Страница 4 из 52
— Моим Темным Ангелам не требуется помощь, нам нужна только информация, — Артемий постучал пальцем по карте, светившейся на экране. — Вот эта река Иммен. Не она ли — причина ваших внутренних беспорядков? Смут в трущобах?
— Безусловно, — ответил полковник. — Во время засухи город снабжает водой только река. У нас повсюду расположены глубокие колодцы, которые сохраняют запас воды. Многие почитают реку священной.
— Терпимо ли относится к подобным верованиям инквизитор и здешняя миссия?
Заговорил комиссар Брантин:
— Почитание реки они полагают безвредным. Вернее, во время перехода к Имперскому господству Экклезиархия сочла его безвредным.
— Во время перехода?..
— Флот эксплораторов заново открыл Кордассу только двести лет назад, — пояснил Брантин. — Чтобы не провоцировать гражданскую войну, Адептус Терра постановили, что процесс возвращения Кордассы в лоно Империума должен проходить постепенно. Поэтому пользующихся уважением местных мужей избрали временно исполняющими обязанности правительства.
Артемий поднял бровь. Обычно в Империуме такая терпимость встречалась крайне редко. Тем не менее здесь, в зоне Гало, где присутствие Империума было минимальным, подобные подходы казались весьма мудрыми.
— А сейчас река забирает жизни вместо того, чтобы их поддерживать?
— Так и есть, — согласился полковник. — У людей в течение стандартной недели проявляются симптомы чумы: мокнущие болячки, жирные белые личинки в пустулах, под конец — некроз мышц. Ужасное зрелище, перед едой на такое смотреть не стоит. Не успели мы сообразить, в чем дело, — как тысячи жителей уже заразились.
— Местная миссионария сообщила нам о первых случаях болезни, — добавил комиссар. — Теперь, как вы уже могли видеть, городские колодцы и русло реки огорожены колючей проволокой. Имперским указом запрещено пить речную воду. Отряды Прето Скала постоянно патрулируют территорию, но их удручающе мало. Тех, кто по-настоящему отчаялся, не останавливает даже угроза смертной казни. Сразу по прибытии ваши люди помогли уже претосам, верно? В стычке с Детьми Милосердного Бога?
— Да, мне сказали, что этот культ называется именно так, — кивнул Артемий.
— Псы, погрязшие в ереси, — зло выругался полковник. — Они всюду трубят, что их не берет чума, и горожане стекаются к ним. Они вербуют отчаявшихся, измотанных жаждой людей, нападают на патрули претосов и распространяют ересь по всему городу.
— Они на самом деле неуязвимы? — спросил Артемий.
— В этом-то и дело! Мы провели вскрытие сотен тел еретиков, но всё напрасно. К биологии их неуязвимость не имеет никакого отношения.
— Но должен же у них быть отличительный знак, — заметил Артемий. — Какой-нибудь символ? Или, быть может, клеймо?
— Да, — ответил полковник. — Они клеймят всех, кто присоединяется к культу.
— Опишите мне его.
— Это выжженный на груди, плече или бедре круг, пронзенный заостренными спицами, которые расходятся из центра. Когда смотришь, тошнит от одного только его вида.
— И неудивительно, — согласился Артемий. — Ибо это наиболее скверный из всех знаков, самая мерзостная метка нечисти. Звезда Хаоса — антитезис всему, за что борется Империум.
— Разрази их Император! — взревел комиссар Брантин. — Дети Милосердного Бога поклоняются демонам?
— Они купили неуязвимость, — пояснил Артемий, — ценой собственных бессмертных душ. Слуги Хаоса мастерски используют обострение кризиса в своих целях. Ведь это так просто — обращать отчаявшихся. Расскажите мне, откуда берет начало река.
— Ее воды текут с Дхаргийской возвышенности вниз, к городу Маракроссу, — ответил комиссар Брантин и ткнул в экран, показывая на карте место к северо-востоку от Скалы.
— Маракросс… — повторил Артемий.
«Все так, как ты говорил, брат-кодиций».
— Это самые новые карты, которые нам передал с орбиты боевой флот Горгорус, — сказал капитан ут-Халарр. — Вы можете видеть, что по своему расположению Маракросс — уникальный город. Он стоит вокруг искусственного озера у подножия массивной арочной плотины, в висячей долине, вот этот полукруг на краю плато.
