в настроении? - надула губки "лапочка".
- Я же сказал, - резко гаркнул он, - никаких прозвищ!
Улыбка медленно сползла с лица девушки. Действительно, не в настроении.
- Конечно, прости.
Она встала с кровати, натянула шелковый пеньюар и медленно подошла к серванту.
- Виски? - предложила осторожно, чтобы не разозлить его еще больше.