Страница 8 из 13
– Сияющий, – обратилась ко мне женщина с изжеванными ногтями, – я слышала… Мне говорили, что молитвы дают богам силы, которые они используют для сотворения чудес. Это так?
Пожал плечами – понятия не имею, как там у настоящих богов, если я и бог, то выращен искусственно.
– Ну тогда, – продолжила она, – я помолюсь всем сердцем.
– И я… – шепнул техник, закрыв глаза, склонив голову и для чего-то приложив ладони к груди.
Оглянувшись, увидел, что все люди один за другим стали закрывать глаза, шевелить губами, а некоторые даже что-то бормотали. Магистр, который к тому времени очнулся и слышал большую часть разговора, тоже покрутил головой. Наверное, из трех десятков человек на мостике не молились только он и капитан.
Неожиданно магистр спросил:
– Капитан, можно я свяжусь с экипажем по громкой связи?
Тот, не отрываясь от экрана, дернул плечом:
– Делай что хочешь.
Магистр, даром что гражданский, выбил на сенсорной панели какую-то комбинацию и размеренным, каким-то жутковатым в этих обстоятельствах голосом заговорил, обращаясь вроде бы в никуда:
– Я, магистр Ордена, обращаюсь ко всем, кто меня слышит. Наш корабль находится в смертельной опасности. Мы ничего не можем сделать. Повторяю, мы не в силах ничего сделать. Все офицеры капитанского мостика признали это и склонили головы, молясь нашему богу. Наш бог один раз уже спас корабль, отведя от него сотни ракет, но силы его, как и Вселенная, не безграничны, ему нужна наша помощь. Поэтому преклоните колени и молитесь. Молитесь и будете спасены. Верьте и молитесь.
Магистр замолчал, потом, сцепив руки замком, поднес их к носу и закрыл глаза. Я изогнул бровь, пытаясь изобразить не то недоверие, не то насмешку, но вдруг что-то почувствовал…
Это было подобно ручейку: свежему, быстрому, живому… Ручей расширялся, превращался в полноценную реку, которая орошала меня, будто бы я был землей, иссохшей за сезон засухи. Теперь я втягивал живую воду как губка. Заглянул в себя и увидел то, что называю «розовым туманом», он ожил, затрепетал и забился в пульсации… Но отдать ему какой бы то ни было разумный приказ не смог. Просто не знал, куда направить эту заполнившую меня энергию, а инстинкт или интуиция отчего-то не включались. Потом оказалось поздно.
Корабль перестал вибрировать и трещать. Центральный, самый большой монитор, словно в древнем кинозале, транслировавший переливающееся радугой и полосками черноты сияние, вдруг сделался черным. До того как я различил вспыхнувшие в этой тьме звезды, считал, что это какая-то видеозаставка, но теперь понял, что все время экран показывал происходящее за бортом корабля. Это радужное сияние, вероятно, и было временным тоннелем.
– Проснитесь, скоты, – взревел капитан. – Быстро за работу!
Офицеры тут же пришли в себя, еще даже не поняли, что произошло, но засуетились с утроенной энергией. Никто из них не смотрел в мою сторону, а когда я бросал на кого-либо взгляд, все старательно отворачивались. Резко оглянувшись, посмотрел на женщину с испорченным маникюром, ее глаза были заплаканы, тушь размазалась на половину лица. Она тут же опустила голову, якобы склонившись к экрану, и я с разочарованием отвернулся – будущее продолжало разочаровывать: даже тушь водостойкую не изобрели.
Но кошки на душе скребли по другому поводу. Я сам разочаровал, наверное, сотню людей. Они верили, что я их спасу, искренне молились… а все оказалось прозаичным до обиды. Они ждали чуда и готовы были скорее умереть, чем согласиться с тем, что все образуется само собой…
Да и хрен с ними. Я никогда не выдавал себя за бога, и на их кризис веры мне плевать.
Техник, тот самый, объяснивший мне опасность ситуации, отстегнул ремень, поднялся и, пройдя мимо меня, шепнул:
– Сияющий, спасибо.
– За что?
– Вы нас спасли.
От сердца отлегло. Значит, они плакали от эйфории. Открыли сердце, поделились самым сокровенным, поняли, что на свете есть что-то выше них, и захлебнулись эмоциями. Теперь им ужасно стыдно было смотреть мне в глаза. Хм, как бы объяснить, что я все равно не слышал их мысли и не вступал с ними ни в какие внутренние диалоги. И да, кстати, рассказывать всем, что я в их спасении не участвовал, глупо, но их вера в меня окрепла, а значит, когда-нибудь наступит сверхкризис.
– А ты куда? – бросил вдогонку технику.
– Корабль в критическом состоянии, младшим техникам потребуется моя помощь.
– Да, кстати, что с кораблем и где мы находимся? – спросил у капитана, устало садящегося в кресло.
