Страница 39 из 52
Почему, спросите, я вдруг задергался? Еще до того, как парень за стойкой начал переключать каналы, мне удалось углядеть на заднем плане одного человека. Того самого, что сначала навестил меня в «Стали», а потом прислал каких-то танцоров диско. Только на сей раз, он был не в красивом длиннополом пальто, а в суровой куртке с камуфляжными разводами. Я обхватил руками голову и застонал в голос.
– Что с тобой? – перепугался Сергей.
– Уже ничего, – перестал прикидываться безутешной вдовой из индийского кино и опять стал самим собой, точнее, тем, кем был несколько лет назад.
Так вот почему бывший коллега так торопился отправить меня на тот свет. Прекрасно, сволочь, знал, что мне было глубоко по барабану, когда он крошил всяких там успешных и авторитетных, но вот гибель ни в чем неповинных мирных я никогда ему не прощу и приму меры. В нашу последнюю, совместную с ним операцию, такое делать приходилось. Один, сорвавшийся с резьбы боевой пес, превратился в людоеда и принялся крошить налево и направо. Тогда мы справились, глядишь, и сейчас не облажаемся. Жаль, только, что верный напарник и коллега, бывший коллега, не со мной. Он теперь и есть тот самый людоед.
– Значит, хочешь отомстить?
– Да, – смотрел на меня расширенными от удивления глазами. Парень никак не мог понять, что же такое со мной произошло.
– Если так, иди домой и напейся, ты мне не нужен.
– Это почему?
– Да потому что тут надо не пошло мстить.
– Почему пошло?
– Не перебивай, – рявкнул я. – Мы должны сработать и, по возможности, грамотно. Ты говорил, что его ищут в моей бывшей конторе?
– Да.
– Не найдут, – уверенно заявил я. – Сто лет будут искать и не найдут.
– Это почему?
– Потому, – устало ответил я и поднял руку, подзывая официантку. – Два двойных кофе.
– Так все-таки почему?
– Потому, что не знают, где искать.
– А ты, получается, знаешь?
– Типа того, – если уж, сам того не желая, я стал тем, кем был раньше, боевым оперативником, а не пижоном-инструктором, то и мозги у меня заработали как когда-то. И я понял, почему тезка и бывший так торопился со мной расстаться. – Ты, кстати, в курсе, что у тебя могут быть неприятности по службе?
– Ага, – легко ответил он.
– Если так, – и протянул ему руку, – значит, побарахтаемся, – и сам засмущался от красоты сказанного.
Если бы не этот взрыв в Подмосковье, я бы спокойненько залег на дно и лежал там как рыба пескарь до самого окончания всей этой заварухи. Теперь, боюсь, не получится, драка между бывшими коллегами получается неизбежной как наступление зимы. Что ж, драка так драка. Другое дело, что шансов победить в ней с гулькин хрен.
ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ
Пролог
– Тетку быстренько хлопнуть и в машину, – распорядился сидящий за рулем. – Вдвоем-то справитесь?
– Обижаете, шеф, – пробасил один из здоровяков, телосложением напоминающий платяной шкаф. – Давайте я сам эту овцу приведу.
– Нет уж, вдвоем надежнее будет, пошли!
Он не предупредил мордоворотов о том, что женщина, которую им приказали захватить, никакая не овца, а вовсе даже капитан запаса спецназа Главного разведывательного управления, потому что его самого не поставили об этом в известность. К слову сказать, очень напрасно. Иначе эта история сложилась бы несколько иначе, вернее, началась бы и тут же закончилась. А так...
Хвост она почувствовала сразу же, но дергаться не стала. Просто прошла в арочку, поставила пакеты на землю, засунула правую руку в карман, пальцы вошли в кольца кастета. Прижалась к стене и принялась ждать.
Шаги приближались, эти двое топали как слоны. Вот, значит, как, сначала тот хлыщ, что нагло клеился в супермаркете, метров сто шел следом, а потом пропал, как будто, передал эстафету, теперь эти двое. Ну, что ж, извините, ребята, я вас не звала, сами пришли.
Преследователи миновали арку и оказались на освещаемом уличным фонарем пятачке.
– Где эта сука?
– Молодые люди, – она шагнула к ним из темноты. – Не подскажете?..
– А?
– Х... на, – ответил бы любой нормальный мужик.
