Страница 48 из 51
Плут кивнул:
— Знаю, Ксант, знаю. И это ещё не конец. Позаботься о Магде. Я должен идти. Меня ждут.
Он направился к Фенбрусу и Феликсу Лодду, стоявшим в окружении Профессоров Света и Тьмы и капитана Грифа.
— Пожиратели Пустоши, — отрапортовал Плут, — уже близко!
Гриф Мёртвая Хватка кивнул.
— Твоя правда. — Он указал на чёрные клубы дыма, плывущие со стороны городских окраин. Рёв металлических монстров уже доносился и сюда. Профессора мрачно переглянулись.
— Этого следовало ожидать, Ульбус, — проговорил Профессор Тьмы. — Сначала деревни, потом Большая Библиотека, теперь они добрались до Нового Нижнего Города.
— Увы, Таллус, — ответил Профессор Света. — Но мы будем стоять до конца.
Плут сдвинул брови.
— Большая Библиотека разрушена?
— Да, Плут, — молвил Феликс. — И Варис погибла. Отцу сейчас очень тяжело. Он потерял всё, что имел.
Плут сунул руку за пазуху, вытащил свиток и протянул его Фенбрусу.
— Нет, не всё, — возразил он. — У вас остался Феликс и… вот это.
Фенбрус развернул свиток и прочитал заголовок трактата: «Разведение зубоскалов».
— Пусть этот свиток положит начало Новой Библиотеке, — улыбнулся юноша.
Фенбрус поднял от рукописи заплаканные глаза, стиснул свиток и решительно направился к баррикадам. Рёв Пожирателей Пустоши нарастал с каждой секундой.
— Мы ещё поборемся! — прогремел он. — Проклятые гоблины выиграли битву у Большой Библиотеки, но не войну!
Скрип колёс и скрежет свинцовых лезвий Пожирателей Пустоши резал слух и вгонял в страх всех защитников города. Металлические монстры прошлись по баррикадам, как нож по маслу, и триумфально покатили по улицам Нового Нижнего Города. Башенки рушились под их натиском, уличные фонари падали как подкошенные, щебень летел во все стороны.
Пожиратели Пустоши сметали, дробили, ровняли с землёй и крушили всё, что стояло у них на пути. Дом оседал за домом в густой пыли и граде щепок.
За ужасными машинами шагали всегрызы — гоблины-сироищики, крох-гоблины, гоблины-пауконоги и древесные гоблины. Плоскоголовые надсмотрщики щедро угощали их ударами кнута. Издалека за атакой наблюдали отряды молотоголовых и длинноволосых гоблинов, с нетерпением ожидавшие своей очереди. А под просторным навесом, который поддерживали клыкастые гоблины, стояли важные представители племён.
Бабка Сладкоежка Вторая умывалась слезами.
— Крошки мои несчастные! — причитала она.
— Успокойся, — приструнил её Хемтафт Топорбой. — Всю тяжёлую работу сделают Пожиратели Пустоши Хамодура. Твоим ненаглядным всегрызам нужно будет только добить раненых.
— Не по-гоблински это как-то! — презрительно бросила Литтаг. — Моим воинам хочется омыть клинки во вражеской крови!
— Не переживай, — успокоил её Хемтафт.
— Твои воины вволю отыграются, когда мы доберёмся до пещер глыботрогов!
Мигмяу Серый и Рутрот Кусачий злорадно захихикали.
Пожиратели Пустоши беспрепятственно продвигались через город. Хамодур Плюнь, восседающий в кабине первой машины, протёр окуляры очков и откашлялся. Его помощник потянул за рычаг, и приводная цепь пришла в движение. Пожиратель Пустоши подмял под себя полуразрушенную таверну и устремился к лафовой башне.
Защитники города как будто растаяли, только высоко в небесах парили недосягаемые для гоблинских стрел небесные кораблики. Хамодур Плюнь торжествующе улыбнулся. Похоже, его Пожиратели Пустоши одерживают уверенную победу. Новый Нижний Город пал перед ним! Хамодур хлопнул помощника по плечу и указал пальцем на башню.
— РАЗНЕСИ… ЕЁ… В… ЩЕПКИ! — гаркнул он, перекрикивая скрежет машины.
Внезапно перед глазами Главного Литейщика мелькнула зелёная молния.
Помощник Хамодура навалился на рычаг, Пожиратель Пустоши вильнул в сторону, накренился и протаранил какую-то высокую статую.
