Страница 14 из 45
Но красноармейцы прошли мимо, даже не оглянулись. Наверное, вот такие же солдаты охраняют мост. Хотя нет. Капитан Дейнц говорил, что в охране служат пожилые люди.
Когда Тухлы добрался до аула, он почувствовал страшную слабость. На лбу выступила испарина. Хозяин дома покачал головой. Он понял: это не болезнь, это дали о себе знать нервы...
— Зря это ты... — проворчал хозяин. .
Древняя кибитка старика стояла на краю пустыни. Глинобит-
38
ный дом был окружен ветхим загоном для овец. Сейчас в загоне лениво бродили три овцы. Он» только напоминали о былом богатстве.
Старик не раздумывая зарезал одну овцу. Ночью его гости уходили дальше. Надо на дорогу пожарить мяса, как следует накормить молодых парней. Он не знал, куда и зачем идет группа, но догадывался, что на опасное дело. Внимательно рассматривая этих хмурых парней, старик заставлял себя поверить в хороший исход дела, на которое они шли. Он знал, как трудно сейчас быть незаметным даже в пустыне! Он знает место следующей стоянки... Там их встретит тоже человек Садретдин-хана. А если за этой «цепочкой» следят?.. Если НКВД хочет узнать о всех людях Садретдинхана и поэтому пока не трогает группу с тяжелыми солдатскими вещмешками?
Эти мысли не давали покоя. Старик часто поглаживал жиденькую бородку, пытался скрыть дрожь в пальцах. Чего ему бояться?.. Он уже стар. Он доживает последние дни. Вот эти мальчишки, которые тащатся с динамитом через пески... Это да1 Это находка для НКВД.
Но даже эти трезвые рассуждения не могли успокоить старика. Ему не нравилось и настроение парней. Не верят друг другу. Слишком озлоблены друг против друга. Скрывают, правда, эту злость. Но его, старого человека, не проведешь... Так же было и в банде, перед самым ее разгромом. Басмачи тогда словно чувствовали близкий конец. У него, тогда еще крепкого, молодого, из хурджума ночью вытащили сверток с золотыми монетами. Он нашел вора и зарезал на месте.
Чем-то похожи парии на тех его сверстников, злых, настороженных, ненасытных... Они так же жадно грызли мясо, словно чувствовали, что завтра уже может его не быть.
Группа еще неделю пробиралась через пески. Наконец она устроилась в такой же нищей кибитке, в каких приходилось проводить последние дни.
Хозяин оказался трусливым, жалким человеком. И Тухлы принял решение перед уходом его зарезать. Он поделился своими планами с Длимом.
Задержишься на несколько минут и...
Зачем? — лениво позевывая, равнодушно спросил Алии.
Он лежал на спине, пытаясь заснуть.
Не успеем отойти, бросится в аул, будет звонить в НКВД.
Не будет... — зевал Алии. —- Зачем?
Будет! — твердо повторил Тухлы. — Будет, чтобы спа
сти свою шкуру.
— А-а... — протянул Алим и согласился. — Ладно.
Потом, о чем-то вспомнив, приподнялся, оперся на локоть и
удивленно сказал:
— Как же обратно пойдем? Где остановимся?
Другой дорогой. Быстрее пойдем. Здесь не остановимся.
— А-а... — опять лениво протянул Алим. — Тогда сделаю.
Хозяин с трудом скрывал свою растерянность и испуг. Он суетился, старался как следует накормить непрошеных гостей. Парни жадно поели и улеглись спать. Хозяин ожил немного, когда узнал, что ночью гости уйдут совсем. Он зарезал несколь-
39
ко кур, сварил хороший суп, принес свежего, еще теплого хлеба. Днем начал моросить дождь. Именно такая погода, наверное, устраивала парней.
Хорошо... — потер ладони Тухлы.
После вкусного, сытного обеда он приказал:
Спать... Как следует выспаться.
Но отдыха не получилось... Алии поднялся раньше всех. Осмотрев спящих парней, взял нож и потянулся к халату своего спутника Пулата. Он знал, что в халате зашиты деньги. Чтобы подрезать нитки, вытащить плотный сверточек, не потребовалось много времени.
