Страница 37 из 207
Информационные технологии дают всякому, относительно профессионально применяющему их, возможность (пока, вероятно, все еще в основном потенциальную) глубокой и относительно произвольной перестройки массового и тем более индивидуального сознания.
Более того: эта возможность, какой бы скрытой и частичной она ни была, активнейшим образом используется уже сегодня. Значительная часть применяемых в настоящее время информационных технологий изначально предназначена именно для такой перестройки сознания, имея ее не в качестве побочного продукта достижения какой-либо иной основной, традиционной цели (улучшения связи, предоставления больших аналитических и организационных возможностей и т.д.), но в качестве главной, ключевой и окончательной цели воздействия.
Влиять на сознание оказалось намного эффективней (в том числе в узко коммерческом смысле слова), чем на окружающий мир. Совершенно неожиданно для себя развитая часть человечества обнаружила, что перестройка систем ценностей и восприятия людей приносит качественно большие дивиденды, чем переделка косной материи. Фигурально выражаясь, ловить жемчуг и золото стало пустой тратой времени: современные информационные технологии сделали по-настоящему прибыльным лишь уловление душ.
Если раньше производственные технологии были направлены на трансформацию неживой материи, то по мере информатизации они все больше перенастраиваются на изменение живого общественного сознания, в том числе и общественной культуры. Человеческое общество впервые за всю историю своего существования вплотную и в массовом порядке занялось своим собственным преобразованием, которое стихийно и с кажущейся хаотичностью ведется сегодня практически по всем направлениям.
Возможность перестройки сознания резко ограничивает круг проблем, стоящих перед государством, и при этом качественно повышает его возможности. С одной стороны, кардинально возросшая в результате новых механизмов воздействия на общество мощь впервые дает ему возможность практически целиком сосредоточиться на решении действительно стратегических задач. С другой - происходит резкое сокращение потребности в принуждении при решении рутинных, обыденных проблем. Никого не нужно заставлять что-либо делать - достаточно «включить пропагандистскую машину» и привести массы людей в состояние энтузиазма, в котором они сами, абсолютно добровольно, по своему собственному внутреннему порыву будут проявлять инициативу и реализуют все известные и неизвестные скрытые возможности своих организмов, искренне пренебрегая своими собственными эгоистическими интересами.
В частности, корректируя сознание, информационные технологии, естественно, могут корректировать и структуру потребностей как отдельного человека, так и значительных масс людей. Результатом является возможность эффективного, массового и достаточно подробного управления общественным спросом, в том числе (в случае необходимости) прививания неприхотливости. Более того: людей можно научиться извлекать радость и удовлетворение из совершенно незначительных или не относящихся к ним фактов и не обращать при этом внимания на неприемлемые с точки зрения здравого смысла неудобства. В качестве универсальных примеров, лежащих за пределами хорошо известных нам тоталитарных обществ, можно привести замусоренность Нью-Йорка (периодически вызывавшую у сердобольных гостей из России и других неинформатизированных обществ искренние соболезнования по поводу разрушительной забастовки мусорщиков) или постоянное запаздывание вылета самолетов на внутренних авиалиниях США.
Пример 7.
«Поколение Кеннеди»:
воплотившаяся метафора или сорванный план?
Едва ли не самой яркой иллюстрацией мощи информационных технологий может служить президентство Дж.Ф.Кеннеди - одного из самых любимых политических деятелей не только США, но и всего мира, ставшего символом молодости и позитивной энергии, неукротимого, возвышенного и оптимистичного порыва человечества к провозглашенным именно им «новым рубежам».
Это было вызвано не только личными качествами действительно выдающегося политика, но и тем, что он стал первым президентом США, активно и комплексно применявшим в своей политической деятельности достигшие именно к тому времени пороговой мощи технологии формирования сознания. Связям с общественностью и формированию «правильных представлений» уделялось беспрецедентно большое для того времени внимание. Как вспоминают очевидцы и участники событий, вся администрация Кеннеди работала как одна пресс-служба ([5]). (Материальной базой такой политики, обычно недостижимой для условий развитых демократий, служило состояние отца Дж.Ф.Кеннеди, миллионера и руководителя целого финансово-политического клана, тесно связанного с Голливудом и едва ли не лучше всех в тогдашней Америке осознававшего силу политического применения информационных технологий).
Эта работа стала первым столкновением американского общества с энергичным и комплексным использованием во внутренней политике практически современных по своей интенсивности и охвату информационных технологий. То, что американское общество еще просто не могло успеть выработать «иммунитет» к этим технологиям, во многом и обусловило исключительную эффективность работы «команды Кеннеди».
Понятно, что такое беспрецедентное информационное господство давало «оседлавшему» информационные технологии политику исключительные возможности.
Одна из легенд, связанных с именем Дж.Ф.Кеннеди, говорит именно о них. Согласно ей, отец президента мечтал о «поколении Кеннеди» - исторической эпохе, которую образовали бы братья Кеннеди, каждый из которых должен был быть президентом США в течение обоих сроков. С учетом гибели старшего из братьев на войне этот срок составлял 24 года - действительно жизнь целого поколения.
Добиться этого фантастического результата позволило бы установление своеобразной «политической монополии» на применение обновляющихся технологий формирования общественного сознания.
Американская демократия не успела и не могла успеть приспособиться к внезапному концентрированному применению качественно нового, информационного политического оружия. Поэтому, согласно легенде, на возникшую опасность «информационного», «демократического» авторитаризма она инстинктивно ответила наиболее примитивным и варварским, как это обычно бывает при стихийных реакциях, но зато и наиболее действенным образом - устранением непосредственного источника опасности, последовательным убийством двух из трех братьев Кеннеди, грозивших самому ее существованию.
В результате вместо «поколения Кеннеди» - исторической эпохе президентства сменяющих друг друга членов одного политического клана, США получили ругое, несравнимо более позитивное и эффективное с точки зрения как своей конкурентоспособности, так и общего развития человечества, «поколение Кеннеди» - поколение не только американцев, но и людей всего мира, восхищенных и воодушевленных образом этого выдающегося политика.
Вероятно, мы не сможем узнать, мечтал ли на самом деле отец Кеннеди о чем-то подобном, подтверждал ли он свои мечтания конкретными планами и были ли они достаточно проработанными и реалистичными.
Но легенда о Дедале и Икарах нашего времени, об отважных пионерах политических технологий жива и остается яркой иллюстрацией потенциальной силы технологий формирования общественного сознания. Ибо нереальные выдумки умирают на устах своих создателей и никогда не превращаются в легенды.