Страница 11 из 18
— Да ничего такого особенно. Конечно, получше, чем здесь.
Кажется, его мысли пронеслись вихрем, и если помедлил он с ответом, то всего ничего. Но причина его заминки стала понятна ей.
— Ты все врешь, — сказала Амина. — Нет жизни хуже, чем здесь.
Тихон не видел Амину, но почувствовал, что она приблизилась к нему.
— Вот здесь лежат мертвецы, — сказала она. — Этим людям повезло. Здесь от них остались только тела. Но я верю, что ТАМ, — она показала пальцем вверх, — они вместе. И им ничего не страшно. А почему ты один? У тебя есть семья? Или была когда-то?
Стоп, девочка! Эко тебя занесло. Впрочем, сам виноват. Но и все равно, этот вопрос он даже себе задавать запрещал!..
Надо бы ее прогнать, но Злотников не нашел ничего лучше, чем спросить:
— Твои не потеряют тебя?
— До утра я вряд ли им понадоблюсь.
А девчонка не промах. Выглядит достаточно уверенной. Да и с возрастом он ошибся — судя по речам, она достаточно взрослая. И даже если ей четырнадцать или пятнадцать, для самой дикой части Резервации это, должно быть, немало. И не девочка она, не девчонка, а вполне созревшая девушка.
— А то, что ты сейчас одна, с чужим мужчиной? Это не имеет значения? Тебя не интересует, что о тебе подумают твои родичи?
То была последняя попытка увести разговор в сторону. И достаточно грубая — с целью смутить Амину, если в голове у нее совсем не то, о чем сейчас подумал Тихон. Но того, что произошло дальше, он никак не ожидал.
Амина вдруг прижалась к нему и обхватила шею Тихона руками. Он ощутил щекой, чуть ниже уха, горячее прикосновение губ.
— Возьми меня себе, — зашептала она. — Пожалуйста. Я буду делать все, что ты скажешь!
— Что ты говоришь? — сам зашептал он, испугавшись ее выходки. Хотел отстраниться, но Амина еще крепче обхватила его шею.
— Я знаю, ты хороший человек! Я это чувствую! Пожалуйста… Ты не сможешь здесь долго быть. Обязательно уйдешь. Если уйдешь, возьми меня с собой. Я пойду за тобой хоть куда, я буду твоя, хочешь?..
Она обдавала его жарким дыханием, вызывая дрожь во всем теле. В нем рождалось желание. И пахло от нее как-то необычно хорошо и приятно. Этому открытию Злотников поразился не меньше, чем поступку девчонки. В Резервации крайне мало людей со здоровым запахом. А ведь еще старая бабка Тихона в детстве говаривала, что чистый внутри человек и вонять не будет, даже если ему нечем чистить зубы и помыться, а нечистый пусть хоть трижды на дню скоблит рот и ходит в баню, от запаха бесов не избавится. Может быть, это она специально так давила авторитетом, чтобы наставить внука на путь истинный — в детстве он был непослушным мальчишкой — и так пыталась повлиять на его характер. Но Тихон ее слова на всю жизнь запомнил. Может, и права была бабка…
— Я теперь вспомнила! Там, когда албаста хотела украсть Сармата… — с придыханием продолжала шептать Амина, — на твоих руках проступил огонь. Ты упал на землю и не двигался… Мне казалось, что уже никто не сможет помочь. И если я отдам ребенка в ее руки, меня ждут ужасные перемены… Я смотрела на тебя и молилась, чтобы Аллах дал тебе сил… А потом увидела, будто ты смотришь на меня… увидела твои глаза…
Тихон слушал и впитывал каждое ее слово.
— Я не хочу быть с ними!.. — щекотали ее губы. — У меня никого нет. Ни отца, ни мамы. А для дяди я как чужая. Возьми меня… Хочешь, я буду твоей женой… А может, и не женой… Хоть кем…
Она замолчала. О том, что Амина плачет, Тихон понял, ощутив тепло ее слез на своей щеке.
Он понимал ее. Наверное, она считает, что кто-то неведомый, в ее понимании, должно быть, Аллах, распорядился, чтобы Тихон оказался в нужное время и в нужном месте, спас ее и детей от чудовища. Но если задуматься, то почему и нет? В этой жизни цепи случайностей рано или поздно оказываются закономерностями. Впрочем, не о том сейчас речь, не о том…
— Все-таки я не могу понять, почему ты считаешь, что со мной тебе будет лучше?
