Путь во тьму

- Он прав, Джесси, рискованно оставлять девчонку в живых. Часто, пожалев, мы рождаем на свет будущих охотников.

Джесси промолчал, отвел взгляд и отошел. Было видно, что он хотел смерти ребенка.

Маркус присел возле Доры и осторожно убрал волосы с шеи. Девочка широко раскрыла глаза от ужаса, открыла маленький ротик, чтобы закричать, но гипнозом, Маркус заставил ее не делать это.

- Не бойся, все хорошо, - произнес мягко. Клыки удлинились, тогда он осторожно прокусил кожу на шее Доры и принялся глотать кровь.

План 'Б' выполнен. Цель достигнута. Охотник мертв. Правда на душе осталось горькое послевкусие. Маркусу пришлось уподобиться врагам, чтобы достигнуть поставленной задачи. Но на войне, как на войне. Не должно быть месту жалости. Нужно добиваться цели любыми способами, даже столь кровавыми.

Нет, он не жалел семью Блэйк. Маркус испытывал вину перед матерью. Она бы не простила подобной жестокости. Но он перешел черту, теперь назад дороги нет.

Часть 3

Глава 1

Наши дни

- На сегодня откровения закончились, язык уже не шевелится... - Маркус прервал рассказ, устало откинулся головой на спинку сиденья и закрыл глаза.

В салоне автомобиля повисла тяжелая, звенящая тишина.

Дождь давно закончился. В оставленных непогодой лужах и блестящей поверхности влажного асфальта отражался свет уличных фонарей.

Они уже долгое время стояли возле дома Маркуса, и ночь успела полностью окутать город черным покрывалом. Часы в магнитоле показывали 23:30.

Катя сидела, не шевелясь, смотря в одну точку, судорожно сжимая подаренную Маркусом игрушку. Ее бил озноб. Глаза увлажнили слезы.

Заключительная часть рассказа иностранца привела в ужас. Заставила посмотреть на Маркуса по-другому, под другим углом. Она столкнула ее с жестоким, бессердечным чудовищем, не пожалевшим даже ребенка.

Нет, Катя всегда знала, с самой их первой встречи - привлекательный иностранец опасен. Она воочию видела его жестокость, эгоизм, ехидность. Более того Катя осознавала, что Маркус убивал в прошлом. Это было ей неприятно, и она старалась об этом не думать и не касаться этой темы. Но никогда разум Кати не посещала мысль, что Маркус способен так жестоко расправиться с ни в чем неповинной семьей. Притом сделать это не из-за жажды крови, а банального желания наказать охотника, отказавшегося вначале играть по правилам Маркуса и причинить врагу настоящую боль, разрывавшую в клочья душу.

Катя бросила взгляд на различимый в свете приборной панели красивый и благородный профиль иностранца. Казалось Маркус спал, грудь едва заметно поднималась и опускалась в такт тихому дыханию. Поза выглядела обманчиво расслабленной, но правая рука, покоящаяся на руле, крепко сжимала, покрытый кожей ободок, что говорило о напряжении ее обладателя.

Катя понимала его ненависть к врагам. Маркус рано потерял мать. Ее убили на его глазах, а он не смог спасти. Это страшный удар для маленького, пускай и сильного духом мальчика. Смерть матери сильнее ожесточила Маркуса. Здесь Кате было невыносимо жаль его. Мать единственная дарила ему тепло и ласку. Но ее не стало, и за воспитание Маркуса полностью взялся строгий и жесткий отец, очень много требовавший от сына.

Несомненно мать оставила в душе Маркуса толику себя, лучик света. Но к сожалению он слишком мал, чтобы уничтожить правящую в сердце иностранца тьму. К тому Маркусу самому нравится пребывать во мраке. Он считает, что чем темнее, тем лучше.

Маркус многим причинил боль, причем осознанно и не раскаиваясь. Исключением стала лишь Мари. Он использовал ее, но потом в душе шевельнулась совесть. Но Маркус даже не счел нужным извиниться, успокоить девушку. Все мимолетные душевные терзания остались при нем и не дошли до блондинки. А если бы он принес искренние, банальные извинения, признался в совершенной ошибке, Мари почувствовала себя менее растоптанной и униженной. Но Маркус слишком гордый и эгоистичный, чтобы пойти на подобные крайности.

