Клыки Судьбы

Хомункулюсы заскрежетали зубами. Кто-то, вероятно главный преогарский конюх, приглушенно выругался. Еще один сплюнул с высоты. Плевок со свистом пролетел вниз и растекся по облысевшему черепу главного советника Мельпона. Тот гневно поднял глаза и яростно заиграл бровями.

- Вы убили Эквитея? - нахмурилась леди Хатли, игнорируя первые признаки заколота среди любовников.

- Э-э-э… - пробормотал Шрухан. - Э-э… Эквитей пока жив… Пока…

- Чего?! - в злобном крике Хатланиэллы загрохотал металл. - Какого… демона вы тогда приперлись? Вам надлежало убить этого урода и принести мне его кровь!

Зачем ей кровь, леди не помнила. Этот приказ был отдан еще во время, когда ей приходилось исполнять желания матери насчет Лабораторной Работы.

- Мы подумали, что нужны тебе, лапонька, - попытался ласково сообщить рыцарь Герт. Впрочем, сквозь выбитые зубы, ворочая распухшим языком, ласково не получилось.

Хомункулюсы не слишком спешили рассказывать о том, что исторгнутая Лесовиком звуковая волна отпустила их лишь нескольких тримплах от Велунграда.

- Понятно, - смягчилась королева. - Можете определить, где находится Эквитей?

- Можем, - дружно заявили любовники. - Он на склоне Пустой горы.

- Хорошо. А где моя мать?

- У себя дома. Нет… стой… - сказал Шрухан. - Она перемещается к…

- Куда? - в нетерпении взвизгнула леди Хатли.

- Тоже к Пустой горе…

- Замечательно! - восхитилась королева. - Лучше и не придумаешь. Убьем двоих быков одним копьем.

Произнеся шаблонную преогарскую поговорку, Хатланиэлла мечтательно закатила глазки и начертила в воздухе маленькую колдовскую фигуру. На сей раз не требовалось читать длинные заклинания и концентрироваться. Круг Сильных находился рядом, в сотни раз усиливал потенциал ведьмы и забирал на себя все побочные эффекты Маятника.

Портал Прокола возник из неоткуда. Это произошло настолько внезапно, что леди даже отшатнулась. Затем она величественным жестом поправила плечико разодранного платья и шагнула вперед. Следом прошагал Толстяк. Последними в коридор проколотого пространства вкатились тихо матерящиеся хомункулюсы.

Улицы Велунграда опустели. Но над столицей еще долго витал женский плач и детские всхлипы.

- Ну так зачем позвала? - опять спросил Лесовик.

Он стоял в дверях, прислонившись к раме, и пытливо погладывал то на Бабу, то на принцессу. Мэлами когда-то встречалась с ним в лесу. Тогда девушка и подумать не могла, что этот безобидный оборванец может так напугать могущественную ведьму.

Яруга действительно опасалась лесного духа. По крайней мере выглядела очень напряженной и не убирала ладони с рукояти "Карателя".

- Я тебя не звала, - ответила Баба. - Зачем пожаловал?

- Так это не твоих рук дело? - фальшиво удивился Лесовик.

- Какое? У меня много дел, - хитро выкрутилась Яруга, не понимая, к чему он клонит.

Дух посмотрел на нее, как на сумасшедшую. Затем повернулся боком и махнул рукой в сторону сеней.

- Ты на улицу выглянь, а? Не то совсем от старости ослепла.

- Там что-то страшное? - поинтересовалась ведьма.

- А ты, поди, не видела, что утром произошло?

- Нет, мы спали…

- Спали они! Вот умора, - хихикнул Лесовик. В его тоне легко угадывалась злобные нотки. - Тут над миром ТАКОЕ творится, а она спит, будто отожравшийся кот. Надо было тебя еще тогда испепелись - чтобы эти кошмары не продолжались.

- Полагаю, надо выйти и посмотреть, - подытожила бабка.

- Не то слово. Иди, посмотри.

Не дожидаясь ответа, старичок вышел во двор. Ведьма и принцесса тоже прошли сквозь сени.

- Это же трухлявый Лесовик, - успокаивающе сказала Мэлами. Она взяла бабку за руку и почувствовала, что та дрожит.

