Ходячая катастрофа

“Трэвис Мэддокс.”

Голос, которым я это сказал, был максимально низким и угрожающим.

Глаза Итана расширились, и он неуверенно убрал руку.

“Трэвис Мэддокс?”

Я положил руку на стойку за спиной Эбби.

“Да, и что?”

“Я видел, как ты дрался с Шоном Смитом в прошлом году, чувак. Думал, что стану свидетелем чей-то смерти!”

Мои глаза сузились, а челюсти сжались.

“Ты хочешь увидеть это снова?”

Итан издал смешок, его взгляд заметался между нами. Когда он понял, что я не шучу, то сконфуженно улыбнулся Эбби и смылся.

“Теперь готова?” огрызнулся он.

“Какой же ты мудак!”

“Меня называли и похуже,” я протянул ей руку, и она взяла ее, позволяя мне помочь встать ей со стула. Сама она была слишком пьяна, чтобы сделать это самостоятельно.

Громко свистнув, я просигнализировал Шепли, который, увидев выражение моего лица, мгновенно понял, что пора уходить.

Используя плечо, чтобы протолкнуться сквозь толпу, я, просто чтобы выпустить пар, без сожаления сбил с ног несколько человек, в то время как Шепли шел впереди нас, не прекращая следить за мной.

Выбравшись, я взял Эбби за руку, но она отдернула ее. Я обернулся и крикнул ей в лицо.

“Мне стоит просто поцеловать тебя и покончить с этим! Ты ведешь себя нелепо! Я поцеловал тебя в шею, и что в этом такого?!”

Эбби отклонилась, но это не создало между нами большого пространства, и тогда она оттолкнула меня. В независимости от того, каким взбесившимся я был, она не боялась. Это было даже привлекательно.

“Я тебе не подружка для секса, Трэвис!”

Я ошеломленно покачал головой. Если и был еще какой-нибудь способ убедить ее оставить эту мысль, то я не знал его. Она была для меня особенной с той самый секунды, когда я увидел ее, и я старался доказать ей это каждый раз, когда выдавалась такая возможность.

Как еще я мог донести это до нее? Насколько иным должно было быть мое поведение с ней?

“Я никогда не говорил про тебя такого. Мы вместе двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю, ты спишь в моей кровати, но в остальное время ведешь себя так, словно не хочешь, чтобы нас видели вместе!”

“Я пришла сюда с тобой!”

“Гулька, я всегда относился к тебе лишь с уважением.”

“Нет, как к своей собственности. Ты не имел никакого права так отпугивать Итана!”

“Ты знаешь, кто такой этот Итан?” когда она покачала головой, я приблизился к ней. “А я знаю. В прошлом году его арестовали за сексуальное насилие, но потом с него сняли обвинения.”

Она скрестила руки на груди.

“О, так у вас есть кое-что общее.”

Перед глазами возникла красная пелена, и в ту же секунду во мне поднялась ярость. Я глубоко вздохнул, пытаясь прийти в себя.

“Ты назвала меня насильником?”

Эбби ненадолго задумалась, и ее сомнение растопили всю мою злость. Она была единственной, кто мог так влиять на меня. В любой другой раз, когда я злился, я обязательно что-нибудь или кого-нибудь избивал.

Я никогда не бил женщину, но наверняка не пожалел бы грузовика, стоявшего возле нас.

“Нет, я просто зла на тебя!” сказала она, поджав губы.

“Я выпил, понятно? Твоя кожа была слишком близко. Ты красивая и так восхитительно пахнешь, когда потеешь. Я поцеловал тебя! Извини! Можешь расслабиться!”

Мой ответ заставил ее остановиться, и уголки ее рта приподнялись.

“Ты считаешь меня красивой?”

Я нахмурился. Что за глупый вопрос.

“Ты сногсшибательна, и знаешь об этом. Чего улыбаешься?”

Чем сильнее она старалась сдержать улыбку, тем сильнее улыбалась.

“Ничего. Идем.”

Я усмехнулся и покачал головой.

“Что…? Ты…? Да ты просто заноза в заднице!”

Она до ушей улыбнулась моему комплименту и тому факту, что я превратился из психованного до смешного меньше, чем за пять минут. Она пыталась перестать улыбаться, и это, в свою очередь, заставило улыбнуться меня.

Я обвил свою руку вокруг ее шеи, благодаря Бога за то, что просто поцеловал ее.

“Ты сводишь меня с ума. Ты ведь знаешь это?”

