Страница 29 из 51
Исследователь культуры индейцев пуэбло Лесли Уайт приводит несколько рассказов о проявлениях «магических» способностей шаманов акома, полученных им от индейцев. Первым рассказал ему об этом акома (назовем его Хуаном), который был человеком образованным и весьма прогрессивным, открыто заявлявшим о полном недоверии к шаманам. Но он сам несколько раз становился свидетелем необъяснимых явлений. Как-то ночью Хуан присутствовал на церемонии, проводимой шаманами для излечения заболевшего человека. Он сел поближе к шаманам, желая разобраться, как они проделывают свои трюки. Шаманы хорошо знали о его скептических взглядах, и один из них попросил его последовать за ним. Дуна была полной, на земле лежал снег, а потому было «светло почти как днем». Шаман остановился у самого края месы. Примерно в 12 метрах от края находилась вершина остроконечной скалы. По словам Хуана, шаман немного отошел от края месы, а затем побежал к пропасти. Почти у самого края он воткнул в землю свой кремниевый нож, и оттуда вылетел сноп искр. Шаман оттолкнулся и, пролетев в воздухе, приземлился на пике остроконечной скалы. Глубина пропасти составляла около 100 метров. После этого шаман снова перепрыгнул назад на край месы. Хуан был поражен, но не мог объяснить произошедшего.
Шаман взывает к духам
Другой индеец рассказал Уайту, как однажды присутствовал при лечении больного соплеменника шаманом, который «высасывал» из его тела болезнетворные «стрелы». Собралось очень много людей.
Все шло хорошо, а когда шаман попытался исторгнуть из себя «изъятую стрелу», у него ничего не получилось. Попытался снова — безрезультатно. «Было видно, что ему ужасно больно, — рассказывал индеец. — С него струился пот, он скорчился и забился в агонии». На помощь ему поспешил другой шаман. Он перевернул пострадавшего на спину, вытащил большой кремниевый нож и вспорол ему грудную клетку и живот. «Когда он разрезал его, каждый мог увидеть его сердце, желудок и другие внутренности», — продолжал индеец. Шаман заглянул внутрь него и вытащил оттуда большой комок кактусовых иголок, который бросил в специально подготовленную плошку. Затем шаман закрыл разрез, потер его кремниевым ножом, похлопал по нему руками и подул. Разрез затянулся, будто его и не было. Пострадавший шаман, проглотивший комок иголок, поднялся и, пошатываясь, пошел к алтарю.
О нанесении шаманами тяжелых ранений себе и другим и об их необъяснимых исцелениях рассказывал армейский офицер Лютер Норт, который был свидетелем происходящего:
«Несколько человек, изображавших оленей, вошли в круг и побежали трусцой на виду у всех, подражая этим животным. К их головам были привязаны ветви, представлявшие оленьи рога, а на спины были накинуты оленьи шкуры. В круг вошел доктор (шаман). Он протянул зрителям свои стрелы, которые они осмотрели и убедились, что это обыкновенные стрелы с металлическими наконечниками. Получив их обратно, «доктор» начал охотиться на «оленей», стреляя в них (из лука) и попадая в бока и ноги. Стрелы, вместо того чтобы пробить плоть, отскакивали от них, порой пролетая в воздухе 15–20 футов (4–6 метров). Стрелы поднимали и передавали на осмотр зрителям. Их металлические наконечники оказывались согнутыми, будто после-удара о металлическую плиту, а древки некоторых расщеплены. «Олени» убегали и выскакивали из круга без каких-либо повреждений.
Человек, представлявший врага, вошел в круг, а следом за ним «доктор», вооруженный топориком, который он также дал обследовать собравшимся. Это оказался обыкновенный топорик типа томагавка. «Доктор» бросился преследовать врага, который пытался спастись бегством. Он настиг его и сильным ударом вонзил топорик в череп врага по самую рукоять, там и оставив. Раненый зашатался, пройдя метрах в полутора от кольца зрителей, которые ясно видели кровь, стекающую по его лицу и капающую с волос по спине. Они также увидели, как из раны вытекало серое мозговое вещество. Раненого вынесли из круга и оттащили в палатку «доктора». Спустя несколько дней его можно было увидеть в лагере в обычном здравии.