Пулат, не двигаясь, слегка приоткрыв глаза, следил 'за ловкими движениями Алима. Когда тот спрятал сверточек под кошму и спокойно улегся, Пулат вытащил нож и рывком бросился на этого теперь своего злейшего врага. Шрам от острых зуавов Алима покраснел. Казалось, он вот-вот прорвется, и снова, как тогда в ущелье, хлынет кровь.
Тухлы вскочил вовремя.
С ума посходили... — шептал он. — Нас же возьмут.
Пусть возьмут! — не унимался Пулат.
Алим воспользовался минутным замешательством. Вместе с Тухлы они скрутили Пулату руки. Скомкав поясной платок, заткнули рот.
Тухлы и Алим тяжело дышали. Переглянувшись, они поняли друг друга. Решение было принято без слов: надо убрать и этого. Потом, перед уходом.
К вечеру дождь пошел сильнее. Он хлестал по крыше, по маленьким мутноватым окошкам. Хозяин кормил гостей и с ужасом поглядывал на связанного пария. Что же они с ним будут делать? .Неужели оставят? Парень рычал, стонал... Но никто не обращал на него внимания.
— Будем выходить... — наконец объявил Тухлы. — Пойдете
сначала вы... — обратился он к двум парням. — Мы с Алимом
выйдем за вами.
Когда двое, сгибаясь под тяжестью вещмешков, вышли в дождь и двинулись по указанной тропке, Алим попросил хозяина выйти за дверь.
Тухлы не услышал даже крика, только стук падающего тела. Глухой стук. Алим вышел с ножом. Он даже "не вытер его.
— Иди! — прошептал он. — Иди, Тухлы. Я сейчас...
На Тухлы он не смотрел. Ноздри раздувались, губа подергивалась. Тухлы взял мешок и вышел за дверь. Ему казалось, что он слышал удары ножа, прерывистое, тяжелое дыхание Алима.
Сколько он так простоял? Потом не выдержал, вернулся...
Алим бил по связанному телу спокойно, методично. Он еще не лишил жизни своего врага. Он еще не добрался до сердца.
Тухлы передернуло... Забил озноб.
— Кончай! Пошли! — хрипло проговорил Тухлы и торопливо
вышел из дома.
Он подставил лицо под холодный дождь, прижался к стене. И когда чьи-то крепкие пальцы сжали его руки, он даже не шевельнулся. Тухлы тошнило...
«Все!» — успел подумать он.
В дом проскочили несколько человек.
40
«Всех взяли... Это точно...» — И Тухлы сполз вниз. Ему хотелось сесть, отдышаться. И очень хотелось пить. Он ловил дождевые капли, жадно глотал их...
Никогда, даже в пустыне, ему не хотелось так пить...
ХМУРЫЙ ВЕЧЕР
Муфтий еще не знал о провале группы Тухлы, но предчувствовал беду. Он продолжал смотреть на выцветший флажок и ворошил прошлое. Свое прошлое. Искал в нем удачи, вспоминал провалы.
Муфтий Садретдинхан знает главную причину всех бед. Грызлись, делили власть, рвались к ней, забыв обо всем на свете. Власть — это деньги. А деньги — это все!
Плодились общества, организации, банды...
Муфтий Садретдинхан большие надежды возлагал на работу «Союза спасения Бухары и Туркестана». Там собрались солидные люди, они могли многое сделать. В 1930 году муфтию стало известно заявление одного из руководителей СБТ — Турсуна Ходжаева: «Я установил связь с германской разведкой через немецких дипломатов в Москве».
Доходили слухи, что СБТ, его агенты поставляли сведения об экономике советских республик. Средней Азии
А потом началось...
Эмир Бухары, предчувствуя свой крах, перевел в Пешаварский «Империалбанк» 1670 тысяч индийских рупий Это что-то около 500 тысяч американских долларов. Деньги были выручены от продажи каракуля. Распоряжаться этими средствами могли только Алим-хан и его приближенные — Ходжа Таракул-бай, Мухитдин-бай и Кары Мизраб.
После бегства из Бухары эти влиятельные люди распределила часть средств между собой. Оставшиеся в банке 600 тысяч рупий предназначались на пожертвование эмигрантскому обществу «Благополучие и спасение родины Бухары». Однако общество могло распоряжаться этими деньгами только с разрешения эмира Саида Алим-хана и его правой руки — Ходжа Туракул-бая.