Поездка домой прошла спокойно, и, когда мы, наконец, приехали в квартиру, Эбби прямиком направилась в ванную, где включила душ. Мой разум был слишком затуманен, чтобы хватило сил копаться в ее дерьме, так что я достал для нее свои боксеры и футболку.

Я постучал в дверь, но она не ответила, поэтому я просто зашел, положил все на раковину и вышел. В любом случае, я не знал, что ей сказать.

Она вошла, утопая в моей одежде, и упала на кровать, с остатками той же улыбки на лице.

Я посмотрел на нее, а она уставилась на меня явно заинтересованная в том, о чем я думал. Беда была в том, что я сам не знал, о чем думал. Ее глаза медленно путешествовали по моему лицу до губ, и тогда я все понял.

“Спокойной ночи, Гулька,” прошептал я, отворачиваясь и ругая себя, как никогда прежде. Хотя она была очень пьяна, я не собирался этим пользоваться. Особенно, после того, как она простила меня за устроенное с Меган шоу.

Эбби несколько минут поерзала, после чего, наконец, вздохнула и приподнялась она на локтях.

“Трэв?”

“Да?” спросил я, не двигаясь.

Я боялся, что, если посмотрю в её глаза, все разумные мысли вылетят в окно.

“Я знаю, что пьяна, и мы совсем недавно ужасно поскандалили, но…”

“Секса не будет, даже не проси.”

“Что? Да нет же!”

Я засмеялся и повернулся, глядя на нежное, шокированное выражение ее лица.

“Что, Голубка?”

“Это,” сказала она, положив голову мне на грудь и рукой обняв за талию, прижимая себя ко мне.

Совсем не то,что я ожидал. Я поднял руку и застыл на месте, не зная, что, черт возьми, мне делать.

“Ты действительно пьяна.”

“Я знаю,” не смущаясь, сказала она.

Не важно, как сильно она могла разозлиться утром, я не мог отказать ей. Я положил одну руку ей на спину, другую на мокрые волосы, а затем поцеловал ее в лоб.

“Ты самая противоречивая женщина которую я когда-либо встречал”.

“Это меньшее, что ты можешь сделать после отпугивания единственного парня, подошедшего ко мне за весь вечер.”

“Ты про насильника Итана? Да, конечно, я в неоплатном долгу перед тобой!”

“Забудь,” сказала она, отстраняясь.

Я мгновенно среагировал и прижал её руку к своему животу.

“Нет, я серьезно. Тебе стоит быть осторожнее. Если бы меня там не оказалось… даже думать об этом не хочу. И ты еще хочешь, чтобы я извинился?”

“Да не хочу я, чтобы ты извинялся. Дело даже не в этом.”

“Тогда в чем же?” спросил я. Я никогда в своей жизни ни о чём не просил, но мысленно молился, чтобы она сказала, что хочет меня. Что я ей не безразличен. Хоть что-то. Мы были так близко друг к другу.

Наши губы находились в паре сантиметров друг от друга, и не поддаться искушению сократить это расстояние было сродни подвигу.

Она нахмурилась.

“Я пьяна, Трэвис. Это единственное мое оправдание.”

“Хочешь, чтобы я обнимал тебя, пока не уснешь?”

Она не ответила.

Я повернулся, глядя ей прямо в глаза.

“Мне следовало бы отказать тебе,” сказал я, сводя брови. “Но ведь я буду ненавидеть себя, если откажу, а ты так больше и не попросишь.”

Она со счастливым видом прижалась щекой к моей груди. Я обнял ее руками так сильно, что было сложно держать их вместе.

“Тебе не нужны оправдания, Голубка. Все, что тебе нужно сделать - это лишь попросить.”

ВОСЬМАЯ ГЛАВА

Оз

Эбби вырубилась раньше меня. Ее дыхание выровнялось, а тело расслабилось. Она была теплой, и ее нос издавал малейшее, сладкое жужжание, когда она делала вдох.

Держать ее тело в объятиях было слишком приятно, я мог легко привыкнуть к этому. И это пугало меня также, как если бы я не мог двигаться.

Зная Эбби, она проснется и вспомнит, что была полной задницей, и либо будет кричать на меня за то, что я позволил этому произойти, либо, что еще хуже, примет решение, что никогда не позволит этому повториться.

Я не был настолько глупым, чтобы надеяться, или достаточно сильным, чтобы удержаться от чувств к ней, что я и сделал. Полное разоблачение. Не так сложно, в конце концов. Не тогда, когда дело касалось Эбби.