- Это бог, доченька, - прошептала Яруга. - Один из могущественных Творцов. А бога надо бояться. Если бога не боишься, то он сожрет твою душу… или чего похуже…

Не прислушиваясь к странным словам, принцесса оказалась на крыльце.

- И на что смотреть? - осторожно справилась она.

Лесовик молча ткнул пальцем в небо. Мэлами подняла голову, но увидела только лениво парящие тучи и приплясывающее солнце, высоко взобравшееся на небосвод. А вот старуха увидела.

Странный серебристо-желтый купол, раскинувшийся от горизонта до горизонта. Изредка по нему пробегали сиреневые молнии, поблескивали мельчайшие песчинки смертельной энергии.

- Неужели эта дура… - выдохнула бабка.

- Именно, - подтвердил ее опасения лесной дух. - Она создала Заклятие Хомункулюсов. Теперь любой умерший за последний месяц, или около того, человек воскреснет и станет ее рабом. И, судя по излучениям со стороны Симимини, сейчас там массово гибнут варвары. Не без помощи твоей "дочурки", подозреваю.

- И что же мне делать? - совсем по-старчески, словно бы не могущественный оборотень, всплеснула руками Яруга.

- Во-первых заглянем ко мне домой - заберу кое-какие вещички. Во-вторых попытаемся остановить твою спятившую копию. Ну а в-третьих, если не преуспеем, будем убегать на другой материк. Впрочем, Заклятие Хатли ускорило процесс разрушения взаимодействий между космическими телами. Так что дней через пять-шесть здесь уже не будет ни одного материка. Планета исчезнет среди солнечных протуберанцев.

- Невеселая перспектива… - рассеянно сообщила бабулька. - Что делать…

- Летим к Пустой круче, - скомандовал Лесовик.

Он взмахнул руками и Мэлами показалось, что она на секунду потеряла сознание. Воздух вокруг забурлил, сгустился до консистенции вязкого киселя. А потом последовала вспышка.

Ужасаясь напополам с удивлением, принцесса вдруг поняла, что поднимается к тучам. Она лежала на чешуйчатой спине какого-то громадного чудовища. По бокам тяжело взмахивали исполинские черные крылья.

(оперативная)

"Длительная прогулка - залог здоровья целого народа",

Мы передвигаемся очень медленно. Полчаса назад наши усталые ноги плавно спустились пониже уровня пустоши. Вырезанный магмой котлован не слишком глубок. Моя макушка, а также золоченый шлем высокого Эквитея, виднеются над землей. Нам приходится время от времени приподниматься на цыпочки и рассматривать округу. Сомневаюсь, что симиминийцы оставили нас в покое и отказались от преследования. Хочешь не хочешь, а есть небольшое опасение схватить короткую стрелу с черным оперением да в бедную голову или горло. Остальные спутники спокойно двигаются вперед, даже не задумываясь об опасности. Нам же с монархом остается только пригибаться и мысленно сыпать проклятиями.

- И надо же было мне таким вымахать? - причитает Эквитей.

Я молчу, хмуро продвигаюсь вперед. О чем говорить мне, если король Преогара ростом мне по бороду? Шансов свалиться в этой лощине с пробитой головой у меня побольше, чем у него.

Потихоньку ступаем по скользкому дну широкой впадины. Легкие перышки пепла выбиваются из-под ног, разбухают бесформенными облаками, кружат над нашими головами.

Ландшафт вокруг не радует красками. Травянистые холмики далеко остались позади и остались в памяти как приятное сновидение. Мимо проплывают серые стены лощины. Они также унылы на вид, как и дорога впереди. Все вокруг, даже видимая пасть пустошей, состоит из мрачных черных и серых тонов. Воняет гарью и расплавленным камнем.

Земля под ногами очень скользкая - везде налет из пепла и застывшей магмы. Кажется, что идешь по влажному стеклу или льду. При каждом шаге раздается приглушенный хруст. Если зажмуриться, инстинкт самосохранения тут же подсказывает: убегай, дурак! Ты идешь по замерзшему устью реки. Но стоит только открыть глаза, и можно вдохнуть в облегчением. Вокруг не лед, а темная остекленевшая, щедро притрушенная пеплом.