– Не знаю, где мы, и вряд ли в ближайшее время узнаю, – пробурчал он, проводя пальцем по стеклу монитора. – Системе навигации потребуется колоссальное время, чтобы рассчитать пройденный нами путь. Могу лишь сказать, что мы почти рядом с пригодной для жизни планетой, возможно, на ней есть люди, но, судя по полному отсутствию коротковолновых сигналов, планета может оказаться Запретным миром.
– Вы знаете о Запретных мирах?
– Знаю, я ведь служил в боевом флоте ОСА… Кто-нибудь найдет наконец мою фуражку?!
– Но если это и вправду Запретный мир, не пора ли нам отсюда сваливать? Говорят, Демиурги весьма агрессивны.
– Да знаю, – отмахнулся он. – Я бы с радостью, но маршевые двигатели и кое-какие системы дышат на ладан – их включение может спровоцировать серию серьезных аварий. А гипервременными сейчас не воспользоваться – ни энергии, ни расчетов. Пока СНИЖ не высчитает наши координаты, совершить прыжок куда-либо еще…
– Невозможно? – помог я запнувшемуся капитану.
– Скорее, безрассудно. Это все равно как ткнуть пальцем в любую точку, но вдруг этой точкой окажется… сам знаешь что. Не волнуйся, Сияющий, я выслал несколько спутников-шпионов, так что скоро у нас будет информация о планетной системе и звезде. Если звезда изучена, существует большая вероятность того, что по ее массе и характеристикам мы сможем определить наши координаты. Если, конечно, это действительно не Запретный мир…
– Капитан, сэр, спутники потеряны! – доложил кто-то.
– Что? Как?!
– Капитан, происходят возмущения электромагнитного фона! Проклятье! К нам движется альфа-волна…
– Демиург…
В следующее мгновение произошли три вещи. Выключилось центральное освещение, взамен включилось аварийное. Монитор, схематично показывавший наш поврежденный фрегат, ярко вспыхнул, но все же я разглядел что-то непонятное. Будто экран был сделан из воды, и в его центр кто-то кинул камушек, волны от которого разошлись кругами. Излишне напоминать, что центр экрана целиком занимал наш фрегат, и мне совсем не понравилось, как деформировались все эти перекрытия и переборки. Пусть даже на секунду.
Ну а третье было неестественно, причем настолько, что походило на глупый розыгрыш. На палубе ходили и стояли десятки людей, и вот без видимой причины треть из них осела на пол, а остальные стали недоуменно на них смотреть.
Основное освещение вновь заработало, и я, недоверчиво оглянувшись, убедился, что примерно треть сидевших в капитанской рубке также вырубились, в их число входил и магистр, чему я, собственно, не удивился, он всегда был задохликом. Однако то, что из носа и ушей некоторых «вырубившихся» сочилась кровь, меня конкретно насторожило.
– Мы атакованы Демиургом, – хриплым голосом произнес капитан. – Боже, как я устал. Прости, Сияющий.
Последнее он сказал, обращаясь ко мне с виноватым выражением лица, и я не понял, извинялся он за то, что устал, или за то, что молился явно не мне.
– Эпицентр пси-удара находился в центре нашего корабля. Еще два таких же, и на борту не останется ничего живого; еще пять – и корабль развалится на части; еще пятнадцать – и не останется даже обломков. Сияющий, ты можешь чем-то помочь?
– Вернее, спасти? – уточнил я.
Капитан вздохнул:
– Да, спасти. Ну так что? У нас минута-другая до следующего удара.
Я закрыл глаза. На этот раз интуиция не подвела, и стало понятно, что необходимо сделать.
Давно заметил странные отблески, которые существуют вокруг любого из людей. Заметил случайно, еще когда был на Двадцать-четырнадцать и оборонял замок от армии чокнутых паладинов, мечтавших меня убить. Так вот, вокруг тех паладинов иногда что-то мелькало, словно рассеянные солнечные зайчики, отражающиеся от доспехов. Но, приглядевшись внимательней, обнаружил яркий и отчетливый купол или, скорее, кокон. Вскоре заметил такие же коконы, но других цветов, у магов, ведьм и даже у эльвов. Тогда не придал этому особого значения, списал на сверхспособности местных, но потом понял, что если вглядеться в любого человека, в солдата ОСА или Великого Инспектора, то можно увидеть вокруг него нечто серое, блеклое, размазанное… Так я и познакомился с тонким миром аур – кто знает, вполне возможно, что, если почитаю какую-нибудь электронную литературу, узнаю, что эта чушь двадцатого века, растиражированная всякими шарлатанами, научно обоснована. Быть может, там написано что-то про электромагнитные поля, образующиеся в результате жизнедеятельности биологических тканей организма, или что-то в этом духе. Но сам факт того, что понятия «аура» или «биополе» известны ученым, думаю, неоспорим. Если при желании я могу их видеть, значит, они существуют, а если так, то просто не верится, что технология хрен знает какого столетия не может их уловить. Ну да не в этом суть.