Страница 48 из 97
Она вяло и безразлично ему улыбнулась, но мне он показался очень забавным. Вечер обещал оказаться удачным. Может, даже веселым. Зал кишел гостями, и обнаружить Чарли в такой толпе было невозможно.
— Чудесное платье, Крессида…
— Это слияние компаний — сущий ад…
— Еще шампанского, Перегрин?..
— Бал Красного Креста просто сказка…
— Куда поедете на Рождество?
— В лотерее разыгрывается куча премилых вещиц.
— Дамы и господа, просим к столу!
Мы очутились в золочено-зеркальном зале «Ланкастер». На дамастовых скатертях поблескивали серебряные столовые приборы, на каждом столе стояла ваза с цветами. В полумраке горели свечи, создавая романтическую атмосферу, в воздухе витал аромат дорогих духов. Мальчики из эскорта окружили нас вниманием, сразив своей галантностью. Если бы я курила, Хьюго наверняка бы поднес мне зажигалку; а вздумай кто-нибудь кидаться булочками, он, как пить дать, вскочил бы и перехватил метательный снаряд. Что до Эмбер, она уже пререкалась с Лори, как со старым приятелем.
— Только попробуй есть с ножа, и у тебя будут большие неприятности, — прошипела она, когда принесли закуски.
— Тогда можно мне вылизать тарелку? — с улыбкой ответил он и налил ей бокал шабли. Она метнула в него злобный взгляд. Потом достала из вечерней сумочки маленький перламутровый театральный бинокль и начала осматривать огромный зал. Где же Чарли? Я заглянула в программку. В списке попечителей фонда упоминалось имя его отца, лорда Эдворти, но о Чарли не было ни слова. Нас посадили за столик со случайными гостями, незнакомыми друг с другом. Тощий лысый очкарик лет пятидесяти представился как редактор из Сити. При одном взгляде на жадную крысиную мордочку мне стало жаль его спутницу, пышную брюнетку по имени Синди. Рядом с ними сидела пара лет сорока, ювелиры, занимающиеся антикварным серебром. Нашими визави оказались промышленник на пенсии — где-то я его уже видела — и блондинка, которая годилась ему в дочери и была на две головы выше. Принявшись за овощную запеканку, мы завязали вежливую светскую беседу.
— Эмбер, а как вы с Лори познакомились? — спросила миссис Антикварное Серебро. Ой!.. Ничего себе. Мы и забыли о том, что должны в первую голову делать клиентки и «сладкие мальчики», — придумать убедительную маленькую историю.
— Мы с Эмбер вместе учились в школе, — с улыбкой ответил Лори.
— В какой же? — продолжала расспрашивать женщина.
Я молила бога, чтобы у Эмбер хватило ума не ляпнуть: «В Челтнемском женском колледже» [51]. К счастью, Лори ее опередил:
— В Стоу [52].
Глаза у Эмбер слегка округлились.
— Помнишь, как мы сдавали выпускной экзамен по физике? — с нежностью произнес Лори. — Эмбер получила тройку, — признался он. — Ты совсем не готовилась к тесту, да, дорогая?
— Хм… да, пожалуй, — бодро, но с осторожностью подтвердила она.
— В школе ты была ужасной непоседой, да, крошка?
— Ха-ха!
— Но я получил пять, — сообщил он.
— О, поздравляю! — ответила женщина. — Вот мне точные науки никогда не давались.
Лицо у Эмбер стало краснее клюквы, она дрожала от возмущения. Бедняга Лори, она его в порошок сотрет. Смотреть на это было выше моих сил. К тому же я поддерживала разговор с Хьюго.
— Расскажи мне о своей работе, — попросил он с заученной вежливой интонацией. — Должно быть, работать на радио невероятно интересно.
— Да, так оно и есть. В основном, — ответила я. — Есть свои плюсы и минусы, разумеется, — горько признала я. — А ты чем занимаешься?
— Раньше был агентом по продаже недвижимости, но пришлось рано выйти на пенсию — по состоянию здоровья.
— О боже, — выдохнула я.
— Да, это был кошмар.
— М-да, не повезло. — Что бы то ни было, я не хотела об этом знать.
— Понимаешь, все началось вроде как с несварения желудка, — объяснил он. Официанты забрали тарелки из-под первого блюда. — Я все время чувствовал дискомфорт здесь… — он потер себя под грудью.
— Да что ты! — А я‑то думала, мы будем говорить об искусстве.
— Мой доктор настаивал, что это расстройство пищеварения, но я был уверен, что у меня язва.