Воин с томагавком
В кольцо ввели полностью обнаженного мальчика лет шести — восьми. Его положили на землю, после чего один мужчина сел ему на грудь, а другой на ноги. На его животе ножом сделали разрез. Один из «докторов» всунул руку в разрез, немного поковырялся внутри и вытащил нечто напоминающее печень. Он отрезал от нее кусок и передал его другому человеку, который съел его. Остаток печени он запихнул в живот Мальчика, и ребенка унесли. Впоследствии его также видели в лагере в добром здравии.
В круг вошел человек, представляющий медведя. Его преследовало много индейцев, которые стреляли в него из лука, но стрелы не причиняли ему вреда. Через некоторое время одна стрела вонзилась ему в живот и пробила тело насквозь. С обеих сторон тела были хорошо видны раны. Человек упал. Его унесли, а спустя несколько дней он полностью выздоровел».
Майор Норт лично видел медвежье представление, в котором «медведь» напал на одного из преследователей, и тот огромным ножом вспорол ему живот так, что у того на землю вывалились кишки. Беднягу унесли, но вскоре он был абсолютно здоров.
Еще одним типом магических представлений было высасывание из тела «причин болезни», являющееся классической шаманской техникой, распространенной среди шаманов всех уголков земного шара. Известно, что шаманы оджибвеев, навахо, апачей, ютов, пуэбло и некоторых других племен применяли этот метод для изгнания болезней еще в середине XX века. Поскольку считалось, что большинство болезней происходит от дурного влияния сверхъестественных сил и колдунов, посылавших в свою жертву «стрелы» (инородные предметы), основной метод лечения заключался в том, чтобы изгнать или изъять их из тела больного. Шаман припадал губами к больному месту или использовал для этого небольшую трубочку, сделанную из камыша, рога животного и т. п., и высасывал из тела какой-нибудь инородный предмет и даже жуков, маленьких ящериц или змей. Шаманы кри иногда делали трубку из спиленного ружейного ствола.
Изъятые «стрелы» обычно уничтожали, но шаман ютов Маленькая Рыба, считавшийся специалистом по лечению острых болей, показав всем присутствующим изъятую из тела «причину болезни», не выкидывал и не уничтожал ее, а снова клал ее себе в рот. В некоторых случаях, когда «высасывание» применялось для лечения ран или змеиных укусов, оно, без сомнения, имело реальный терапевтический эффект. Шаман изымал из раны гной или яд, сплевывая его в плошку. Обычно метод высасывания использовался в комплексе с песнопениями, молитвами и приемом лекарственных растений. Например, шаманы шайенов практически всегда использовали при исполнении ритуалов трещотки, которые обычно делали из бизоньей кожи, наполняя их мелкими камешками. Некоторые шаманы использовали трещотки из бутылочной тыквы. Если человек испытывал боль в какой-то части тела, над ней трясли трещоткой, изгоняя из нее влияние злого духа. После этого болезнь высасывали из «пораженного» участка тела, изымая клочки бизоньей шерсти, камешки, маленьких ящериц и т. п. Если больной был очень слаб и шаман хотел поднять его, он четырежды ударял трещоткой по земле. В любом случае шаман шайенов обычно давал больному какие-нибудь лекарственные настои. Шаманы сиу, напротив, при лечении больных зачастую не использовали никаких лекарственных средств, заявляя, что могут удалять болезнь Из тела больного, высасывая ее.
У павиотсо немногие из шаманов умели применять технику изъятия «объектов злокачественного влияния» Из тела больного. Как сказал один из них: «Только лучшие шаманы умели делать это. Когда шаман высасывал из больного змею или жука, то поднимал их вверх, Чтобы все могли увидеть их. После этого он говорил собравшимся, через какое время больной поправится».