Дама хамить не стала, просто что было сил приложила оказавшегося рядом с ней, кулаком в висок. И убила на месте. Вообще-то, завалить насмерть здорового мужика одним ударом кулака из всех известных автору дам, под силу только одной. Ее фамилия Рогозина, знаете такую? Чемпионка мира по боксу. Хотя и у той вряд ли бы получилось. А у этой вышло в лучшем виде, может, потому, что кулак был не голым, а одетым в металлический кастет. С шипами.
– Ах, ты, бл... – оставшийся в живых, сделал шаг вперед и размахнулся.
И тут же получил ногой туда, откуда произрастали его собственные нижние конечности. Замычал и согнулся. Огреб еще раз, по темечку, упал и отключился. Или отключился, а потом уже упал. А дама подхватила пакеты и быстренько покинула место, где не так давно вела себя, скажем так, несколько несдержанно. К полуночи покинула Москву и подалась в бега.
Кому и зачем понадобилось, как сейчас принято, говорить, наезжать на скромную, миловидную особь женского пола, пусть и прослужившую более десятка лет в Главном разведывательном управлении в скромной должности снайпера? Причем, не просто бабы с ружьем, а уверенно входившей в свое время в пятерку лучших в этой милой профессии, и далеко не последним в этой самой пятерке номером. Некоторые, вообще считают, что первым, в крайнем случае, вторым. Скажу честно, история с Юлией Ясинской (так зовут нашу героиню) приключилась достаточно паскудная и очень в духе нашего паскудного времени.
В начале девяностых, когда ее уже перевели в нелегальный состав, куратор милой дамы решил срубить на таланте своей подчиненной немного бабла и впиндюрил ей частный заказ под видом задания руководства. Легко и непринужденно, как это делают торгующие у трех вокзалов электрочайниками (два херовых по цене одного очень херового) бойкие молодые люди. Ясинская, позывной Паненка, задание, естественно, выполнила и тут же о нем забыла. Как позже выяснилось, напрасно, через десяток лет прошлое вылезло из могилы и едва не отправило туда ее саму.
Спустя достаточно много лет брат убитого, далеко не последний на Москве человек, вдруг надумал за него отомстить. Решил сделать это, прямо скажем, не совсем самостоятельно, а по настоятельной просьбе многочисленной родни. Скажем честно, делать это он не очень-то и хотел, но пришлось. Искать заказчика не стал, потому что и так его прекрасно знал: он и был этим самым заказчиком. Поэтому было решено покарать исполнителя, привести на малую родину пострадавшего в битве за накопление капитала и там его показательно, по законам предков казнить.
Выйти на исполнителя помог случай, вернее, тот самый диспетчер. Сразу после акции он съехал из страны. Пожил некоторое время в Европе, а потом вернулся и с новой физиономией зажил новой жизнью под красивой фамилией Чупров, и не просто зажил, а даже наладил кое-какой бизнес. Именно он слил информацию о снайпере и слегка разжился за это денежкой.
Что было дальше, вы уже знаете. Даму попытались взять, но несколько не учли ее скромный послужной список и боевые навыки. После той, неудачной попытки, начались активные поиски. Заказчик не жалел денег, поэтому к делу подключились профессионалы, и результат не заставил себя ждать. Беглянку разыскали в глухой провинции, аж в соседней с Московской области, где она скромно и под чужой фамилией трудилась на ткацкой фабрике и жила в ведомственной общаге, в роскошных апартаментах на шесть коек. За Ясинской снарядили группу из пяти проверенных бойцов, всех их вскоре нашли убитыми.
Дело в том, что аккурат в то же самое время в Москву возвратился один хороший человек по имени Юрий, давно и преданно любивший Юлию. Из одной из стран Латинской Америки, где отбывал пожизненное тюремное заключение в тамошней тюрьме по обвинению во всего-навсего терроризме. Красивая, ничего не скажешь, вышла история с подполковником Новиковым, позывной Сова, но об этом как-нибудь в другой раз. Выйдя на свободу и смыв с себя тюремную грязь, он тут же сделал несколько звонков в Россию. И заспешил в аэропорт. Прилетел в Москву и сразу же подключился к поискам, хотя его очень от этого отговаривали и даже намекали, что это может быть небезопасно для жизни. Напрасно намекали, потому что... Скажите, вы когда-нибудь кого-нибудь любили? И были готовы погибнуть за эту самую любовь? Нет, говорите, ну тогда это была не любовь, а просто-напросто желание бесплатно попользоваться чьим-то более или менее роскошным телом.