Страница 13 из 51
Лоб содрогнулся, Луммель прикрыл глаза. Оба отлично помнили, что в рабство их братьев отправила не Вольная Пустошь, а Гоблиново Гнездо. Хемтафт и остальные вожди виновны в их горестях.
— Мы победители! — возопила Литтаг. Её резкий голос прокатился по хижине.
Лобу и Луммелю было неуютно среди беснующейся толпы. Оголтелые крики и искажённые лица пугали братьев. Они всего-то хотели узнать насчёт урожая, но, похоже, всех остальных волновало только одно — война!
Вечерело. Гоблины зажгли факелы и стали расходиться по домам.
— Да здравствует победа! — кричал им вслед Хемтафт. — Да здравствует Рабская Пустошь!
— Ты только погляди на наших милых крошек! Какой отменный аппетит! — восхитилась матрона Пернатый Рог, обращаясь к своей сухопарой спутнице — сестре Неряшке. Почтённые шрайки брели по длинному мосту над широким манежем, в котором располагались ясли.
Завидев их, птенцы встрепенулись, жадно вытянули длинные шеи и разразились голодным криком. Трудно было поверить, что эти верзилы, вымахавшие уже в половину своего взрослого роста, вылупились всего два дня назад.
— Ты, как всегда, права, дорогуша, — ответила сестра Неряшка, одобрительно кивнув пернатой головой. Её холодные глаза блеснули, как лезвие кинжала на солнце. — И ждать нам осталось совсем недолго.
Так за неспешным разговором матроны подошли к затейливому деревянному сооружению со множеством канатов, шестерёнок и соединительных шлангов. Птенцы принялись галдеть ещё громче. Матрона Пернатый Рог навалилась всем телом на рычаг, который под её весом подался и медленно заскользил вниз. В этот миг открылся затвор резервуара и в металлические краны хлынул тёплый поток рубленых внутренностей зубоскалов.
Ясли огласилась яростными криками. Грубо отталкивая друг друга, птенцы бросились к вожделенным трубам, обхватили их крепкими клювами и, хлопая редкими пёрышками, стали ждать кровавый ужин.
Матрона Пернатый Рог ухватилась за колесо лебёдки, резко крутанула его вправо, и из труб потекла густая смесь из сырого мяса. Прильнув к кранам, птенцы жадно поглощали щедрое угощение, то и дело закатывая от удовольствия глаза.
Матрона внимательно наблюдала за трапезой маленьких шраек.
— На сегодня достаточно, — решила она и снова крутанула колесо, на этот раз влево. Подача пищи прекратилась. Сытые птенцы повалились на пол и тут же захрапели.
— Вот и чудно, мои хорошие, — прошептала сестра Неряшка. — Крепких снов! Растите большими, сильными и свирепыми. — Она повернулась к товарке: — Скоро у нас будет новая армия, новая Шайка Шраек и новая предводительница в ярком оперении.
Старая матрона задумчиво поправила шляпку.
— Надеюсь, что ты права, сестра Неряшка, — сказала она. — После ужасной гибели в Нижнем Городе Мамаши Ослиный Коготь и Шайки Шраек нам как-никогда нужны новые предводительницы. — Она горестно закудахтала. — Нам следует взять на себя всю ответственность, не правда ли?
Сестра Неряшка тяжело вздохнула. Сейчас, когда её оперение поседело, а глаза потеряли былую зоркость, ей казалось, что дни былого могущества уже не вернуть. В далёкой молодости она, досточтимая сестра Неряшка, была важной фигурой в Шайке Шраек. Вот тогда-то на ней, второй шрайке после самой Мамаши, лежала настоящая ответственность. Но после переезда в Восточный Посад, не в силах привыкнуть к оседлому образу жизни, Неряшка с радостью сложила с себя полномочия.
Зато теперь всё переменилось. После гибели основных сил шраек в канализации Нижнего Города в Восточном Посаде не осталось никого, кроме бесполезных шраек-самцов, престарелых шраек-наседок да нескольких древних сестёр вроде неё. На их долю вы пало высиживание и воспитание нового поколения Золотого Гнёзда.
