Страница 26 из 49
Для охраны списка вопросов пришлось усилить меры безопасности. Был куплен специальный сейф, код замка которого знала только Джоанна. Только им с Бетани были известны пять вопросов, запертых внутри. Джоанна даже начала чувствовать себя главой ЦРУ!
Общение с отцом оказалось напряженным и выматывающим. Они встретились как профессионалы, продюсер и исполнительный продюсер, и обсуждали статус шоу и перспективы развития. Карл вскользь упомянул о торжестве в честь помолвки и сообщил дочери, что с нею свяжется его секретарь.
А еще Джоанна, считая это частью своей работы, каждое утро смотрела «Тривию». Судьба сыграла с ней злую шутку: как раз на этой неделе шли выпуски, в которых снимался Сэм. Ей и без того было достаточно трудно не думать о нем, а при необходимости смотреть на него каждый день — и вовсе невозможно. К среде они уже получили пачку писем от восторженных зрителей.
Среда.
Он дал ей срок подумать до среды. Подумать о нем. О них. Прибавляя звук перед просмотром очередного выпуска, она оправдывала себя тем, что у нее на это просто не было времени! Если бы у нее было время подумать, она бы нашла разумный и вежливый способ избежать ужина, на который, впрочем, она не давала согласия!
На экране появилась яркая, жизнерадостная заставка, зажглись прожектора. Двое звездных участника прошли под арку, затем остановились поаплодировать, прежде чем занять свои места. Джоанна изо всех сил старалась смотреть на картинку в целом, но не могла отвести взгляд от Сэма.
Спокойный. Он всегда выглядел очень спокойным и уверенным в себе. В нем было что-то такое, что заставляло поневоле уважать его. Он чувствовал себя непринужденно и делал все, чтобы и партнерша чувствовала себя так же, и при этом сохранял то необычайное качество, которое люди обычно ожидают от звезд.
Хорошо работает! — думала Джоанна, меряя шагами кабинет во время перерыва на рекламу. Это не значит, что она влюблена. Когда снова началось шоу, она уселась на стул, несмотря на то что ей вовсе не хотелось каждый день вступать с ним в этот контакт, пусть даже непрямой и непродолжительный.
«Но это моя работа», — напомнила себе Джоанна. Однако, глядя на Сэма, она вскоре потеряла нить игры, вспомнив, что после этого этапа съемки состоялась их первая настоящая беседа. Она приняла вызов — и проиграла! Этот маленький просчет стал точкой, после которой в ее жизни все переменилось.
А ей совсем ни к чему перемены! Ее удивил внезапно нахлынувший страх, но она не дала ему воли и попыталась мыслить логически. Ей действительно хотелось, чтобы все оставалось как прежде, когда ее жизнь имела своим центром карьеру, а движущей силой было честолюбие, и подогреваемое, и охлаждаемое гордостью. Тогда в ее жизни не было никаких бессонных ночей. Были напряжение и сомнения в своих силах, но не бессонные ночи!
И не было никаких спусков с горы на плоту! — подсказала ей память.
Они не нужны ей! Пусть Сэм остается сам по себе со своим экстримом! Все, что нужно ей, — это душевный комфорт!
* * *
Он стоял в круге победителя, окруженный светом прожекторов и поддержкой всего зрительного зала. Джоанна вспомнила ту его мимолетную кривую ухмылку в честь победы над ней. В ту самую минуту, когда зазвучали поздравления и аплодисменты, она выключила телевизор.
Поддавшись порыву, она направилась к телефону. Не желая соединяться через секретаршу, Джоанна набрала номер сама. Такая незначительная предосторожность была несколько запоздалой, ведь их с Сэмом фотографии уже оказались в прессе и развитие их отношений уже начало отслеживаться. Джоанна решила, что не нужно давать пищу сплетням, которые уже и так гуляли по офисам.
«Я спокойна», — убеждала она себя, нервно накручивая на пальцы телефонный шнур. Она не была ни упрямой, ни злопамятной, а просто разумной.
Ответил женский голос. Услышав его, Джоанна получила нужное ей подтверждение. Вокруг такого мужчины, как Сэм, всегда будут женщины, А таких мужчин она всегда стремилась избегать!
—Я хотела бы поговорить с мистером Уивером. Это Джоанна Паттерсон.