— Не шаткое ли у города положение? Наверняка можно сломать плотину и уничтожить расположенные там силы.
— Так-то оно так, только плотина — слишком прочное сооружение. Она выстроена с расчетом на невероятное давление. У Гвардии Кордассы нет ничего, что могло бы ее обрушить. Кроме того, чтобы подобраться к ней, нужно захватить город. Капеллан-дознаватель, история войн планеты Кордасса впечатляет. Наши города долговечны. И Маракросс тому наиболее совершенный пример.
Артемий внимательно изучил сделанный с орбиты снимок. Маракросс в самом деле производил впечатление — и оборонительными свойствами местности, и инженерными сооружениями. Город приютился в изгибе нагорья. С двух сторон его защищали высокие утесы. Сзади возвышалась плотина, которая протянулась на всю высоту плато. Спереди город был отгорожен стеной, не уступающей фортификациям самой Скалы. Река Иммен низвергалась из стоков плотины, текла по каналам города, затем проходила через систему шлюзов.
— Какова высота плато? — спросил Артемий.
Ему ответил комиссар:
— Над равнинами оно поднимается почти на два километра.
— Вы пробовали напасть с воздуха?
— Сначала — да. Сейчас у нас нет таких возможностей. Нынче мы стянули все силы к линии фронта. В основном мы полагаемся на сухопутные войска. Кроме того, если хорошенько присмотреться, то можно увидеть: как только еретики захватили город, они укрепили оборонительные сооружения. Тяжелые болтеры, лазерные пушки, противовоздушная артиллерия — они стянули в Маракросс оружие со всей планеты. Вопреки своему безумию, псы отлично подготовились.
«За оккупацией Маракросса стоят не только еретики. Корвус, пока твои предсказания оправдываются самым удивительным образом. Интересно, где скрывается то, чего ты не смог разглядеть?»
— Итак, плотину слабым местом не назовешь. Вы запрашивали орбитальный удар по самому городу?
— Первое время нет, — ответил полковник. — Мы надеялись взять Маракросс невредимым. Но вскоре это стало невозможно — на наши границы наседали, и чума косила наши полки. Когда мы наконец запросили тактический удар, Имперский Флот ответил отказом. Причем никто не соизволил обосновать отказ.
«Вот вам влияние инквизитора Хейрона в действии. Чего он добивается в случае с Маракроссом? Он мог бы покончить с чумой одним ударом».
— Ваши воды оскверняет сила Хаоса, — заявил Артемий. — Сейчас еретики ощущают себя в полной безопасности, сидят в Маракроссе и раньше времени празднуют победу над этим миром. С мизерными поставками воды от боевого флота Горгорус вам едва ли удастся пережить грядущую осаду. Если падет столица, та же участь ожидает космодром. А погибнет космодром — планета пропала.
Артемий перевел взгляд на комиссара:
— Вы понимаете, что это значит, учитывая, что основная инстанция, утверждающая решения здесь, — Инквизиция? Удачно, что моя цель также находится в Маракроссе. — Тут Артемий снова посмотрел на полковника Кордассы и продолжил: — Может статься, что Темные Ангелы в ходе операции покончат с вашей чумой.
Ут-Халарр склонился перед огромным космодесантником:
— Если вам что-нибудь потребуется, скажите — и я постараюсь вам помочь.
В глазах военного светилась надежда.
«Пропади она пропадом, твоя надежда, гвардеец, — подумал Артемий. — Если на то будет воля Императора, то я преуспею в своих замыслах, а вместе с этим придет конец чуме. Ничто не отвлечет меня от охоты».
— Вы можете сделать две вещи, — сказал он вслух. — Только две. Во-первых, я бы хотел, чтобы все карты и прочую информацию по Маракроссу скопировали мне на инфопланшет, сейчас же.
Полковник ут-Халарр кивнул в знак согласия.
— А во-вторых? — спросил комиссар Брантин.
Артемий нахмурился.
— Держите этого проклятого инквизитора подальше от меня.
Почти весь день два бронетранспортера «Носорог» резво катили по твердой пыльной равнине Альхааль в верховье реки Иммен. Они проезжали мимо туш громадных брюхоногих — местных сухопутных моллюсков с раковинами величиной с дом, не желавших пить ядовитую воду из ближайшей реки и умерших от жажды.