Страница 20 из 43
— До тех пор пока среди нас остаётся хотя бы один землевед, грязная наука не сгинет с чистого лица Санктафракса! — Глаза декана факультета Всех Облаков приобрели стальной оттенок. — Предыдущий Высочайший Академик, несмотря на все мои петиции и обращения, отказался снести Большую Библиотеку. И по сей день этот символ землеведения существует в нашем городе. Хранящиеся там свитки, об опасности которых вы, мои друзья, конечно, догадываетесь, будут и дальше вдохновлять глупцов и предателей на изучение вредных теорий. Я повторяю: если мы не пройдём второе испытание Небес, у Санктафракса нет будущего.
Аудитория негодовала. Достопочтенные учёные сотрясали кулаками, выкрикивали ругательства. Квинт обратил внимание на то, что Вилникс шумит больше всех. Глаза Подлиниуса сделались узкими, как щёлочки, на лице не было ни кровинки, руки дрожали.
Квинт отвернулся. Отец уже рассказывал ему о силе толпы, предупреждал о хитрых подстрекателях и наставлял держаться подальше от тех, кому кружит голову шальная слава бунтаря. Хакс только что нелестно отозвался о предыдущем Высочайшем Академике Линиусе Паллитаксе, отце Марис. Квинт твёрдо знал, что его покровитель, несмотря на все допущенные промахи, желал Санктафраксу только добра.
Да, Линиус сохранил Большую Библиотеку. Но почему? Да, потому что всем сердцем верил в разумность знаний; понимал, что предшественники могут многому научить следующие поколения; и мечтал, что когда-нибудь землеведы и небоведы объединятся вместе на благо Санктафракса. Кроме того, Квинт лично знал Высочайшего Библиотекаря Бунгуса Септрилла, мудрого хранителя землеведения, который пожертвовал своей жизнью ради спасения Марис. Разве мог Квинт согласиться с Хаксом?
К сожалению, никто не разделял его настроения. Быть может, только три декана, мрачно взирающих на беснующуюся толпу.
— Взгляните на Небеса! — провозгласил Востилликс, в очередной раз поднимая над головой посох. — Они испытывают нас! Готовы ли вы доказать свою преданность небоведению, как когда-то это сделали ваши деды?
Все глаза устремились к небу. Уже стемнело, но лампы ещё не зажглись. Тёмные грозовые тучи заволокли прозрачный купол.
— Да! — проревели в ответ академики.
— Вы готовы очистить Рыцарскую Академию от поклонников землеведения? — гремел Востилликс.
— Да! Да! Да! — гудела толпа.
Квинт беспокойно заёрзал на стуле. Внезапно он заметил, что деканы поднялись с кресел и идут к выходу. Удивительно, выход из ложи им преградили привратники.
— Оставайтесь на месте! — грубо приказал деканам Дексиель Ксексис.
Хакс во второй раз за лекцию ехидно ухмыльнулся.
— Арборетум Сиклбау, декан факультета Грозовых Туч… — завопил он, прищурившись. — Отрицаешь ли ты своё увлечение землеведением?
— Конечно, отрицаю! — отрезал древесный гоблин. — Это нелепые домыслы!
— Значит, ты отрицаешь то, что хранишь в своих покоях свитки из Большой Библиотеки? — Брезгливо держа двумя пальцами пожелтевшие листы, Хакс продемонстрировал их залу.
— Это всего лишь пособия по свиномордам, — попытался оправдаться Сиклбау. — Здесь рассказывается об их бойцовских качествах. Совершенно безобидная информация. Все знают, я большой любитель пари.
— Безобидная информация? — взревел Хакс, с грохотом опуская кулак на кафедру. — Безобидная? Неуёмный азарт разорил тебя. Желая разбогатеть, ты презрел Небеса! Вот пример того, как коварное землеведение поражает самые блестящие умы!
Арборетум понурил голову.
— Я и не думал, что зайду так далеко. Мне просто не везло в игре. Я решил, что если узнаю побольше об этих животных, то.
— Ты — позор Рыцарской Академии! — перебил древесного гоблина Хакс Востилликс и медленно перевёл взгляд на Фенвила Вендикса. — А вот и наш декан факультета Перистых Облаков.
Фенвил храбро выдержал колючий взгляд обвинителя, только крепче сжал в кулаке хлыст.
— Фенвил Вендикс, отрицаешь ли ты своё поклонение землеведению?
— Отрицаю, — отчеканил декан факультета Перистых Облаков.
