Страница 26 из 43
Юноша раздражённо смотрел на Глита, а сам художник задумчиво глядел в никуда.
— Я так и вижу, как он переходит из Нижних Палат в Верхние, — по губам художника пробежала улыбка. — Кланяется деканам, ждущим его у входа, прощается с однокашниками, которым уготовано стать воинами-академиками, те стараются скрыть своё разочарование. А ваш друг поднимается по Центральной Лестнице, для того чтобы передать свой меч профессорам. — Он умолк. — И когда же Церемония Возвышения?
— Скоро, — туманно выразился гость. Феруль положил миниатюру в раскрытую ладонь юноши. — И поэтому я должен перейти к другому, очень щекотливому поручению.
— Щекотливому? — Феруль Глит вскинул брови.
Юноша нервно улыбнулся, сунул миниатюру в карман плаща и вытащил оттуда же маленький кожаный мешочек.
— Квинтиниус Верджиникс очень занят подготовкой к церемонии, я думаю, вы понимаете…
Он развязал тесёмку и вытряхнул на стол художника содержимое мешочка. Перед изумлённым Ферулем появилась пригоршня болотного жемчуга.
Этого было достаточно, чтобы топить камин в течете многих-многих месяцев.
— Продолжайте, — улыбнулся художник.
— В Нижнем Городе живёт человек, очень ждущий весточки от Квинтиниуса. Но, к сожалению, у моего друга просто нет времени писать письма. Конечно, я мог бы сделать это за него, но боюсь обидеть девушку.
— Девушку? — переспросил художник, алчно глядя на жемчужины.
— Да, и я думаю, что маленький обман не причинит никому вреда, и если я дам вам черновик. — Юноша вынул из кармана свиток.
— …я смогу сделать так, что милая, добрая девушка решит, что письмо написано её заботливым другом? — закончил за него Глит.
Юноша кивнул:
— Вы читаете мои мысли.
Художник взял в руки свиток, посмотрел на размашистые и тонкие, как лапки паука, буквы, принадлежащие, судя по всему, руке его гостя, сравнил их с изящным почерком Квинта на первом свитке.
— Приходите завтра, — бросил он. — Всё будет готово.
— Только это должно выглядеть убедительно, — предупредил юноша, подходя к дверям.
— Она должна поверить, что письмо от Квинтиниуса.
— Не беспокойтесь. — Художник сгрёб жемчуг в ладонь. — Когда письмо будет закончено, ваш друг сам не поверит, что это писал не он.
Художник спустился по лестнице вместе со своим гостем, помог ему надеть плащ и выпроводил на мороз. Закрыв дверь на засов, он поплёлся вверх по лестнице. Впереди была долгая ночь. Что ж, ему за это щедро заплатили.
— Как же вам повезло, молодой Квинтиниус, — усмехнулся он про себя. — С таким хорошим другом.
Книга вторая. Верхние палаты
Глава пятнадцатая. Миниатюра
Набравшись смелости, Квинт пошёл вверх по широкой лестнице из чёрного дерева. За спиной слышалось тяжёлое дыхание Вилникса.
Резные лакированные перила холодили ладонь. Высокие ступени были нарядно украшены выпуклыми узорами. По краям лестницы стояли фигуры, изображающие реющих червей и гнилососов.
Квинту безумно хотелось повернуть назад, но он поборол соблазн. Воспитанники Верхних Палат не смотрят в прошлое. Они не опускают глаз, не сутулят плеч, их будущее ждёт на другом конце лестницы.
В пролёте Центральной Лестницы между Нижними и Верхними Палатами стояли остальные воспитанники, в их числе ближайшие друзья Квинта — Тонсор, Квилтис и Фин. В горле у Квинта встал комок. После стольких счастливых, иногда грустных Дней, проведённых в родной компании, расставание Давалось болезненно. Квинт вздохнул, он слышал, как стучат сапогами бывшие одноклассники, уходящие в бараки.
Ещё несколько дней назад, когда вышел приказ о выпуске из Нижних Палат, всё казалось таким беспечным. Шутя и толкаясь, воспитанники собрались у Центральной Лестницы, отталкивая друг друга от вывешенного возле неё списка.
— Смотрите! Смотрите! — возбуждённо вопил Тонсор.
