Страница 16 из 19
– Да не конкурс вовсе, а какой-то там б… кастинг. Ты, это хоть поняла?
А Катька засмеялась, меня стиснула и нахально, мне так на ушко зашептала, что она себе представляет, какие она там увидит на конкурсе личики и главное, говорит, все ведь бесплатно! Я тогда еще на нее обиделась. Смутно так догадывалась, что она имела в виду, под теми их личиками.
На другой день все прошло так, как мы и договорились. Встретились, проехали в гостиницу. С Сашкой нас сразу же пропустили. Я еще обратила внимание, как к ней отнеслись, с уважением и каким-то подобострастием. Сашка нас обеих этой тетке, англичанке и ее подруге представила. Ее подруга, такая смазливая, немного полноватая баба, но красивая, паспорт взяла, сверилась, убедилась, что мы тогда-то и там родились. То есть мы уже взрослые и не малолетки. Пока говорили, расспрашивали, Сашка переводила, но не все, и я даже засмущалась, когда услышала, как Сашка в мой адрес. Виргин и виргин. Я-то уже догадалась, о чем это она. Что, мол, я еще девственница. Виргин, это так переводится это слово по-английски и я сразу же догадалась. Недаром же, она меня английскому учила. Пока нас представляли, я оглядела номер люкс. Я ведь никогда не была в гостиницах, а тут люкс. Красота! Две комнаты, большая, как зал и спальная, совсем не маленькая. Дверь в нее была открыта и я уже тогда обратила внимание, что в спальне разбросана постель и видно, что спали в ней два человека, две женщины. Об этом я сразу же догадалась по разбросанным женским вещам и косметике. Потом Сашка нас спросила, будем ли мы завтракать. Я отрицательно замотала головой, а Катька нахально так, нет уж, говорит, раз работать весь день, так надо и позавтракать.
Корина поняла все, что-то сказала Сашке и нас повели вниз, завтракать.
Я впервые была в ресторане, особенно утром. Когда все пустынно и сонно, никого нет. В помещении непривычно темно, но довольно уютно, ковры, мягкая мебель, чистые скатерти на соседних пустующих столиках. Только слышен звук пылесоса откуда-то и официант все заглядывал нам в лицо, как мне показалось, пытался разобрать, а мы кто? Но Сашка ему что-то сказала, и он прямо на наших глазах изменился, сразу, же выпрямился и стал сама любезность. Но любезность уже вдалеке. Сашка пьет кофе и говорит.
– Ну, девчонки, считайте, что нам повезло. Обе понравились, особенно Наташка.
– Ну, конечно. – Обижается и ворчит Катька. – Ты посмотри на нее, на ней же ведь мамино платье.
А я и впрямь надела его, красивое, темное, элегантное, с довольно глубоким вырезом на груди. Это я так хозяйничала вещами ее, пока мать в командировке и уже не смогла надеть его из-за живота своего. Но об этом я молчу. Все, это табу. Даже для Катьки.
Пока завтракаем, Сашка инструктирует нас. Заставляя меня заучивать наизусть эту дурацкую фразу о Корине и ее обязательствах. А Катька, язва, все равно встревает и говорит, поправляя меня, пока Сашка отходит и говорит с администратором на ресепшене.
– Корина работает, глубоко так работает с каждой. Ага! Особенно глубоко в ней работает ее Рыжая подруга.
– Катька, перестань! – Но она уже вошла в раж и продолжает.
– Корина вам раскроит все тайны международного кастинга.
– Катька, прекрати! А то я уйду! Слышишь?
Подошла Сашка, и я ей о своих сомнениях говорю. Почему-то мне стало неуютно, особенно от этих Катькиных комментариев. Почему-то я сразу почувствовала, что я что-то не такое хорошее собираюсь делать. Мне стало неудобно, и я уже решила, что после завтрака скажу им, что я уйду. Все, не хочу я никаких долларов. Мне просто стыдно стало и неприятно, за всю эту авантюру, в которую нас затащила Сашка и мы так легко согласились.
А тут еще эта дурацкая фраза, все никак не могу ее запомнить. Про себя все повторяю. «Корина приносит свои извинения и просит подождать, всех вас. Она обязательно, обязательно». Вот же черт, эта Катька! Я ведь точно, все перепутаю и ляпну о том, что на самом-то деле хочет от них Корина! Как там. «Вам надо ждать и… постараться, постараться»…. А ведь точно! Им всем сегодня придется ждать и постараться. Этой своей игрушечкой сверкать, а может и не сверкать? Что это Сашка там с какими-то парнями болтает? Постой, я же их уже видела мельком, в соседнем с Кориной номером.