—Сэма нет дома. Я буду рада передать ему все, что нужно. — На другом конце провода Мэй судорожно искала блокнот, который всегда носила с собой в кармане фартука. — Паттерсон? — повторила она, подвинув трубку телефона, и улыбнулась. — Сэм о вас рассказывал. Это вы делаете «Тривию Алерт»?
На мгновение Джоанна нахмурилась: ей не понравилось, что Сэм рассказывал о ней одной из своих женщин.
—Да, это я. Вы не могли бы...
—Я никогда ее не пропускаю, — непринужденно продолжала Мэй. — Всегда включаю ее, пока убираю. А вечером за ужином узнаю, может ли Джо ответить хотя бы на один вопрос. Джо — это мой муж. Меня зовут Мэй Блок.
Так это Мэй, та, которая убирает в доме и выращивает львиный зев! Образ прелестной утренней гостьи рассеялся, оставив у Джоанны ощущение неловкости.
—Я рада, что вам нравится шоу.
—Я просто без ума от него, — заверила ее Мэй. — На самом деле я как раз смотрела его. Я так рада, что наш Сэм принимал участие в нем. Я была уверена, что у него хорошо получится. Я даже поставила записывать, чтобы Джо потом посмотрел. Мы тут все просто обожаем Сэма! А о вас он говорит только хорошее! Вам понравились цветы?
Джоанна, наконец, умудрилась вставить слово в стремительный беспрерывный поток речи Мэй.
—Цветы?
—Сэм думает, что я не видела, как он рвал их с клумбы!
—Они были прелестны. — Несмотря на все то, что Джоанна себе обещала, она почувствовала, что оттаивает. — Надеюсь, вы не были против?
—На клумбе осталось гораздо больше. Я так понимаю, цветы должны приносить радость, а вы как думаете?
—Да. Да, я тоже так думаю. Миссис Блок...
—Мэй. Просто Мэй, деточка!
—Мэй, не могли бы вы сказать Сэму, что я звонила. — Трусиха, не стесняясь, говорил ей разум. Джоанна проигнорировала его и продолжала: — И что...
—Ну, вы можете сами ему все сказать, деточка, потому что он только что вошел! Подождите минуту!
Прежде чем Джоанна успела пробормотать извинение, она услышала громкий крик Мэй:
—Сэм, это леди, по которой ты сохнешь! Она ждет у телефона! И хотелось бы знать, о чем ты думаешь? Идешь в конюшню и надеваешь белую рубашку! Ты думаешь, что я все эти пятна сумею отстирать? Ноги вытер? Я только что пол в кухне вымыла.
—Прости, мэм. Это старая рубашка, — добавил он в голос нотку извинения, как показалось Джоанне на другом конце провода.
—Старая или новая, теперь это половая тряпка! Такой большой мальчик должен сам понимать. Не заставляй леди ждать целый день! Сделать тебе бутерброд?
—Спасибо. Алло, Джоанна!
Мэй ведь не назвала ее имени. «Леди, по которой ты сохнешь»! Джоанне есть о чем задуматься, но несколько позже.
—Простите, что беспокою средь бела дня. Ты, должно быть, занят?
—Получил по рукам. — Он стянул с головы бандану и отер пот с висков. — Рад, что ты позвонила. Я о тебе думал!
—Да, ну я... — И где же все подготовленные красивые извинения? — Насчет сегодняшнего вечера.
—Да?
Джоанна очень аккуратно освободила пальцы от телефонного шнура.
—Мы ни о чем так и не договорились, и получилось так, что у меня вечером встреча. Я не могу точно сказать, когда она закончится, поэтому...
—Почему бы тебе не приехать сюда после встречи? — Он распознал ложь, едва услышав ее. — Ты ведь запомнила дорогу?
—Да, но это может затянуться допоздна. Я не хочу скомкать тебе планы на вечер.
—Есть только один способ это сделать — не приехать!
Она понятия не имела, что на это ответить.
—Но я на самом деле не соглашалась прийти. — Совесть настойчиво напоминала Джоанне о том, что она и не отказывалась. — Почему бы нам не устроить все в другой раз?
—Джоанна, — начал он очень терпеливо, — ты же не хочешь, чтобы я заночевал на пороге твоего дома?
—Я просто думала, так будет лучше...
—Безопаснее.
Да, он прав.
—Лучше, — настаивала она.