Врата Атлантиды

Совершенно ясно, что такой способ получения красителя является экологически чистым, ибо раковина при этом даже не повреждается. После получения нескольких капель жидкости раковины либо опять опускали в море, либо помещали в большой сосуд с водой, с тем чтобы ее можно было использовать еще раз для получения второй порции красителя, который, надо признать, бывает гораздо более слабым. В Средиземноморье процесс получения красителя был несколько иным. Там обычно собирали многие тысячи раковин и варили их в котлах до получения молочнистой жидкости (которая на свету сперва зеленеет, а затем приобретает пурпурный цвет). В известной степени эта технология была вынужденной, поскольку получить краску из раковин murex каким-либо иным способом очень сложно. Античные авторы свидетельствуют, что следствием такого метода получения пурпура был отвратительный запах. Именно такой запах, по свидетельству Целии Наттолл, имели пурпурные одежды, обнаруженные ею у жителей Техуанатепека. На основе этих фактов госпожа Наттолл пришла к выводу, что технология получения пурпура, сохранившаяся у мексиканских индейцев, восходит к «античной европейской традиции», которая, как нам известно, была создана финикийцами с Леванта.

Совершенно очевидно, что само существование именно такой технологии получения пурпура в Коста-Рике, Мексике и Эквадоре, а также в Перу является неопровержимым аргументом в пользу трансокеанских контактов с мореплавателями из Средиземноморского бассейна, имевших место в древности. Именно к такому мнению пришли ученые, не желающие сковывать мысль устаревшими догмами. В 1937 г. Вольфганг Борн, специалист в области красителей из раковин моллюсков, писал: «Невозможно допустить, чтобы столь громадное число схожих черт было чисто случайным; видимо, следует говорить об общем источнике обеих этих цивилизаций, ибо нет никаких сомнений в том, что технология производства пурпура в Центральной Америке была заимствована у древних жителей Средиземноморья». Более того, Томас Кроуфорд Джонстон в своей книге «Могли ли финикийцы открыть Америку?», опубликованной в 1913 г., писал: «По-видимому, самым веским доказательством появления финикийцев в Новом Свете является технология получения красителей [особенно пурпура], сохранившаяся у аборигенов Америки».

Надо сказать, что финикийские мастера держали в строжайшей тайне метод получения пурпурного красителя из раковин murex. Таким образом, очень маловероятно, чтобы точно такая же технология могла возникнуть независимо от них в каком-то другом регионе, поскольку ей присущи весьма специфические особенности. Куда разумнее предположить, что мастера получения пурпура, прибывшие из-за океана, попросту продали ее представителям туземных культур, поскольку те никак не могли составить им конкуренцию на тогдашнем рынке.

Сторонники гипотезы о трансатлантических контактах мореплавателей из Средиземноморья с Американским континентом, имевших место в античности, могут сказать, что технология производства пурпура в Древней Японии является свидетельством того, что этот метод был завезен в Америку из Юго-Восточной Азии. С другой стороны, вполне возможно, что если в те времена существовали некие транстихоокеанские культурные контакты, то купцы из Юго-Восточной Азии вполне могли узнать технологию производства пурпура от туземных жителей Америки, которые, в свою очередь, позаимствовали эти знания у финикийцев и карфагенян. Это вполне вероятная версия, согласующаяся с известными науке фактами.

ПРИЛОЖЕНИЕ II

ХЛОПОК

Когда Христофор Колумб и члены его команды в октябре 1492 г. достигли берегов Кубы, они узнали, что островитяне выращивают не только маис (кукурузу) — именно тогда европейцы познакомились с этой культурой и впервые отведали маисовые лепешки, — но и табак и, что еще важнее, хлопок. Именно из него туземцы, или американские индейцы, плели сети и делали постели-гамаки, а также одежду для женщин. Так, чужеземцы обнаружили, что только в одном из домов хранилось «12 500 фунтов» хлопковой пряжи. Хлопка и пряжи было столько, что аборигены отдавали испанцам огромные корзины с пряжей в обмен на самые обычные вещи, вроде кожаных ремней.

