Страница 18 из 49
Большой палец был как будто не ее, зато выглядел довольно элегантно. А после нанесения перламутрово-розового лака, который выбрал для нее продавец, никто даже не заметит разницы.
На одну руку у Джоанны ушло двадцать минут. Глаза устали от напряжения, и она была вынуждена достать очки для чтения. Она пользовалась ими, только оставаясь в полном одиночестве. Она кляла последними словами себя саму, продавца, производителя, когда раздался телефонный звонок. Джоанна резко нажала кнопку первой линии, и ноготь на указательном пальце тут же сдвинулся.
—Джоанна Паттерсон, — сквозь зубы отозвалась она в трубку.
—Это Джон Джей, детка. Я так рад, что ты у нас трудоголик!
Джоанна уставилась на свой обнаженный указательный палец.
—Что такое?
—Солнце, у меня маленькая проблемка, и мне нужна твоя помощь. — Не услышав ответа, ведущий откашлялся. — Слушай, кажется, у меня заканчиваются деньги на кредитке, и у меня тут в некотором роде конфуз. Ты не могла бы поговорить с менеджером из «Чейзенз»? Он утверждает, что знает тебя.
—Передай ему трубку! — Раздосадованная, она пригладила волосы, сковырнув при этом еще один ноготь. На то, чтобы спасти Джона Джея от конфуза, не ушло и двух минут. Повесив трубку, Джоанна взглянула на руку. Она с таким трудом наклеила ногти, и два из них отошли, а пальцы были перемазаны клеем. Глубоко вздохнув, она принялась снимать остальные
«Ты же умная, одаренная женщина, — напомнила себе Джоанна. — Тебе же скоро исполнится тридцать, ты руководишь сложным, требующим много умений делом. И еще ты, наверное, единственная в стране женщина, не умеющая приклеивать накладные ногти».
И черт с ними! Она выбросила все, включая пузырек лака, в мусорную корзину и пошла в женскую комнату отдыха, где постаралась соорудить из своих волос какую-нибудь прическу. Затем, ощущая себя неуклюжей и неженственной, она не без труда справилась с макияжем. Одетая только в чулки и трусики с утягивающим эффектом, она расстегнула чехол для платья. Это платье она надевала всего один раз, год назад. Оно было облегающим, без бретелек, очень далеким от ее обычного стиля. Джоанна, расправив плечи, нырнула в него, изгибаясь и покачиваясь, натянула, затем попыталась застегнуть молнию. Ругаясь про себя, она жалела, что согласилась пойти на это мероприятие. Как только платье было застегнуто, Джоанна рассмотрела себя в зеркалах до пояса. Хорошо сидит, подумала она, повернувшись боком. Да и цвет, — с которым так замечательно смотрелся бы лак, с грустью вспомнила она, — был потрясающим. Она не могла разглядеть в зеркале подол платья, спереди едва прикрывавший колени, а сзади спускавшийся до самого пола. Джоанна также сменила свои повседневные сережки на кольца с жемчугом и бриллиантами, затем надела такое же колье.
Лучше и не бывает, одобрила она и спрятала в сумку свой деловой костюм. В понедельник она попросит секретаршу отправить его в химчистку. Перекинув сумку через плечо, она направилась обратно в офис. Джоанна подумала, что поступила мудро, попросив Сэма заехать за ней сюда. Не только потому, что так это будет менее похоже на свидание, но и потому, что на обратном пути она сможет выйти у гаража на парковке и доехать до дома сама.
Трусливые соображения! На ходу она раздраженно передернула плечами. Нет, соображения безопасности, поправила она себя. То, что она чувствовала в ожидании Сэма, было чуть более сильным и нетерпеливым, нежели тому полагалось быть. Роман не входил в ее планы, ни в личные, ни в профессиональные. Она просто-напросто достаточно натерпелась от отца.
Она никогда не будет жить так, как живет он!
Во всем, что касается Сэма Уивера, она будет разумной, осторожной и, помимо всего прочего, станет полностью контролировать ситуацию.
О боже мой, как чудесно он выглядит!
Он стоял у окна в офисе, засунув руки в карманы смокинга, о чем-то задумавшись. Джоанну вдруг накрыло волной блаженства, она даже немного испугалась. Если бы она верила в то, что люди могут быть вместе долго и счастливо, она бы поверила, что он — тот человек, с которым это возможно.
