Страница 8 из 43
Расскажи кто Миносу и Эгею, что многие странники величают их царями, удивились бы оба. Уважали их люди, прислушивались к их словам на собрании старейшин. Только не было отродясь царей в их народе. Старейшины были, лекари, учителя. А без царей обошлись как-то. Посмеялись бы Минос с Эгеем над этой шуткой, но вот услышь они сплетню, что жена Миноса от быка понесла, — несдобровать рассказчику. Да и без Миноса с Эгеем чужеземцев на место ставили за слова злые. Далеко не один странник зубы здесь свои оставил платой за возведенную напраслину. Это порождало новые россказни, но разве со всем совладаешь? Придумают же… Не убивал Тесей Минотавра вовсе. И не любил никого, кроме своей Паленны. Верно, по молодости Ариадна на него засматривалась, но так то дело прошлое. И как только странники об этом прознали? И ведь напридумывали всякого, слушать страшно — и про то, как Тесей Ариадну на острове одну бросил, сонную, и про путеводную нить, и про то, что умницу Ариадну бог вдохновения и виноделия в жены взял. Упростили всю правду странники заморские, исковеркали. Не клубок Ариадны вывел Тесея из лабиринта каменного, а ее мудрость и доброта стали путеводной нитью через пропасти слов и толкований. И не был богом взявший ее в жены мужчина, хоть и обладал силою, что простым людям неподвластна.
Минотавр… Вот о ком нагородили невесть чего — будто жил в лабиринте на острове дальнем и каждый год по четырнадцать юношей и девушек живьем съедал. Любят люди черной краской приукрасить. А о главном-то и забывают. Не в том дело, что в доме Минотавра было множество комнат. И не в том, что раз в четыре дюжины лет привозили Минотавру в жертву четырех юношей. Не в том…
* * *
Началось все с кувшина красного вина на Празднике Лета. Беот весь день был такой неуклюжий и рассеяный, словно его так и не разбудили толком. Он не заметил стоящий на земле кувшин и споткнулся об него, разбив вдребезги.
Тесей было разозлился на приятеля, но тут же остыл — ясно ведь, почему Беот сам не свой. Назавтра должен отправиться к дальнему острову корабль. Как всегда, после праздника. Четыре раза в году уходили туда корабли, чтобы умилостивить злобное чудовище дарами: маслом, оливками, вином, мукой, вяленым мясом, сырами и прочей снедью. Четыре раза в году уходили корабли с дарами, и всякий раз возвращались на них все отправившиеся к Минотавру люди. Но раз в четыре дюжины лет дань после Праздника Лета была особой — четверо юношей должны были остаться на том острове, чтобы Минотавр мог насытиться их жизнями в обмен на обещание не насылать на людей ни смертоносных штормов, ни лютых смерчей, ни губительных для урожая холодов. Вчера совет старейшин решал, кому судьба стать жертвой Минотавра, и Беоту не повезло — завтра он в последний раз увидит родной берег, а вместе с ним еще трое одногодков Тесея — Ифит, Гиант и Нирей.
Вино почти мгновенно впиталось в сухую землю, оставив после себя лишь темное пятно. И мысль, что если разбить кувшин, то и вино может пропасть. Тесей даже расхохотался вслух, когда эта мысль пришла ему в голову. Беот только больше нахмурился — ему-то было не до смеха.
Конец вечера Тесей помнил урывками. Как уговаривал своего отца, Эгея, отпустить его к Минотавру вместо Беота. Как боялся проболтаться раньше времени о своей затее. Как прикидывал, куда спрячет короткий меч. Как хлопал по плечу ошарашенного Беота и как мечтал о своем победном возвращении домой.
Утро было пасмурным и хмурым, как отец Тесея в этот день. Беот прятал глаза и, только когда уже все поднимались на корабль, тихо спросил старого приятеля, точно ли тот уверен в своем решении — мало ли, что вино сболтнет, а такие решения только на трезвую голову принимать можно. Тесей только посмеивался — он-то для себя все решил. Недоумевал только, почему прежде никто до такой простой вещи не додумался. Убить Минотавра, и дело с концом! Если не будет чудовища, некому станет насылать на людей шторм да холода! Дело за малым — уговорить рыбаков не отплывать обратно сразу, а подождать хоть пару часов. Ну и заколоть быкоголового побыстрее, пока тот не понял, что к чему.
