Страница 48 из 58
Франческа уселась у стойки и стала постукивать каблучками об пол. Она очень боялась, что человек, с которым она разговаривала, не придет. Не отрывая взгляда от входа, Франческа одновременно следила за Альдо.
Альдо был из тех, кто не задает лишних вопросов. У стойки его бара сидела несовершеннолетняя, возможно, еще школьница — уж у него-то взгляд наметан, — но ему было на это плевать.
Он видел ее не в первый раз. Эта девица появлялась здесь и раньше, болтала то с одним, то с другим. И вроде бы Альдо видел, как она ходила в туалет в компании взрослых мужчин.
В бар она стала ходить с тех пор, как отец перестал ее бить, но вот этого Альдо не знал.
Франческа барабанила пальцами по мраморной поверхности и считала про себя до десяти. Затем снова принималась считать.
Мужчина все-таки пришел.
Франческа вскочила, и он сразу же смог разглядеть ее великолепную фигурку. На мужчине был превосходный черный костюм; глаза были спрятаны за стеклами дорогих очков.
Приблизившись, он уверенно протянул ей руку:
— Роберта? Нет, Франческа… Франческа, верно?
Быстро оглядев жалкий притон, он заказал для себя безалкогольный клубничный коктейль и тут же добавил:
— Два, пожалуйста.
Франческа зарделась. Ее трусики торчали из-под юбки, но она не подавала виду, что смущена. Она сидела перед мужчиной в годах, перед зрелым, опытным мужчиной, а сама еще ни разу не занималась любовью.
— Итак? — произнес незнакомец.
Интересоваться причинами, по которым эта молоденькая красивая девочка назначила ему встречу в баре, не входило в его профессиональные привычки.
— Прошу прощения, у меня мало времени… Скажи мне, что ты умеешь делать. Вернее… — улыбнулся он, — что бы ты хотела делать.
Франческа растерялась. Она и так не особенно хорошо умела объяснять, а сейчас язык будто присох к нёбу; стакан в ее руках задрожал.
«Н-да, ничего хорошего», — подумал незнакомец.
Франческа битых две минуты бормотала что-то невразумительное: это… ну вот… в общем-то… и все в таком духе.
— Я могу работать только ночью, — удалось ей наконец проговорить.
Мужчина шумно всасывал в себя молочно-клубничную смесь. Франческе ничего в горло не лезло.
— Никаких проблем, — вытер он рот салфеткой, — скорее наоборот.
Франческа старалась шевелить мозгами на предельной скорости: ей надо сказать что-то такое, что немедленно покорит его. Только в этом случае он не посмеет предложить ей место посудомойки или официантки. И он такой видный, такой элегантный… Она хотела, чтобы он взял ее с собой, восхищался ею — не он, так другой, кто угодно.
— Моя мечта — клуб «Тартана», — сорвалось с ее губ.
Фраза повисла в воздухе. Она прикусила губу от стыда: кажется, сморозила глупость.
Мужчина внимательно смотрел на нее сквозь очки. Нет, она может рассчитывать только на свое тело. Какая там посудомойка…
— Я хочу быть танцовщицей, — сказала она. — Я хочу танцевать на тумбе и… в приватном кабинете. В общем, где вы скажете. Но танцевать!
Она напоминала ему маленького загнанного зверька. Случай был сложный. Ему еще не приходилось сталкиваться с подобным. Но она так хороша собой…
— Ты совершеннолетняя, конечно…
Франческа кивнула.
Она была такой податливой, такой уступчивой. «Никакого сопротивления, — подумал незнакомец. — Бери ее, бей об стену, еще и спасибо скажет».
— Ты привлекательная, — сказал он, не снимая очков, — очень привлекательная.
Голос его был одновременно и жестким, и успокаивающим.
— «Тартана», говоришь. Это хорошее место… К нам приезжают со всей Италии, да и из-за границы тоже.
Франческа смущенно заулыбалась:
— По правде сказать, я там не была никогда. Только на фотографии видела…
«Да этой все что хочешь в рот засовывай — она только благодарить будет, хвостиком вилять, как сучка», — подумал мужчина и широко улыбнулся, обнажая белоснежные зубы.