Они недосыпали ночами, таская в ясли сухую со лому, поддерживая комфортную для яиц температуру. Они охотились на зубоскалов и забивали их кишками резервуары для кормления птенцов. А когда подошло время, старухи собрались возле гнёзд и запели новорождённым старинную песню шраек:
Через несколько часов после рождения птенцы уже потеряли мягкий пушок, а к первому в жизни завтраку покрылись перьями. От разнообразия расцветок пестрело в глазах. Птенцы были полосатые и жёлтые в крапинку, алые, синие, оранжевые и лиловые. Их перья уже сейчас одним сулили будущее рядовых бойцов, другим — тёпленькие места в Шайке Шраек. Юные шрайки ежеминутно увеличивались в размерах даже сейчас, во сне, на глазах умиляющихся матрон они заметно крепли и набирались сил. Матрона Пернатый Рог была права: пришло время для принятия ответственных решений.
— Ах, дорогуша, — проворковала сестра Неряшка, — Я всегда повторяла, что шрайки — кочевое племя. Мы не можем вести оседлый образ жизни.
— Но Восточный Посад… — начала было матрона Пернатый Рог.
— Восточный Посад — это нечто искусственное, — прервала её сестра Неряшка. — У шрайки не может быть дома. — Она смолкла. — Пока существовала Дорога через Топи, все ещё было ничего. Но сейчас, с крахом Нижнего Города, держаться нашей крепости нет никакого смысла.
Матрона Пернатый Рог открыла от удивлении клюв.
— Да, сестра, да, — продолжала сухопарая шрайка. — Мои слова могут тебя шокировать, но настала пора покинуть Восточный Посад. Здесь мы потеряли бдительность и слишком привыкли к роскоши. Нужно собрать сундуки с добром, оседлать зубоскалов и вернуться к старому доброму бродяжничеству и работорговле. Как-никак, но такой образ жизни наши предки вели не одну сотню лет. — Она указала острым когтем на спящих птенцов: — И эти крошки завоюют нам славу ещё на века.
Матрона Пернатый Рог поёжилась и плотнее закуталась в шаль.
— К работорговле, — повторила она, — Не так уж это и просто. Времена изменились, сестра. Дикие племена Дремучих Лесов сплотились, гоблины заключили союз с литейщиками, а Вольная пустошь. О, Вольная Пустошь теперь сильна и едина. Ты что, предлагаешь напасть на таких могущественных противников?
Сестра Неряшка хмыкнула и покачала головой.
— Нет, моя осторожная сестра, — ответила она. — Пока что нам это не под силу. Слишком мало наше войско. Но на примете у меня всё же есть цель. Живая и очень уязвимая цель, бегущая в эту минуту из разрушенного города.
— Из Нижнего Города! — ахнула матрона Пернатый Рог.
— Совершенно верно, — последовал ответ. — Мои шпионы сообщают мне о передвижении колонны переселенцев, и я питаю надежду…
Она осеклась, услышав громкий вопль, доносившийся с улицы. Недолго думая, сестра Неряшка и матрона Пернатый Рог бросились на балкон.
Высоко над Восточным Посадом медленно парило с три сотни маленьких, похожих на причудливые тучки небоходов.
Матрона Пернатый Рог мрачно уставилась на них.
— Библиотечные Рыцари, — пробормотала она.
— Похоже, не у нас одних есть шпионы, — кивнула сестра Неряшка, перевесившись через перила балкона.
На крепостной стене с бойницами собралась уже целая толпа старых наседок, седеющих сестёр-утешительниц и тощих шраек-самцов. Они что-то оживлённо кричали, указывая на небо. Рядом стояли осиротевшие метательные машины.
— Что вы стоите? — взвилась сестра Неряшка. — Сделайте что-нибудь!
Шрайки кинулись выполнять приказание. В считаные секунды они зарядили метательные машины огненными лафовыми шарами, но дальше дело застопорилось.
Никто из уцелевших шраек не умел стрелять. Это была работа стражи, вот только стражи больше но было. Бедным наседкам и сёстрам-утешительницам пришлось действовать наугад, пытаясь защитить себя и, что гораздо важнее, бесценных птенцов.
— ОГОНЬ! — скомандовала сестра Неряшка и едва успела плюхнуться на пол, как лафовый шар просвистел над её головой, опалив пёрышки на ушах.