— Потому что ты другой. Никто не мог дать отпор албасте.
Она снова и снова готова была рассказывать то, что он уже слышал.
— Албасты никого не боятся. Албаста появляется, когда не подозреваешь. И так же быстро исчезает, если ей удается похитить ребенка. Прежде чем нападет, ее даже не видно. Матери сходят с ума и отцы тоже. А потом и они пропадают. Кто не смиряется с потерей, уходит в Полосу. А там албасты их превращают в оборотней и посылают обратно сюда за новыми детьми.
«Бред…»
Он мог бы сказать это и вслух, но боялся обидеть девчонку.
— А почему — албаста. Что это значит?
— Албаста — это демон в виде женщины.
— По-моему, не очень-то и похоже на женщину.
— Люди так прозвали. Албасты вредят родившим женщинам и младенцам и могут превращаться в любой предмет.
— И что, давно появились здесь эти ваши албасты?
— Раньше их не было. А сейчас никакого спасу нет. Они умеют внушать страх, и легко заставят даже мать добровольно отдать ребенка. А после той останется лишь рвать на себе волосы, когда поймет, что произошло. И это невероятно, что ты не поддался их колдовству. Ты особенный, и я хочу быть с тобой!
Далась ей эта тварь. Что девчонка странноватая — это Тихон понял. Все они здесь немного не того. Каждый в своей части. Но ему-то от этого не легче! Да, Тихон, ну ты и влип! Мало, что половина из этих людей — дефективные, так у девчонки и вовсе башню снесло — готова пойти на край света за человеком, которого совершенно не знает.
Как бы переменить тему?
Тихон вдруг вспомнил, что хотел задать важный вопрос.
— А ты случайно не знаешь, кто такие скитники? Они живут где-то в Полосе?
Амина отстранилась.
— О них лучше не вспоминать. Беду накличешь.
— Почему?
— Говорят, это они насылают демонов на людей.
— И ты веришь?
— Все говорят. После войны люди там превратились в оборотней и теперь охотятся за детьми. А скитники ими управляют.
«Господи, чего только не наворотят эти суеверные люди».
В оборотней Тихон не верил и считал, что появлению странных существ наверняка есть разумное объяснение.
— Так ты знаешь, где найти скитников? Вы с ними сталкивались?
— Дядя Амантур им всегда приют давал, если они приходили в нашу деревню. Но это очень редко бывало.
— Им что-то от вас было нужно? Вы вели с ними торговлю?
— Это не торговля. Они просто нас не трогали. «Надо же! Настоящее таинственное сообщество.
Вот бы найти их. Не может быть, чтобы люди совершенно отказались от благ цивилизации. Тем более в таком недружелюбном месте, как Полоса».
— Ну, я пойду… — сказала Амина.
— Постой.
Это вырвалось как-то само собой. Ему вдруг стало жаль ее отпускать.
— Ты так и не сказала, почему хочешь уйти от своих. К тебе плохо относятся?
— Не плохо и не хорошо.
— Так почему?
Она молчала.
— Ладно, поговорим об этом завтра.
Амина две секунды постояла, раздумывая, а затем ушла.
Тихону казалось, что он продолжает чувствовать прикосновения ее рук. Конечно, зря он позволил ей воспринимать себя благодетелем и тем самым дал пустой шанс. И вообще, виноват, что не прогнал Амину сразу, едва она затеяла разговор, позволил общаться на равных. В данную минуту он ощущал себя, по меньшей мере, совратителем, сбившим девчонку с пути истинного. Непорядочно по отношению к семье Амантура. Даже если она у них в семье всего-навсего на роли прислуги. Да и потом — он дал себе зарок не сближаться с кем-либо после того, что случилось с его семьей…
Однако было еще что-то, не позволявшее чувству вины разрастаться сверх меры.
Она сказала, что видела его глаза, когда он лежал на земле, уткнувшись носом в камни. Выходит, не одному ему померещилось. Тихон и сейчас до мельчайших подробностей мог вспомнить, как выглядят глаза Амины, когда впервые увидел их там, на развалинах, во время стычки с мутантом. Да и можно ли говорить «померещилось», если с подобным столкнулись двое? Это нечто другое — какая-то необъяснимая внутренняя связь. Такая же сверхъестественная, как чудо, защитившее его от огня.