Страница 8 из 13
— Верно, — кивнула Никки. — Годится как рабочая версия. — Она прошла к доске и записала: «Попытка скрыть улики?» — а затем снова повернулась к остальным. — Не знаю какие, но для начала сойдет.
— Что-нибудь в карманах? Деньги, наркотики, драгоценности? — предположил Таррелл.
— Компрометирующие снимки? — добавила Гинсбург и откусила еще кусок.
— Все возможно, — сказала Хит, перечисляя варианты, и, дописав, повернулась спиной к доске. — Рук, ты проводил с ней много времени. Нет ли у тебя идеи, зачем кому-то понадобилось ее тело?
— Ну, учитывая, сколько народу она вымазала грязью в своей колонке… кто-то хотел убедиться, что она умерла?
Все невольно прыснули, а Хит, вернувшись к доске, заметила:
— В сущности, он недалек от истины. Из всех городских стервятников Кэссиди Таун вызывала больше всего страха и ненависти. Эта женщина могла и спасти, и сломать жизнь и пользовалась этой властью в свое удовольствие.
— Насчет этого, — добавил Рук, — Кэссиди, бесспорно, наслаждалась возможностью управлять другими. И еще заставляла людей платить за то, что они ей сделали.
— Однако это — причина скорее для убийства, чем для похищения. Если только на теле не осталось чего-то, что могло выдать убийцу. — Никки снова сняла колпачок с маркера. — Например, если ее убил любовник, она могла сопротивляться, и тогда под ногтями остались бы частицы кожи.
— Или что-то вроде следа от кольца, который вывел тебя на того русского, что убил строительного магната Мэтью Старра.
Хит печатными буквами записала: «Кожа?» и «Отметины?»
— Если так, мы опять возвращаемся к врагам. А врагов, если верить Руку, столько, что с обувной щеткой не прочешешь. Я послала ребят в редакцию «Ledger» за письмами с угрозами. Мешок парни поднимали вдвоем.
Гинсбург пробормотала:
— Сколько парней в форме нужно, чтобы…
— Эй! — предостерег один из таких парней, остановившись у нее за спиной.
Детектив Каньеро вернулся после нелегкой поездки.
— Мне ужасно неприятно, — заговорил он, занимая обычное место в полукруге стульев перед доской для заметок. — Сначала ее хлам выкрали, потом ее саму, и все в мое дежурство.
— Ты, пожалуй, прав, — поддержал напарника Таррелл. — Предлагаю голосование. Кто думает, что Каньеро должен был поймать пулю в брюхо, спасая мертвое тело?
Таррелл первым поднял руку, и все последовали его примеру.
— Спасибо, ребята, — кивнул Каньеро, — я тронут.
Хит прервала их болтовню:
— Ты можешь сообщить что-то новое, Каньеро?
— Не так уж много. Нам повезло, ребята из Семнадцатого хорошо поработали. Определили, что мусоровоз, который нас подрезал, ворованный, но они опрашивают свидетелей и водителя — он уже пришел в сознание. И еще составляют список банд, предпочитающих лыжные маски и винтовки.
— Тогда мы сделаем так, — обратилась к присутствующим детектив Хит. — Зайдем с двух сторон: работу на месте преступления продолжать, но и похищением тела заняться вплотную. У меня предчувствие, что кто найдет похитителя, найдет и убийцу.
Все зашевелились, и Никки крикнула:
— Тараканы?
— Да? — в один голос ответила парочка.
— Обойдите жителей Семьдесят Восьмой. Начинайте с верхнего этажа дома Кэссиди Таун и дальше. Любой шум, все мелочи, связи…
— Искать непарные носки, — кивнул Таррелл.
— Точно. А по дороге расскажи Каньеро про латиноамериканца.
— Койотмена?
— Сегодня я тебя прощаю — в честь того, что остался жив. Да, Койотмен. А мы с Руком начнем составлять список врагов.
— Вы с Руком? — повторил Каньеро. — Это не тот самый Рук, который…
— Я снова зде-есь, — пропел за спиной знакомый голос.
Они уже собирались уходить, но тут принесли заказ из кафе «Коламбус». Рук всех угостил сэндвичами по случаю своего возвращения. Таррелл схватил сэндвич с тунцом и собрался было уходить, но Рук задержал его, протянув большой пластиковый стакан.
— Специально для тебя, Тэрри.
— Спасибо. — Таррелл взял угощение.