— Я… СКАЗАЛ… УНИЧТОЖЬ… БАШНЮ! — вскипел Хамодур, хватая помощника за шиворот. В следующий миг Главный Литейщик ощутил на своих пальцах липкую кровь.
Из шеи помощника торчал тяжёлый свинцовый болт.
Теперь повсюду сновали лёгкие небоходы, а смелые пилоты посылали в Пожирателей Пустоши новые и новые болты. Хамодур с воплем повалился на дно машины, а та, полностью выйдя из-под контроля, раскачивалась в разные стороны. То же происходило и с остальными металлическими монстрами.
Вскоре началась полная неразбериха. Пожиратели Пустоши сталкивались друг с другом и начинали бессмысленно и упрямо таранить один другого. Шагавшие позади всегрызы бросились врассыпную.
Но плоскоголовые командиры лишь пришли в большую ярость и принялись осыпать несчастных беспощадными ударами.
А на крышах домов стали появляться фигуры в белых одеждах. С удивительной лёгкостью и проворством Духи Нового Нижнего Города соскользнули вниз по верёвкам прямо на крыши беспощадных машин. Установив привод на полную мощность, они зафиксировали рычаги управления брёвнами и снова стрелой взмыли вверх.
Пожиратели Пустоши набрали максимальную скорость и покатились вперёд, громя на своём пути галереи и лотки, таверны и гостиницы, лавки и хлева. Но впереди простиралось великое Северное Озеро, которое блестело на солнце, как начищенное серебро.
А из переулков и узких улочек уже спешили к башне вооружённые саблями пираты во главе с бородатым капитаном.
— Взять плоскоголовых надсмотрщиков! — взревел он.
Гоблины-всегрызы бросились наутёк, и воздушные пираты вступили в схватку с их мучителями. Тем временем Пожиратели Пустоши приближались к берегу.
Вскоре у ног капитана Грифа валялись уже двадцать поверженных противников, а воздушные пираты осыпали насмешками удирающих плоскоголовых негодяев.
— К барьеру, господа!
— Что, поубавилось спеси без ваших машинок?
— Да здравствует Вольная Пустошь!
— Вольной Пустоши наше «ура»!
Со стороны озера донёсся раскатистый взрыв. Первый Пожиратель Пустоши уже исчез под водой, и охладившаяся печь выплёвывала на поверхность лафовые поленья. Вот послышались новые взрывы. Адские машины одна за другой тонули в ледяной воде Северного Озера.
Каждый взрыв сопровождался ликующими криками Духов, Библиотечных Рыцарей и воздушных пиратов, собравшихся на берегу.
А на восточных подступах к Новому Нижнему Городу напряжённо вглядывались в даль предводители гоблинских племён. Хемтафт Топорбой то и дело подносил к глазам бинокль, изъятый у воздушного пирата.
И тут прогремели взрывы.
Мигмяу Серый громко ойкнул.
— Не нравится мне всё это, — проворчал он.
— Нехорошие там творятся дела, — кивнул Рутрот Кусачий.
Когда дымовая завеса рассеялась, предводители увидали бегущих наутёк перепуганных всегрызов. Бабка Сладкоежка Вторая громко охнула.
— Взгляните! — завизжала она. — Только взгляните, что они сделали с моими крошками!
Когда последний Пожиратель Пустоши погрузился в Северное Озеро, в воздух взлетел огромный фонтан. Казалось, прежде чем угаснуть, он коснулся самих облаков. Когда вода успокоилась, на поверхность всплыло тело бывшего Главного Литейщика Хамодура Плюня. Его вечно серая кожа приобрела розовый цвет только после кончины.
Над Северным Озером раздалось тихое пение. Грустные чарующие звуки плыли с Колыбельного Острова.
— Оох-маах, оомалаах. Оох-маах, оомалаах. Оох-маах, оомалаах.
Лоб подтянул лямку и сдвинул на затылок соломенный колпак.
— Плохи наши дела, братец, — покачал головой Луммель. — Так-то.
Братья Гроуп стояли в хвосте группы вояк, состоявшей целиком и полностью из низкопузых копьеносцев. Рядом жались друг к дружке длинноухие и серые лучники и красноглазые пращники. Тут и там между ними виднелись здоровенные клыкастые гоблины с тяжёлыми булавами за плечами. В отличие от элитных войск длинноволосых и молотоголовых гоблинов, эти были пушечным мясом.