Рыбаки подождать согласились, хоть и удивила их эта просьба. Но Эгей был человеком уважаемым, да и решение самого Тесея отправиться к Минотавру вместо друга рыбаков восхищало. Достойный сын своего отца — ну как не уважить?
Корабль причалил к берегу тихо и плавно, словно вода и ветер встали на сторону людей и сговорились помогать им. Тесей с тремя другими юношами сошел на берег и помог рыбакам сгрузить дары. Тюков было много, рыбаки спешили — не хотели столкнуться с чудовищем. Одно дело за ним с борта корабля издалека смотреть, другое — вблизи увидеть.
Минотавр появился, когда рыбаки только-только вернулись на корабль. Словно наблюдал невесть откуда — спрятаться на пустынном берегу было негде. Чудище оказалось не таким уж высоким и жутким — всего-то на голову выше обычного человека да в плечах немного пошире. Зато глупее гораздо. Или беспечнее. Тесей выхватил свой меч и вонзил клинок по самую рукоять в бок Минотавра. Оно и охнуть не успело, только издало короткий рык и рухнуло на песок. Тесей для верности резанул мечом по покрытому короткой шерстью горлу чудища и склонился над его пастью. Минотавр не дышал. Тесей обтер меч полой туники, что была на чудище, и направился обратно к кораблю.
Все получилось так легко и просто, словно природа уже давно ждала этого от людей. Путь домой был солнечным и быстрым, вода и ветер несли корабль во весь опор. Рыбаки всю дорогу молчали, спасенные юноши тоже — никак не могли поверить своей удаче. Смеялась от счастья Паленна, которую Тесей обещал взять в жены. Смеялись невесты Ифита, Гианта и Нирея. Только старейшины почему-то не обрадовались, а Эгей помрачнел еще больше, чем когда Тесей просил позволения к Минотавру отправиться. Не рада была этому возвращению и Ариадна, дочь Миноса. То ли завидовала счастью Паленны, то ли просто злилась, что не ей, Ариадне, посвятил он свою победу.
Ночью же началась буря, какой старейшины отродясь не помнили. Порывы ветра гнули деревья и срывали крыши домов, разбивали корабли в щепки и уносили обломки в море. Пару раз буря начинала стихать, но тут же расходилась с новой силой. Дождь лил не переставая, а на четвертый день с неба посыпались белые камни с голубиное яйцо. И поняли старейшины, что больше ждать нельзя. Надо умилостивить разъяренного Минотавра, попытаться уговорить его любой ценой.
Выход предложил старый Минос. Юноши должны вернуться к Минотавру на его суд. Если чудище не получит голову Тесея, людям несдобровать. Но им будет не под силу разжалобить Минотавра, не справятся с этим юноши. Из-за поступка Тесея дань на этот раз должна быть вдвое больше. Не только четверо юношей отправятся на дальний остров, но и четыре девушки. И будь что будет.
Старейшины не согласились со старым Миносом только в одном: «восемь» — слишком неудачное число, слишком опасное. Надежнее будет, если к Минотавру пошлют на одну девушку больше — это принесет покой и удачу.
Стоило людям принять это решение, как буря стихла. Перестал хлестать холодный дождь, умолк колючий ветер, утекли водою в землю белые камни, что сыпались с неба. И поняли люди, что Минотавр согласен принять их дар и не губить невиновных. Оставалось только решить, кого же принести в жертву чудищу.
Паленна сказала, что не оставит Тесея и отправится вместе с ним. Сказала и съязвила тут же, мол, не желает ли Ариадна поехать с ними. Ариадна согласилась. А вместе с нею и самая ее близкая подруга, Хиона. Согласились и невесты Гианта с Ниреем.
* * *
Как ни крепился Тесей, плыть к Минотавру было очень страшно. Прежде он собирался с чудищем биться, а теперь предстояло сдаться на его суд, который вряд ли будет справедливым и честным. Думать о том, какую казнь ему придумает Минотавр, не хотелось. Но думалось. И всю ночь накануне отплытия, и пока корабль на всех парусах скользил по волнам.