Страница 102 из 109
Вот она в люксе у Шегана, вот она прощается по ликому, вот они вместе летят в космопорт… Почему-то вспоминались какие-то обрывки. Она отчетливо помнила что говорила, как они выходили из гостиницы, но, например, полёт из космопорта на корабль в частном челноке вспоминался совсем смутно. Потом память совсем отключилась и сколько Тори не старалась вспомнить, кроме головной боли она ничего не добилась. Вдруг всплыла страшная картинка – её полностью обнажённую, одевает взъерошенный Шеган, потом сажает в кресло с читалкой и быстро уходит.
Они что занимались сексом?!
Тори не смогла ответить на этот вопрос и от отчаянья стукнула головой о стенку. От удара стало только хуже: закружилась голова, а виски, лоб и затылок опалило болевым спазмом.
Да, что же с ней происходит? Почему она во всём соглашается с Шеганом?
-Потому что ты тряпка! Безвольная дура, которая не может сказать «нет»!
Тори вышла из душа, включила сушку и снова уставилась на своё отражение.
Может она заболела?
В последнее время она и в самом деле чувствовала себя не важно. Постоянно болела голова, подташнивало, а в первый день на этом корабле её так и вообще очень сильно рвало. Но как бы плохо ей ни было, никаким отравлением или коварным вирусом не оправдать её безобразное поведение.
Её безумно влекло к Шегану, как какую-нибудь сучку в период течки, и она не знала как с этим бороться. Из-за этого влечения она согласилась жить с ним в одной каюте, спать в одной постели… Шеган ни на чём не настаивал, как будто ждал, когда она сделает первый шаг, когда, наконец, сорвётся. А Тори ложилась на свою половину кровати, зажимала руки коленями и, чтобы не повернуться к Шегану, зажмуривалась и представляла рядом Деймира. Она видела перед собой осуждающие глаза любимого капитана, и этот взгляд не давал ей поддаться своему влечению. Как бы Тори не хотела, она твёрдо решила для себя, что заниматься сексом без любви не будет. Но с каждым днём её решимость таяла. Утром она просыпалась в объятиях Шегана и, если бы не стыд и злость за своё поведение, которые охватывали её всякий раз в эти моменты, то Тори давно бы позволила тиену Эриолли гораздо больше скромного поцелуя.
Волосы Тори высохли и она переоделась в чистую одежду. Теперь у неё было огромное количество платьев. Шеган позаботился обо всём и это тоже напрягало девушку. Она не хотела быть обязанной тиену Эриолли, он и так много для неё сделал: заплатил за проезд, накупил одежды, украшений, всевозможную обувь…
Почему она не может от всего этого отказаться? Почему его «пожалуйста прими это» заставило её согласится? Нет, нет, и ещё раз нет! Надо что-то делать с этим наваждением!
Но что-то предпринять было чрезвычайно сложно. Сосредоточится на цели получалось с трудом, мысли всё время путались, память подводила, голова взрывалась приступами боли и постоянно тошнило.
«Наверно, это всё же вирус», - устало решила Тори. Шеган сказал, что Джара, которая, как оказалось, тоже летит с ними на одном корабле, чувствует себя не очень хорошо и практически не покидает своих апартаментов.
Тори вышла из санблока и села в глубокое кресло. Прохладный душ на время помог прояснить голову, но теперь мысли снова путались, постоянно ускользая.
…Надо твердо сказать Шегану «нет»…
…Дей наверно её ненавидит…
…Было ли у неё что-нибудь с Шеганом, кроме поцелуев?
…Какая же она сволочь!
…Наверно она всё же заболела…
Тори поудобнее устроилась в кресле и не заметила, как её снова сморил сон, который из довольно мирного превратился в кошмарный. Там, во сне, Тори лежала совсем обнажённая в объятиях Шегана, а потом к ним в каюту врывался её капитан. Он обжигал её презрительным взглядом, а затем не сказав ни слова, уходил навсегда из её жизни…
***
Этот день у Вианы сразу не заладился.
