Новая реальность

– Я понимаю твои чувства, но всё же сначала надо разобраться, что произошло, – урезонил Озимцева Ерёмин.

Через несколько минут они, наконец, вышли на поверхность. Пейзаж был не очень вдохновляющим – повсюду разрушенные и полуразрушенные дома, огромные воронки от взрывов, всё небо застелено грязными кучевыми облаками. Лишь кое-где лучи солнца пробивались сквозь тучи, рассыпая островки яркого света по руинам. Вдалеке слышны звуки выстрелов и взрывов. Было позднее утро.

– Мы уже совсем близко к зоне полномасштабных боевых действий. Мы вполне можем сейчас наткнуться на отряды роботов, нужно быть предельно осторожными, – Никольская осмотрелась.

– Ну и где эта поликлиника? – нетерпеливо спросил Гена.

– Чёрт, местность после бомбёжки так изменилась, – Руслан повертел головой по сторонам. – Кажется она в нескольких километрах на восток… Да, точно, около 3-4 километров на… На северо-восток, если быть более точным. Нужно пройти прямо по этой улице, а затем повернуть на Большую академическую и идти до пересечения с 4-м Новомихалковским проспектом, там свернуть налево… В общем, нам туда, – он махнул рукой в сторону полу заваленной улицы.

– Слишком далеко, Макс столько не протянет, нужен транспорт, – Гена проверил пульс у друга.

– Такой подойдёт? – раздался сзади голос Савельева.

Все обернулись назад и увидели автобус.

– Он хоть заведётся? – Лена с сомнением посмотрела на помятый корпус с облезшей краской и выбитыми кое-где стёклами.

– В моих умелых руках заведётся даже двигатель без стартера, не говоря уже про девушек… – Савельев мечтательно улыбнулся.

– Эй! – Лена возмущённо посмотрела на него. – Бегом заводить колымагу!

– Помечтать уже нельзя, – пробурчал прерванный на середине мысли о девушках Савельев и направился к автобусу.

– Нашёл время, – фыркнула Никольская. – Остальные – в автобус и приготовьте его к обороне, на случай если он вдруг поедет.

Солдаты занесли Романенко в автобус, разложили сидения и положили его на них. Затем каждый занял позицию у окна, так, чтобы иметь возможность покрыть огнём как можно большую площадь.

– Не забудьте этого, – Лена небрежно махнула рукой в сторону лежащего на земле возле автобуса Дмитрука.

Дьяболик и Малецкий взяли Дмитрука под руки, затащили его в салон и бросили на одно из сидений. Савельев в это время копался в торпеде.

– Как успехи? – Гена подошёл к нему.

– Минутку, – Савельев копался в проводах, свисавших из-под руля, затем выругался и вылез из автобуса наружу.

Ещё через несколько минут он вернулся. Руки у него были перепачканы машинным маслом. На этот раз колдовал с проводами он всего с десяток секунд, после чего мотор несколько раз чихнул и автобус завёлся.

– Да, детка! – Савельев победно хохотнул, переключил передачу, нажал на газ и автобус тронулся с места.

Это был старенький потрёпанный туристический автобус 2032 года выпуска, но, тем не менее, он ещё был в относительно хорошем состоянии. Учитывая, что кварталы в Москве довольно немаленькие, длина пути к поликлинике составляла 3,5 километра, при условии, что им не придётся искать объездные пути. И это при том, что по этим дорогам мог проехать только танк, да и то не всякий.

– Макс, держись, мы скоро будем в больнице, – Гена положил руку другу на плечо.

Что-то мокрое коснулось его ног, и Лёша словно очнулся ото сна. Он обнаружил себя стоящим на берегу огромного озера, тёплая вода мягко омывала его ступни, а по линии берега росли причудливые деревья с красными, синими и фиолетовыми листьями, по форме и размерам чем-то походившие на те, которые росли на Земли в тропической зоне, правда, весьма отдалённо. Романенко обернулся, и увидел вдалеке верхушки зданий, которые тянулись острыми шпилями к небу. Здания эти были настолько высокими, что, казалось, они протыкают атмосферу, и уходят в открытый космос.