— Отрицаешь ли ты, что поставил жизнь зубоскала выше чести воспитанника Рыцарской Академии?
— Отрицаю! — гаркнул Фенвил Вендикс.
Хакс, конечно, говорил о Вилниксе Подлиниусе, который поспешил встать с места и теперь торжествующе смотрел на побледневшего декана.
— Значит, ты отрицаешь, что прилюдно ударил этого достойного юношу плетью за то, что его зубоскал оказался немощным?
Плеть в руке Фенвила дрогнула, он ничего не ответил.
— Вот пример того, как приверженность землеведению и любовь к отродью земли заставила учителя поднять руку на ученика. Повторяю, на ученика! Наше будущее, нашу надежду! — возопил Хакс, а зал вторил ему: «Позор! Позор!»
— Да, Фенвил Вендикс, ты — позор Рыцарской Академии! — заключил Хакс Востилликс.
— Ну, хватит! — не сдержался декан факультета Кучевых Облаков Филиус Эмбертин. Его голос был твёрдым и глубоким, уже не таким безжизненным, как обычно. — Я протестую!
— А, великий Филиус Эмбертин, вот мы дошли и до тебя. — В голосе Хакса засквозила горечь, лицо исказила гримаса боли.
Лекционный Зал притих. Каждый здесь знал, что Филиуса Эмбертина упрекнуть не в чем. Он был самым старым и самым прославленным членом Рыцарской Академии. Дважды он пускался в опасную экспедицию в Сумеречные Леса, дважды возвращался домой с грозофраксом, в одиночку спасая летучую скалу небесных учёных.
Квинт озадаченно глядел на Филиуса Эмбертина. Этому нечего предъявить. Или есть?
— Даже ты, — простонал Хакс, — не избежал заразы землеведения.
— Что?.. Я не понимаю, о чём речь? — Филиус выглядел одновременно озадаченным и смущённым.
— С большим прискорбием вынужден сообщить вам, дорогие коллеги, что наш всеми любимый Филиус Эмбертин пренебрёг целым рядом священных законов, — печально проговорил Востилликс. — Высочайшие Академики пребывают в растерянности. Не знаю даже, что повлияло на рассудок декана, опаснейшие путешествия или миражи Сумеречных Лесов.
— Чепуха! Филиус Эмбертин пребывает в здравом уме! — Вперёд выступил Скридиус Толлинкс, глаза Рыцаря-Академика горели истовым негодованием. — Это какая-то ошибка.
— Мне бы тоже хотелось так думать, — покачал головой Хакс. — Уж поверьте мне. Но перед тем как наш храбрый и доблестный Скридиус Толлинкс ринется на защиту своего покровителя, позвольте представить вам неопровержимые доказательства. Нам стало известно, что Филиус Эмбертин приказал двум кузнецам подкупить стражу Сокровищницы, чтобы те в обмен на прекрасные кирасы передали ему несколько осколков грозофракса. Возможно, декан желал получить хоть частицу того, что добыл тяжким трудом, возможно, он хотел на склоне лет ещё раз увидеть прекрасные камни. Кто знает? Быть может, Филиус Эмбертин вернул бы грозофракс обратно в Сокровишрицу. — Хакс покачал головой. — Какие мысли могли возникнуть в больной голове потерявшего рассудок декана?..
— Нет, это неправда, всё было не так! — вскричал Филиус Эмбертин, бросаясь к краю ложи. — Вы я понимаете.
— О, я прекрасно понимаю, — неожиданно резко ответил Хакс Востилликс. — Это даёт мне ответы на все вопросы!
Он продемонстрировал собравшимся свежий бумажный свиток, испещрённый убористым почерком.
— Капитан Сигборд сегодня утром решил всё же пойти навстречу следствию и написал признание, — объявил Востилликс, очевидно, очень довольный собой. — Спидиус Кучевал и Клод Грязикад тоже оказали добровольное содействие. В ваших покоях, декан, был проведён обыск, и в шкатулке нашёлся разыскиваемый грозофракс. Должен сказать, что присутствующие при обыске Высочайшие Академики были столь же поражены, сколь и я!
— Да послушайте же. — простонал Филиус, повалившись на колени. Его лицо стало серым под цвет доспехов.
— Кроме того, изучив ваши личные бумаги, мы нашли множество свитков из Большой Библиотеки. Немудрёно, что вы лишились рассудка.
— Ты глупец, Хакс Востилликс, — выпалил Филиус Эмбертин. — Слепой глупец. В этих свитках хранятся, ответы, на…