Катя могла закрыть глаза на многих нехорошие вещи, совершенные иностранцем. Многое могла понять. Но убийство маленькой, невинной девочки это перебор. Только монстр мог совершить подобное. У Доры была впереди целая жизнь, а он так просто ее разрушил.

Маркус вполне мог просто припугнуть охотника, сказать, если он не сдаться, то пострадает семья. Но нет, иностранец пошел более жестоким и кровавым способом. Устроил жуткую бойню, пролил кровь, без которой можно было обойтись.

Катя смотрела на красивый профиль иностранца и безумно хотела взять кинжал, и ударить в его черствое, огрубевшее сердце.

Маркус несомненно с умыслом рассказал о прошлом. Он хотел, чтобы Катя узнала больше о его бесчеловечной натуре. В полной мере осознала, какое он чудовище. Наконец поняла, что они не пара и их дороги идут врозь. Он добился своего.

Стена между ними стала плотнее и буквально ощущалась в воздухе. 'Вампир' и 'человек' не просто названия двух рас. Теперь Катя поняла их истинный смысл. Она и Маркус слишком разные. Они воспринимали мир и были воспитаны с сильным отличием. Катя жила обыкновенной жизнью, как и миллионы людей. Хотела выучиться, выйти замуж и родить детей. Маркус вырос жестоким воином, считавшим смысл жизни в долге перед отцом и кланом. Катя ненавидела насилие. Маркусу же ничего не стоило, не только причинить физическую боль, но и убить любого кто встанет на пути.

О чем она думала? Кого хотела приручить? На что надеялась? Дура.

Правда говорят, что любовь слепа.

Самое ужасное, что после рассказа Маркуса, это чувство не исчезло, не растворилось из сердца безвозвратно, даруя покой и свободу. Оно затмеваемое бурей негативных эмоций, ушло в тень. Ослабло, но не умерло окончательно.

Но теперь у Кати хватит сил забыть Маркуса. Теперь будет легче.

Невыносимо хотело уйти. Бежать куда угодно, но главное дальше от иностранца. Она бы согласилась даже провести ночь на скамейке в парке или на вокзале, лишь бы не рядом с ним. К черту день рождения. Он все равно безнадежно испорчен и отмечать больше не хотелось.

- Молчишь, - открыл глаза Маркус и жестоко усмехнулся:

- Неужели рассказ не впечатлил и не вызвал ни одной эмоции?

- Я не могу передать словами все, что чувствую. Но скажу, браво, - Катя театрально похлопала в ладоши. - Ты добился желаемого. Отвернул меня от себя. Раскрыл черную, противную и грешную душу. Поздравляю! Ты ведь этого хотел?

В ответ она ожидала приправленную ядом реплику, но голос Маркуса прозвучал серьезно.

- Да и рад, что ты наконец поняла, - иностранец отвел взгляд и забарабанил пальцами по рулю.

- Прощай, - Катя решительно схватилась за ручку, хотела открыть дверь и скорее уйти, как Маркус схватил за локоть.

- Куда? Домой?

- На вокзал, - хмуро отозвалась Катя. - Сегодня беру роль уличного бомжа.

- Совсем сбрендила? - опешил иностранец.

Катя вздохнула и бросила на него взгляд через плечо.

- Ответь, если бы сейчас ты смог вернуться на несколько лет назад и вновь охотился за Эриком Блэйком, то поступил бы точно также, по тому плану? Снова бы без зазрения совести убил всю семью? Или бы выбрал другой способ?

- Я поступил бы точно также, как и тогда, - ровным голосом ответил Маркус. - Неужели не понимаешь? Я не считаю себя виноватым за содеянное. Не просыпался после того вечера от страшных кошмаров, а спал спокойно. Семья охотника ничего не значила для меня. Я же не страдал от мук совести, когда убивал людей ради пропитания. Да и как можно жалеть пищу? А моими жертвами становились отнюдь не всегда отморозки. Чаще совершенно случайные одинокие люди, поздно бродящие по улицам. Ты судишь и пытаешься понять меня со своей колокольни. Но если рассудишь с позиции вампира, то осознаешь, что ничего преступного, убив семью смертных, я не совершил. Сочтешь, пролившуюся кровь, не стоящим особого внимания пустяком. Вампиры из спокон веков охотятся на людей и УБИВАЮТ их. Вот она разница между нами, Кэти. После моих разжевываний явственней ее чуешь?