— И поскольку ты любишь послаще, я заказал дополнительные пакетики с медом, Сластена. — Так журналист прозвал Таррелла за любовь к чаю с медом, и теперь, благодаря статье, об этом знали все.
Таррелл стиснул побелевшие губы. Затем немного расслабился и поставил стакан.
— Что-то пить не хочется, — только и сказал детектив, после чего повернулся спиной к смущенному журналисту и вышел.
Детектив Хит села в свою машину без опознавательных знаков и мигалок. Рук устроился рядом. Никки спросила, куда ехать, но Рук только подмигнул, приложил палец к губам и распорядился свернуть на юг по Вест-Сайд-хайвэй. Хит не слишком нравилось, что он командует, но ведь Рук провел с Кэссиди Таун немало времени и мог подсказать что-то толковое. К тому же, если тебе нужен Джеймсон Рук, приходиться терпеть Джеймсона Рука.
— Как тебе это? — спросил он, когда они покатили вдоль Гудзона.
— Как мне — что?
— Я имею в виду, что сейчас все наоборот. Мы опять разъезжаем вместе, только теперь не журналист сопровождает копа, а коп — журналиста.
Помолчав, Никки бросила на него взгляд:
— Ты не заметил, что за рулем по-прежнему я?
— Так даже лучше.
Рук опустил стекло и вдохнул свежий осенний воздух. Пока он любовался рекой Гудзон, Никки смотрела, как ветер ерошит ему волосы, и вспоминала, каковы они на ощупь. Вспоминала, как за волосы притянула его к себе в их первую ночь, и почти ощущала на губах вкус лайма из импровизированной «Маргариты», которую они пили в ее гостиной. Обернувшись, Рук поймал ее взгляд, и Никки почувствовала, что краснеет. Она отвернулась, чтобы он ничего не заметил, но он, конечно же, заметил. Черт его побери! Черт побери Джеймсона Рука!
— Что такое с Тарреллом?
— Ты о чем? — Господи, как она обрадовалась возможности поговорить о ком-то третьем.
— Я его чем-то разозлил? Твои парни оба меня недолюбливают, но Таррелл едва не прожег взглядом.
Никки знала, что Тарреллу и Каньеро пришлось не многим легче, чем ей самой. Как только вышел номер со статьей об их летних приключениях, Никки ощутила на себе шквал недоброжелательных взглядов. Слишком многие коллеги, обделенные вниманием, завидовали или испытывали досаду, с этим приходилось сталкиваться каждый день. Даже Таррелл и Каньеро, самые верные ее союзники, затаили обиду — ведь Рук превратил их в подстрочные примечания к любовной элегии, посвященной Хит. Однако Никки не хотела вникать в их проблемы, как не хотела говорить о своих, так что она ограничилась коротким:
— У Таррелла и спрашивай.
Рук помолчал, что-то записывая, потом заметил:
— Мы почти на месте. Сверни на Четырнадцатую и поезжай на юг по Десятой авеню.
— Спасибо, что предупредил.
Они чуть не пропустили поворот. Пришлось протискиваться и подрезать.
— Что умею, то умею, — скромно ответил журналист.
Выбравшись на 10-ю авеню, Никки спросила:
— Ты уверен, что информатор, к которому ты меня везешь, согласится поговорить?
— Абсолютно. — Рук показал свой айфон. — Все согласовано.
— А тайные знаки понадобятся? Пароль, условный кивок?
— Знаете, детектив Хит, вы надо мной смеетесь, и меня это обижает.
— Что умею, то умею, — отозвалась она.
Через две минуты они остановились на стоянке перед круглосуточной мойкой. Рук обошел машину, чтобы помочь Никки выйти. Она глянула на него поверх темных очков:
— Ты шутишь?
— Знаешь, тебе бы рыжие волосы — и ты сошла бы за парня из сериала «Место преступления».[18]
— Клянусь, Рук, если я зря теряю время…
— Привет, Джейми, — услышала она за спиной и, обернувшись, увидела приятеля Рука, Жирного Томми, Томассо Николоси, который махал им, придерживая стеклянную дверь конторы.
Рук самодовольно ухмыльнулся и направился к другу. Никки зашагала следом, мельком оглядев стоянку в поисках подозрительных личностей.
Впустив их в контору, Жирный Томми сжал журналиста в медвежьих объятиях и похлопал по спине, после чего с улыбкой обернулся к Никки.
18
Имеется в виду Дэвид Карузо (р. 1956) — исполнитель роли лейтенанта Горацио Кейна в сериале «С. S. I.: Место преступления Майами».