— Только у меня проблема с машиной. У меня пока еще нет прав…
— Об этом не беспокойся. Об этом… мы сами позаботимся.
Очень ладная. Телка хоть куда. Отличные ноги, красивая задница. Грудь не особенно большая, но с этим можно повременить. Итальянка, да еще и несовершеннолетняя — такую можно отправить на яхты Пунта-Ала, по двести пятьдесят тысяч лир она будет нарасхват у папиков…
Он отставил бокал и снял очки, чтобы получше рассмотреть ее лицо. Под глазами у него оказались огромные воспаленные мешки.
— Дело в том, что в «Тартане» у нас и так много девушек, мы не можем взять еще одну. Надеюсь, ты не сильно расстроилась, — хищно улыбнулся он.
Франческа пошатнулась. Ей показалось, что в животе у нее рождается тошнотворный ком.
— Но у меня есть еще одно заведение в Фоллонике.
Франческа уцепилась за эти слова, как утопающий за соломинку. Она сама не знала, почему ей так хочется получить работу, о которой она не имела никакого представления.
Мужчина же думал совсем о другом. Он думал, что в рот она будет брать еще лучше, чем целоваться.
— Это заведение — очень приличное и известное. Там даже круче, чем в «Тартане».
Услышав такое, Франческа чуть не рухнула к его ногам.
— Туда непростые люди ходят, понятно? Там собираются те, про кого в журналах пишут. «Новелла 2000» — видела такой? Не хухры-мухры…
— Мне бы хотелось, — засияла Франческа, — мне бы так хотелось попасть когда-нибудь на телевидение!
— Правильно, — подхватил ее мысль незнакомец, — это непросто, но ты должна верить в себя, а я уж тебе помогу… — продолжал он вешать ей лапшу на уши. — Но в мои клубы, запомни это, ходят только приличные люди. Туда пускают только в костюмах. Посетители из Милана, из Рима, куча телепродюсеров… Я с ними лично знаком.
Он встал и протянул ей руку. Франческа тоже встала. Он снова оглядел ее с головы до ног и добавил:
— Ты не останешься незамеченной.
Франческа улыбнулась ему счастливо и невинно.
— Ну так что же, ты согласна?
Мужчина вытащил огромный бумажник из крокодиловой кожи и расплатился за коктейли.
— Я устрою тебе просмотр. На следующей неделе. Мы тебе позвоним, Франческа. Франческа… как?
— Морганти.
— Хорошо, Франческа Морганти, ты мне нравишься. У тебя есть талант. Я такое кожей чувствую. Мы вместе наделаем дел. Но сначала надо посмотреть, как ты танцуешь. Как вообще справляешься. Дашь мне свой номер?
Франческа заколебалась: дать ему домашний номер — это еще хуже, чем отдать свои грязные трусы, — но все-таки дала.
— Отлично, ты — чудо. Запомни, что главное — это стремление и труд… Вот увидишь — место блондинки в шоу «Ходят слухи» будет твоим!
Он уже собирался уходить, как Франческа окликнула его:
— Извините, я не расслышала, как называется место, про которое вы мне говорили?
Он обернулся, прежде чем выйти и сесть в угольно-черный «мерседес» представительского класса.
— «Джильда», — сказал он. — Это место называется «Джильда».
34
Лужайка перед лицеем была усыпана одуванчиками, живая изгородь из олеандра зацвела, две березы перед окном их класса покрылись густой листвой. Лизе нравилось смотреть на них. Она видела, что весна в разгаре, и это добавляло ей смелости.
Сегодня Анна приехала в школу не на скутере. Может, это и есть тот самый случай, которого так ждала Лиза? Она заметила Анну из окна автобуса. Волосы Анны лучились в солнечном свете, за плечами был огромный рюкзак.
Пока учительница объясняла скучающему классу согласование времен в латыни, Лиза приняла решение — окончательное и бесповоротное.
Как только прозвенел звонок на перемену, она внутренне собралась. Анна стояла и болтала о чем-то с ребятами. Лиза решила, что нужно дождаться подходящего момента. Но все-таки какой невыносимой она бывает, когда кокетничает с этими придурками…
Заметив, что Анна отделилась от компании покурить, Лиза сосчитала про себя: раз, два, три… И решительно подошла к девушке.