— Это легко проверить, — сказала я. Принесли цыпленка-гриль, фаршированного фисташковым муссом.
— Да, но у меня были очень непонятные симптомы…
— Неужели…
— А потом я стал страдать от… — он понизил голос, — …ужасных газов.
— Бог мой!
— Да, это был кошмар. Хочешь бобов?
— Хм-м, нет, спасибо.
— И я подумал, что, может быть, у меня проблемы с кишечником.
— Понятно.
— Я так долго сидел в туалете…
— Правда?
— О да. Мог сидеть там часами.
— Как интересно.
— Я был уверен, что у меня что-то не в порядке с толстой кишкой.
— Какие прелестные цветы! — воскликнула я. Цветы на самом деле были чудесны. Каждый столик украшала скромная рождественская композиция из тиса, пестрого остролиста и белых анемонов, обвитая красной клетчатой ленточкой, букет в духе Хелен.
— Так вот, я опять пошел к доктору и попросил, чтобы мне сделали УЗИ…
Боже, этот человек несносен. Подумать только, один вечер в его обществе стоит двести фунтов! Поговорю с Эмбер, и она заставит их вернуть деньги. Тут, к моей радости, Хьюго начал болтать с Синди и выяснил, что она семейный терапевт. Теперь он доставал ее, а у меня появилась возможность поискать Чарли — его по-прежнему не было видно. Что, если он не придет? Штукарь выброшен на ветер! Я взглянула на Эмбер — она явно пыталась отделаться от Лори, но безуспешно. Я расслышала ее слова:
— Я не собираюсь разговаривать с тобой весь вечер. Мне нужно кое-кого найти.
— Ради бога, — успокоил ее он. Эмбер снова взяла бинокль. — Увидишь кого стоящего, не стесняйся, подойди к нему, — разрешил Лори. — Вот что, давай договоримся. Если с тобой начнет заигрывать симпатичный парень, шевельни левым ухом — вот так. Это будет условный сигнал, что у тебя все в порядке. — Опустив бинокль, Эмбер уставилась на него. — Но, — продолжал он с деланной серьезностью, — если к тебе прилипнет зануда, дотронься до кончика носа. Я тут же примчусь и спасу тебя.
— Спасибо, — промямлила Эмбер. Куда подевался ее острый язычок? Она явно нервничала. Но неприятности только начались.
— Ку-ку-у! — услышала я. — Ку-ку-у! Минти‑и‑и! — Святые небеса, это же мама!
— Привет, дорогая! — сказала она. — Я помогаю организовать лотерею. Вы с друзьями не хотите купить пару билетиков? Конечно же, купите. Чего не сделаешь ради детишек. Хотите? — спросила она редактора с крысиным лицом. — Всего десять фунтов за штуку, и вы бы видели наши призы! — Она встряхнула блестящей шевелюрой.
— Давай купим, Найалл, — попросила Синди. Но этот скряга отказался. Очевидно, подсчитал в уме, что шансы на выигрыш невелики.
— Я возьму несколько, — меня разбирала злость: терпеть не могу скупых. — Десять штук, — произнесла я. — О, мама, это Хьюго, Хьюго, хм-м…
— Смит.
— Привет, тетушка Димпна! — проворковала Эмбер. — Я вас и не заметила.
— Привет, Эмбер, дорогая, — начала, было, мама, но, заметив промышленника на пенсии, застыла на месте. — Айво! — воскликнула она. Он попытался спрятаться за меню. — Айво, как я рада тебя видеть. И какой сюрприз! Уверена, ты-то не откажешься купить несколько десятков лотерейных билетиков для своей юной… подруги.
— О…а.
— Ну конечно не откажешься, Айво, — настаивала мама. — Ради такого случая. Тысячи бедных маленьких детишек делают кирпичи и вяжут ковры…
— Ну, хм, я не очень…
— …и часто работают в очень опасных условиях.
— Хм-м!
— Как поживает Фиона, Айво? Уже несколько недель ее не видела. Надо ей позвонить. Знаешь что, позвоню-ка я ей завтра!
— Ну, хм…
— Почему бы тебе не купить сразу упаковку, десять штук? Уверена, что твоя юная… хм… подруга оценит такой щедрый жест.
— О, да-да! — пролепетала блондинка.
51
Челтнемский женский колледж: —известная привилегированная частная школа в г. Челтнеме (графство Глостершир).
52
Стоу — привилегированная частная школа в графстве Бакингемшир, где учатся мальчики от 8 до 18 лет и девочки от 16 до 18 лет.