Накануне вечером из гостиницы была похищена Летина и Руэрт не находил себе места от беспокойства. Они так и не помирились, что особенно хорошо было видно через Эрану. Красно-золотая нить чувств, что тянулась между ними, потускнела и истончилась со стороны Летины.
Виана переживала за них, предлагала свою помощь Руэрту, но он в довольно грубой форме посоветовал ей не вмешиваться. Глубоко обидевшись на сына, она отступила и вернулась в столичную резиденцию круга, но успокоится и заснуть так и не смогла.
Что она делает не так? Почему с каждым годом отношения с сыном всё ухудшаются и ухудшаются? Разве она не давала ему всё, что он хотел?
С самого его рождения она старалась, чтобы у его сына были самые лучшие игрушки, самая стильная одежда, самые элитные школы. Она проводила с ним всё свободное время и не смотрела на других мужчин. С тех пор, как он родился, личной жизни у неё не было. Она даже пошла на преступление и клонировала его, чтобы гарантированно не потерять. И что она получила взамен? Непослушного, не уважающего её сына, который ни во что не ставит её мнение и старается поскорее избавится от «чересчур назойливой» материнской опеки.
Не став завтракать, Виана прошла в гостиную и уселась в кресло у окна. Солнце уже освещало утренними лучами крыши домов, шпили и арки великолепных зданий Оурана, но в её душе было темно. Почему никто не учит, как воспитывать детей? Это считается чем-то очевидным, само собой разумеющимся. Полагают, что как относится к своим детям мы учимся на примере отношений наших родителей к нам. Но наверно в её случае произошел какой-то сбой. И она, и Гарт любили своих родителей и относились к ним с огромным уважением. Виана старалась брать пример со своей матери, но ей всегда было тяжело наказывать Руэрта. Казалось просто кощунственным поднимать руку на единственного сына или лишать его сладкого, а потому она предпочитала закрывать глаза на его непослушание. Конечно, она объясняла, что плохо, а что хорошо, пыталась его стыдить, но Руэрт так умильно смотрел в её глаза и обещал исправится, что она верила и тут же прощала его. Безоговорочно любить сына было гораздо проще, чем воспитывать. Она, конечно, читала разные книги по воспитанию, но в них нашлось такое огромное количество разнообразных подходов, зачастую противоречащих друг другу, что Виана быстро запуталась в них и так и не нашла правильной тактики.
Неужели она перестаралась? Неужели она залюбила собственного сына так, что он уже и видеть её не хочет?
Солнце взошло уже высоко, в гостиную пришла Синнола с Альяной, а вскоре к ним присоединился и Кэан. Все они обсуждали поведение Деймира, и Виана, сделав вид, что задумалась о чём-то своём, снова отвернулась к окну. Деймир был так похож на Руэрта! А в том, что с ним произошло, она винила и себя. Когда Кэан привёл в гостиную Деймира, Виана приняла решение, что обязательно поможет ему в поисках невесты,…если, конечно, он примет от неё помощь.
Имя Адена О’Шэйна не надолго вывело её из себя. Тут же вспомнился Морт и сердце привычно сжалось от тоски, но Виана всё же опомнилась и взяла себя в руки. В отличие от Руэрта, Деймир с радостью принимал любую помощь и был за это благодарен. Такое отношение было так непривычно и приятно Виане, что она, ни о чем не думая, согласилась заняться телепортаций. Только чуть позже, когда мальчики по совету Синнолы отправились добывать личную вещь Адена, она осознала, что и в самом деле может их подвести. Она, конечно же умела телепортировать себя, в юности на экзаменах телепортировала космическую яхту к маяку Деноса, но вот делать это по эмоциональной связи в качестве диалы О’Шэйна ей раньше не приходилось. В спешном порядке она скачала из бионета нужные лекции по телепортации и принялась их изучать. Когда Кэан позвонил ей и сказал лететь в космопорт, её голова уже раскалывалась из-за огромного количества специфических терминов и рекомендаций по телепортированию. Быстро схватив, походную сумку, в которой была смена одежды и личные вещи, Виана выскочила из гостиницы и села в вызванный аэрофлай. В пути она снова и снова читала инструкции по телепортации и пыталась всё точно запомнить.