Алексей перенёс внимание на самого себя. Одет он был в белые летние льняные штаны и такую же белую рубашку с короткими рукавами, больше на нём ничего не было. На пустынном берегу он был совершенно один. Было довольно светло, хотя Лёша почему-то был твёрдо уверен, что сейчас ночь. Он снова поднял голову – на всё небо раскинулась потрясающей красоты картина – спиральная галактика. Теперь, когда шпили зданий не отвлекали его, он смог оценить масштабы увиденного. Именно галактика и освещала небо, казалось, до неё можно дотянуться рукой. У него перехватило дыхание. Не отдавая себе отчёта, почти автоматически Романенко поднял руку и потянулся вверх, встав на цыпочки. Он почти мог ощутить красоту пальцами, почувствовать холод космоса и жар звёзд.

– Правда, красиво? – его отвлёк голос, раздавшийся сбоку от него.

Рядом с ним стоял человек, Лёша не слышал, когда и как он подошёл. Его лицо почему-то казалось Алексею смутно знакомым.

– Кто ты?

– Я П`эл. Думаю, ты помнишь меня, – человек слегка улыбнулся.

– П`эл… – Лёша помедлил. – Да, я помню тебя, но почему ты так выглядишь?

– Я принял облик Питера Новака, чтобы тебе было легче воспринимать меня, но я могу принять и любой другой, – черты лица П`эла плавно изменились, так же как и его телосложение и рост. Теперь перед Лёшей стоял Озимцев.

Внезапно веки Романенко дрогнули.

– Гена… – его губы почти не двигались, шёпот был едва слышен.

– Кого он зовёт? – тихо спросила у Озимцева Лена.

Геннадий помедлил с ответом, он не ожидал услышать своё настоящее имя.

– Он… наверное, бредит… слишком много крови потерял, – Озимцев измерил пульс Лёши, затем внезапно резко поднялся и заорал Савельеву. – Жми на газ, у Макса пульс почти не прощупывается!!!

– Я выжимаю из этой колымаги, что могу! – огрызнулся в ответ Савельев и продолжил яростно крутить баранку и ежесекундно дёргать рычаг переключения передач.

– Тебе так удобнее?

– Да, – Лёша, к своему удивлению, действительно почувствовал себя уютнее, – спасибо. Но где мы?

– Мы сейчас находимся в глубинах твоего сознания, – ответил инопланетянин. – Ты помнишь, что с тобой произошло?

– Очень смутно, – признался Романенко.

– В тебя стреляли и ты сейчас без сознания, ты умираешь.

– Значит, всё это нереально? – Алексей испытал небольшое разочарование, ему так хотелось, чтобы эта красота была реальна.

– Да.

– Но что это за место? Я здесь никогда не был. Откуда оно у меня в подсознании?

– Это моя родная планета. Помнишь, я передал тебе знания нашего народа? Теперь они – часть тебя.

– Да, – теперь Лёша вспомнил. – Я помню это.

– Эти знания содержат очень важную информацию об устройстве вселенной, о её тонких материях, и если ты сможешь ею овладеть в полной мере, ты станешь столь же силён, как были сильны мы.

– Но я уже овладел. Я создал невидимую непробиваемую стену при помощи телекинеза.

– Я знаю, – П’эл добродушно улыбнулся. – Но это лишь малая крупица того, что ты сможешь потом. А пока ты ещё не овладел этими знаниями и на десятую часть. Твоё подсознание и интуиция уже начали подстраиваться к новому и непознанному, но пока ты не можешь этим полноценно управлять.

Прошло несколько минут. Озимцев и Лена сидели рядом друг с другом возле Романенко. Гена сидел совершенно никакой, в его голове проносились различные мысли, но ни одну из них он не мог удержать дольше нескольких секунд. Периодически всплывали образы того момента, когда Дмитрук выстрелил в Лёшу, в следующее мгновение он видел Лёшу, стоящим перед стеной огня, и сдерживающим его силой мысли. Лена видела, что у Озимцева в голове полная каша, что он подавлен и ему сейчас как никогда нужна поддержка. Она нежно коснулась его руки и так же нежно поцеловала его в щеку. Такой неожиданный поступок заставил Озимцева отвлечься от своих мыслей. Он посмотрел на Лену слегка удивлёнными глазами.

– Прости, если тебе не понравилось… – Гена впервые видел Лену смущённой.