Он не слышал ее шагов, однако все его мысли были сосредоточены на ней, и он безошибочно почувствовал тот момент, когда она ступила на порог. Сэм обернулся, и созданный его воображением образ Джоанны рассеялся и исчез.
Она казалась такой трогательной с убранными высоко волосами и обнаженными плечами! Офис деловой женщины, у которой на первом месте работа, подходил той, с которой он встретился в первый раз. Прелестный садик и уединенный домик — той, которая смеялась, стоя рядом с ним у пруда. Но сейчас перед ним стояла другая Джоанна, такая прекрасная и хрупкая, что было боязно прикоснуться к ней. И, как бы ни было это глупо, Сэм затаил дыхание.
—Я думал, что вы сбежали!
—Нет. — Обнаружив, что у нее побелели костяшки пальцев, сжимавших летнюю сумочку, она расслабила их. — Я переодевалась. — Ей ужасно хотелось держаться естественно. — Прошу прощения, что заставила себя ждать! Я совершенно закрутилась. Работа, — пояснила она, оглянувшись по сторонам, чтобы убедиться, что следы фиаско в борьбе с пластиковыми ногтями и лаком убраны с глаз долой.
—Вы чудесно выглядите, Джоанна!
—Спасибо. — Она постаралась принять комплимент так же непринужденно, как Сэм его произнес. — И вы тоже. Я готова идти!
—Мне нужна еще минута! — Он подошел к ней сзади, заметив мелькнувшее у нее в глазах изумление, прикрыл ладонями обнаженные плечи и поцеловал ее. Он не спешил прервать поцелуй, стараясь быть нежным и демонстрируя как можно меньше настойчивости. — Просто чтобы понять, что ты настоящая! — тихо сказал он.
Да, она была настоящей, и настолько, что ощущала, как в ней самой пульсирует горячая кровь.
—Нам нужно идти.
—По мне, лучше бы остаться здесь и продолжить! Ну, возможно, как-нибудь в другой раз, — прибавил он, заметив, как ее бровь поползла вверх. Взяв Джоанну за руку, он повел ее к лифтам. — Слушайте, если там и вправду будет скучно, мы можем уйти пораньше и прокатиться.
—Голливудские торжества никогда не бывают скучными. — Она произнесла это так серьезно, что он рассмеялся.
—Вы же их не любите!
—Я нечасто считаю нужным их посещать. — Двери лифта открылись, и она шагнула внутрь.
—Трудно быть частью какого-либо мира и в то же время его игнорировать.
—Нет, нетрудно. — Она уже много лет именно этим и занималась. — Некоторым из нас это удается еще лучше за кулисами. Я видела одну из ранних реклам вашего мини-сериала, — продолжала она, решив сменить тему раньше, чем он начнет расспрашивать. — Ролик очень хороший, качественный и сексуальный.
—Это маркетинг, — небрежно отозвался Сэм, когда лифт остановился, достигнув подземного паркинга. — На самом деле это не сексуально. Это романтично. Есть разница.
Джоанна знала, что это так, но ее удивило то, что и ему это известно.
—Когда вы снимаете рубашку и люди видят ваш блестящий торс, они думают о сексе.
—И одного этого достаточно? — Он открыл дверцу пассажирского сиденья. — Я могу сбросить все это барахло меньше чем за пять секунд!
Джоанна забралась в машину.
—Спасибо, но я уже видела ваш торс. А почему телевидение? — спросила она, когда он уже сидел рядом с ней. — Я имею в виду, в данном эпизоде вашей карьеры.
—Потому что немногие люди согласятся четыре часа сидеть в кинотеатре, а я хотел, чтобы этот фильм вышел на экраны. Небольшой экран создает более близкий и доверительный контакт со зрителем, и таков был сценарий. — Рокот мотора эхом отзывался в почти пустом гараже, когда Сэм дал задний ход и начал выезжать оттуда. — Роль Сары такая трогательная и трагичная. Она полностью доверчивая, наивная девушка. Исполнение Лорен просто потрясло меня, — добавил он, говоря о своей партнерше по съемочной площадке. — Ей удалось поймать самую сущность образа, ту самую чистоту.
И если верить газетам, за пределами съемочной площадки у них с Лорен было не меньше любовных сцен, чем на ней. Не стоит об этом забывать, напомнила себе Джоанна.