– Слушай, Катька! Видишь тех парней, что разговаривают с Сашкой? Я их уже видела, в соседнем номере. Ты, не знаешь, что они делают там?
– А чего ты у меня спрашиваешь, ты Сашку спроси. Может они ехари?
– Катька! Еще раз матюгнешься, я точно уйду. Мне и так не нравится все это.
– Ой, ой, ой! Что это вам так не нравится? Кушаешь, завтракаешь бесплатно. Может еще и понравится? Ага! Особенно с Рыжиком, этой английской пышечкой?
– Ну, все, Катька! Ты меня достала! – Я встаю, ищу глазами свою курку и начинаю ловить ее рукав. Смотрю, а Катька почему-то ко мне за спину заглядывает.
– Давайте я вам помогу, девушка. – Слышу у себя за спиной такой приятный мужской голос.
Оборачиваюсь. Вот, тот один из тех, что в соседнем номере. Чертовски красивый оказывается и потом, манеры и голос. Но я сразу, же напрягаюсь и резко.
– Спасибо! Я как – нибудь сама обойдусь! – Сказала грубо и резко, дернула куртку, а она как прибита к стене, даже не поддалась.
– Это еще, что такое? А ну– ка, отдай!
– Зря вы так нервничайте. Вам нельзя.
– Что нельзя? Почему?
– Потому, что на таких красивых девушек все мужчины смотрят и не могут от вас глаз отвезти. Посмотрите, как они все на вас смотрят? Ведь вы же прелесть!
И я, как дура, оглядываюсь и вижу, что точно, правда! На меня все смотрят! Вот тебе, раз! Я так и застреваю, на полусогнутых ногах, с рукой продетой в один рукав куртки, а второй рукой беспомощно ищу в воздухе и никак не нахожу рукав куртки. А потом, раз! И я словно обволакиваюсь ей. Она приятно и почти невесомо, с его помощью, просто легко и воздушно садится на меня. Это так неожиданно, так приятно, что я теряюсь и по привычке.
– Спасибо.
– Пожалуйста, красавица.
– Ты, видела? Видела! А какой мужчина! – Это всю дорогу в номер мне говорит Катька. – Эх, если бы у меня было такое платье….
– Сдалось тебе это платье! Купишь себе, какое ты хочешь. Не это, а новое.
– Точно! Только бы нам заработать эти сто долларов!
Глава 11. Как зарабатывают
Потом я все, как попка, стоя и повторяю.
– Корина будет работать индивидуально с каждой из вас, ведь это же международный кастинг!
Катька периодически выходит из номера и каждый раз так на меня смотрит, как будто бы она там сама конкурсантка и принимает участие в этом конкурсе. По ее довольному и сразу же ставшему такому нахальному, можно сказать, что развратному лицу я вижу, что все, что там происходит, ей нравится. У нее даже, после двух часов кастинга, взгляд поменялся. Сначала она все старалась их всех рассматривать, тех, кто сбился в очередь и нетерпеливо дожидался момента, пока я им не открою дверь и не пропущу в номер. А потом на ее лице появилось какое-то наглое и нахальное выражение, как у продавщицы, которая в детстве торговала в нашем магазине. Она пару раз все говорила мне, наклонившись к уху, что бы я сменила ее и зашла в номер, где шел кастинг, но я все время трусливо отнекивалась.
У меня в голове не укладывалось все это время, не вязалось все с тем, что было перед глазами и тем, что наверное происходило там. Тут все девушки, красивые, немного взволнованные, нетерпеливые в чем-то трогательные, словно их пригласили на конкурс бальных танцев, а там. Я даже затрудняюсь представить себе, что же там происходит. Но судя по Катьке, я догадываюсь.
Вся процедура занимает минут пятнадцать, иногда десять. Девушки поочередно заходят и я, за прикрытой плотно дверью все равно слышу только голоса англичанки и Сашки, которая ей тут же вторит. Потом наступает пауза минут на пять, а потом все повторяется. Ответы девушек я почти не слышу, только иногда немного нервный, осторожный смех. И так час за часом. Те, кто прошел в номер, и закончили, те выходят из номера, через запасной выход, в коридор, на лестницу и молча, спускаются, выходят из гостиницы. Я это процесс не отслеживаю, но все, же стала замечать, что не все девушки выходят во время, некоторые, непонятно где и как задерживаются. Я не понимаю, отчего так и стала наблюдать внимательнее.