Страница 3 из 3
Неуправляемый корабль мчится вперед, куда-то далеко мимо Солнца.
— Сейчас мы будем обедать, — говорит женщина в голубом комбинезоне. — Прямо под открытым небом, у костра. Ты еще ни разу не сидела возле костра?
— Нет, — отвечает Эльфа.
— А потом мы пойдем в горы и встретим медведя.
— Настоящего?! — спрашивает девочка, а у самой от нетерпения горят глазенки.
— Настоящего.
— Пойдем сразу, мама.
— Нет, доченька. Надо сначала набраться сил.
А вся геологическая партия стоит вокруг и улыбается. Здоровенные парни в выцветших комбинезонах и совсем молодые девчонки.
— А правда ведь, что внизу ковер, когда летишь на глайдере? — спрашивает она всех.
— Правда, — отвечает пилот. — И когда идешь, тоже ковер. Смотри, какой ковер из брусники. Красивый, правда?
— Красивый, — отвечает Эльфа и садится на корточки и осторожно гладит жесткие мелкие листики. — А правда, что небо похоже на голубой потолок? Помнишь, мама, ты мне рассказывала о самом большом доме?
— Помню, — на всякий случай говорит женщина в голубом комбинезоне. Но она почти ничего не знает об этой девочке. Да и кто о ней знает больше? Разве что главный воспитатель Земли...
..."Возьмите меня на борт! Возьмите меня на борт!" Такие сигналы услышали однажды несколько кораблей в окрестностях Плутона. Чей-то спокойный мужской голос повторял: «Возьмите меня на борт!»
Один из кораблей изменил курс и принял маленькую, неизвестно как здесь оказавшуюся ракетку. В ракетке не было мужчины. Его голос был записан на магнитопленку. В ракетке была маленькая девочка.
— Я хочу домой, папа, — устало сказала она седеющему капитану грузового корабля, который подобрал ее.
— Где же твой дом, крошка?
— У меня самый большой дом.
А потом, уже на Земле, с ней разговаривал главный воспитатель. Девочка была удивительно развита для своих семи с половиной лет. Она многое знала, многое умела. На лету схватывала все, что ей объясняли. Но две странности было у нее. Она вдруг неожиданно для всех называла какого-нибудь мужчину папой, а какую-нибудь женщину — мамой. Проходил день, и у нее уже были другой папа и другая мама. И еще. Она все время просила показать ей ее дом, самый большой дом.
Совет воспитателей навел справки о ее настоящих родителях. Нет, у них никогда не было большого дома. Вообще никакого дома не было. Прямо из школы астролетчиков они ушли в Дальний поиск.
— Я буду искать свой дом, — заявила Эльфа и ушла от главного воспитателя. Тот ее не удерживал. Он сделал единственное: каждый человек на Земле теперь знал, что Эльфа ищет свой дом. Все обязаны были помогать ей. Каждый должен был заменить ей отца и мать.
— А правда, что крыша дома может загрохотать и сверкнуть? — спрашивала Эльфа.
— Ну нет, — сказал кто-то. — Крыши сейчас очень прочные.
— Правда, — вдруг сказал пилот глайдера. — Может. Вот будет гроза, и ты сама увидишь.
— Это страшно?
— Страшновато, но очень красиво.
— А правда, что стены дома раздвигаются, когда ты к ним приближаешься?
— Вот смехота-то... — шепнул кто-то, но на него недовольно зашикали, и он замолк.
— Правда, — сказал пилот. — Вон видишь стену, за горой? Мы будем подлетать к ней, а она будет отодвигаться дальше. И сколько бы мы за ней ни гнались, она будет отодвигаться все дальше и дальше.
— Это очень похоже на то, что ты мне рассказывала о самом большом доме, о моем доме, — сказала Эльфа женщине в голубом.
— Так это же и есть твой дом. Вся Земля — твой дом. Это самый большой дом во всем мире, во всей вселенной.
— Да, ты так мне и говорила...
А вечером, когда они спустились с гор к костру, небо уже потемнело. Женщина спросила:
— Ты ведь не уйдешь от меня? Ты останешься со своей мамой?
— Мама, — ответила девочка, — я вернусь. Но сначала я хочу посмотреть свой дом. Я хочу осмотреть его весь.
А утром Эльфа снова была в глайдере. И когда он долетел до горы, она крикнула пилоту:
— Смотри, папа, стены моего дома раздвигаются!