— И посмотрю, если ты уберёшь свою глупую голову, — расхохотался Квилтис, отстраняя приятеля в сторону.
— Метательная машина! Мы оба приставлены к метательной машине! — Тонсор горячо обнял друга.
Фин приподнялся на цыпочки.
— Да! — выкрикнул он, увидев своё имя. — Бельфиниус Менделликс — ученик командира. А вот твоя фамилия, Квинт. — Фин ткнул пальцем в бумагу.
Квинт увидел напротив своего имени краткую запись — Верхние Палаты, старшекурсник Рыцарской Академии — и отшатнулся.
— В чём дело? — удивился Фин, увидев реакцию друга. — Ты же всегда этого хотел!
— Всё хорошо, — тихо ответил Квинт. — Но ты теперь воин-академик, а я воспитанник Верхних Палат.
— Но мы же будем видеться. — Фин весело рассмеялся. — В трапезной, например. — Он похлопал Квинта по плечу. — Как бы там ни было, воспитанникам Верхних Палат тоже нужно есть!
— Да, и ещё. — Квинт кивнул на список, и у Фина от удивления глаза полезли на лоб.
— Я не верю! — выдохнул он. — Вилникс Подлиниус.
— Верхние Палаты — помощник главного профессора, — закончил за него противный тоненький голосок.
Обернувшись, друзья увидели ухмыляющегося во весь рот Подлиниуса.
— Не знаю, что и сказать, Вилникс, — заговорил Квинт, но Подлиниус схватил его за рукав и оттащил в сторону.
— Мы, воспитанники Верхних Палат, должны держаться вместе, правда же, Квинт? — горячо зашептал он, не обращая никакого внимания на ошалевшего Фина. — Я забрал для тебя из Школы Цвета и Светотени миниатюру. Та-та-та-та! — Он гордо выпятил грудь. — И не надо благодарить. Мы же друзья.
Вилникс считает себя его другом? Кто бы мог подумать! Тогда Квинт потерял дар речи. И вот теперь они шли по тёмной Центральной Лестнице навстречу неизвестному. Обернувшись вполоборота, Квинт украдкой поглядел на Вилникса. Что на самом деле замыслил его однокашник?
Что-то в волчьем оскале Вилникса вызывало в Квинте дрожь. Этот оскал и откровенный подхалимаж к Хаксу Востилликсу. Как бы ещё он попал в Верхние Палаты? Вилникс ощерился, и Квинт подумал, что тот очень похож на гиену.
Странно, но в день, когда Скридиус Толлинкс улетел в Сумеречные Леса, отношение Вилникса к Квинту очень изменилось. Теперь Подлиниус всё время крутился поблизости и не упускал случая заговорить с Квинтом, сделать для него что-то приятное.
Поначалу Квинт сторонился Вилникса, ожидая подвоха и опасаясь, что хитрый товарищ заложит его Хаксу Востилликсу. Но шли дни, и Квинту пришлось признать, что, несмотря на откровенную неприязнь Вилникса к другим однокашникам, с Квинтом тот честно пытается дружить. Другое дело, хотел ли того же Квинт?
Например, та история с миниатюрой. Несмотря на бушующую за окном непогоду, Вилникс так настаивал на том, чтобы забрать её у художника самому. Квинт покачал головой. В этом не было острой необходимости. До Церемонии Возвышения была ещё куча времени, но Вилникс даже слышать не хотел слова «нет». В итоге Подлиниус заставил Квинта написать художнику письмо, восхитившись при этом его чудесным почерком.
Да, что ни говори, Вилникс Подлиниус был загадочным персонажем.
Но что там происходит?
Квинт оторвался от воспоминаний. Впереди кто-то громко разговаривал. Юноша сразу узнал низкий, гортанный, немного шепелявый голос одного из собеседников.
Говорил Денгрив Желтоклык, избранный командир воинов-академиков. Это был высокий, сильный гоблин, об отваге которого свидетельствовало множество шрамов и глубоких царапин по всему телу. Фин без устали восхищался Денгривом, и Квинт неоднократно видел гоблина в трапезной.
— Неужели мы до этого докатились? — бушевал командир. — Неужели привратникам стали выдавать вооружение раньше, чем воинам-академикам?
— Но моим людям нужно оружие! — раздался в ответ голос Дексиеля Ксексиса. — Чтобы защищать Академию!