Когда на протяжении первой половины XVI в. испанцы вторглись в Мексику и Перу, они обнаружили, что там повсеместно возделывают хлопок. Это открытие вызвало у них немалое удивление, ибо в Европе хлопок выращивали, пряли и ткали из него материю на протяжении вот уже нескольких тысячелетий. Впоследствии археологи установили, что наиболее ранние следы выращивания хлопка в Америке относятся к III тысячелетию до н. э. Древнейшие образцы хлопковых тканей были созданы в первую очередь представителями культуры Хуака Приета в северном Перу.

Само наличие хлопка в Новом Свете задолго до появления конкистадоров было тайной, весьма занимавшей сэра Джозефа Баррта Хатчинсона, видного авторитета в области ботаники, и двух его коллег, Р. А. Сайлоу и С. Д. Стивенса. Но возможно ли, чтобы между возделыванием хлопчатника в античном мире и одомашненными сортами той же культуры в Америке существовала какая-то связь? Ученые провели исследования генетической взаимосвязи между различными видами хлопчатника и довольно скоро получили весьма красноречивые результаты. Вышеперечисленные исследователи установили, что как дикорастущие, так и одомашненные сорта хлопчатника, распространенные в Старом Свете, содержат 13 крупных хромосом, тогда как для сортов, растущих в естественных условиях в некоторых районах Америки, характерен набор из 13 малых хромосом. Однако образцы хлопчатника, взятые из полуистлевших фрагментов тканей, обнаруженных в захоронениях людей культуры Хуака Приета в северном Перу, имели набор, состоявший из 26 хромосом — 13 крупных и 13 мелких. Исследования образцов одомашненных сортов хлопчатника, полученных в различных районах Америки, а также на некоторых островах Полинезии в Тихом океане (последнее, вне всякого сомнения, свидетельствует о торговых контактах с Америкой), дали такие же результаты. Научное значение этих выводов просто невозможно переоценить, ибо они говорят о том, что множество сортов хлопчатника, с незапамятных времен выращиваемых в Новом Свете, представляют собой гибридный вид, полученный в результате скрещивания сортов из Старого Света с сортами, распространенными только на Американском континенте.

Ученые терялись в догадках, каким образом эти столь разные виды хлопчатника оказались скрещенными друг с другом. Быть может, это произошло в результате очень ранних миграций человека по сухопутному перешейку через Берингов пролив, соединявшему некогда Америку с Азией? Однако эту гипотезу следует признать несостоятельной, ибо такой перешеек ушел под воду в результате повышения уровня Мирового океана вследствие таяния ледников в конце ледникового периода, что произошло за несколько тысяч лет до появления в Новом Свете одомашненных видов хлопчатника.

Подобно многим другим растениям, распространенным на изолированном от остального мира Американском материке, хлопчатник из античного Средиземноморья мог попасть в Америку только в результате трансокеанского контакта, либо через долину Инда, Китай и Тихий океан, либо через Атлантику. Среди сторонников гипотезы о контактах существуют разные мнения о том, какой именно из этих маршрутов более вероятен. Однако в этой связи необходимо напомнить, что в Перу рисунок переплетения нитей, используемых в процессе ткачества, а также высококачественные ткани для набедренных повязок и плащей демонстрируют множество общих черт с аналогичными тканями, производившимися в античные времена в странах Средиземноморья. Таким образом, есть все основания полагать, что технология производства хлопковых тканей была завезена в Америку торговцами из античного Средиземноморья.

Поскольку нам известно, что в эпоху завоеваний хлопок в Америке был обнаружен только в Перу, Мексике и Вест-Индии, не существовало ли в те времена некой связи между этими тремя регионами Нового Света? Я уже говорил о существовании своего рода торгового картеля, в который входили народ чавин из Перу, ольмеки из Мексики и финикийцы (которых впоследствии сменили карфагеняне). Не простиралась ли сфера влияния этого картеля и на Вест-Индию? Как мы помним, на островах Вест-Индии в эпоху завоеваний возделывались и маис, и табак, что говорит о том, что эти культуры были завезены туда с материка. Быть может, порты на островах Вест-Индии служили своего рода перевалочными пунктами для мореходов из-за Атлантики, направлявшихся в Мексиканский залив или возвращавшихся обратно? Может быть, благодаря контактам с этим торговым картелем финикийцы и карфагеняне и узнали о грандиозных катаклизмах, в результате которых, по мнению аборигенов Америки, погиб древний материк среди моря и на его месте образовались разрозненные архипелаги, состоящие из множества островов?