Страница 16 из 17
Однажды вечером в салоне ньоры Сорпи появился молодой корнет в несколько помятом, но аккуратном мундире бригады станковых шарометов. Он подкручивал жиденькие усики, хлопал ресничками, часто поправлял ярко-рыжие напомаженные волосы, зачесанные на пробор, и, не интересуясь группами и группками, занятыми обсуждением интереснейших вопросов текущей политики или достоинств каррахатских гончих, приглашал всех подряд девушек на танец, во время которого что-то шептал им на ушко. Судя по отрицательным жестам, получал отказ, но не отчаивался и переходил к следующей. Можно было подумать, что он всем делает неприличное предложение, но никто не влепил ему пощечину, и все девушки, с которыми он успел потанцевать, смотрели на него в целом благожелательно. Дошла очередь и до баронессы. Нехотя уступив настойчивым приглашениям юного корнета, девушка вышла в круг.
– Баронесса! Вы милы и прелестны! – тут же стал нашептывать ловелас. – У вас такие сияющие глаза! Они точно звезды, похищенные у неба. А высокий чистый лоб говорит о вашем незаурядном уме…
Баронесса морщилась, но терпела.
– Ах. Но при всех наших достоинствах тем не менее не всегда нам в любви везет. Я сам недавно пережил трагедию неразделенной любви. Если бы не медальон и приворотное зелье, я бы до сих пор мучился и тосковал о своей Олисии.
Баронесса насторожилась и явно заинтересовалась, но постаралась сделать вид, что все эти истории ее мало волнуют. Грудь, однако, стала вздыматься чаще, а на щеках появился румянец.
– И как долго действовало ваше зелье?
– Дело не в зелье – оно всего лишь дополнение к медальону. Как долго, вы спрашиваете? Вечно! Мы любим друг друга. И это теперь навсегда!
Баронесса попалась. Она так вцепилась в корнета, что оторвать ее можно было только силой.
– Продайте мне медальон!
Корнет заколебался, покраснел, опустил глаза к полу:
– Понимаете, ньора… дело в том, что я не уверен… а вдруг он мне самому еще понадобится…
– Вы говорите, что вам он уже не нужен. Так продайте его мне.
– Мне, конечно, надо много чего прикупить к свадьбе, а денег не густо, но вы понимаете… он стоит очень дорого… это же амулет шируши.
– Ши… кого?
– Шируши. Жил такой народ на севере, где сейчас пустыня. Охотники иногда заходят туда и в развалинах находят много чего интересного, в том числе и амулеты, но выживают единицы и никогда не рассказывают о своих приключениях, поэтому никто не знает про них и шируши. Этот амулет каким-то путем за очень большие деньги достался моей бабке. Говорят, с его помощью она влюбила в себя деда. Но я прошу вас хранить тайну моей семьи. Я поведал ее вам только потому, что оказался в стесненных обстоятельствах.
– А другим девушкам вы тоже все это рассказали? – наблюдательная, однако, красотка, но для этого корнет и не подходил к ней первой, чтобы это не выглядело спланированным.
– Нет. Я видел, что они не испытывают и малой толики тех страданий, что выпали на вашу долю, – в глазах партнерши корнет прочитал полное согласие со своими словами: уж насчет страданий любая девушка крупный специалист. – Им я просто предлагал амулет и называл сумму гораздо больше той, за которую собираюсь продать. Если вообще буду продавать. Знаете, как бывает? Решишься продать вещь, но сомневаешься, что это правильный поступок. Берешь и ставишь цену, за которую продашь без сомнений, а она бывает существенно выше реальной, втайне надеясь, что покупателя так и не найдется. Как бы играешь с судьбою. С вами такое никогда не бывало?
– Нет, мне не доводилось продавать что-либо. Мы не бедствуем. Но я поняла вас. Можно провести аналогии с иными нашими поступками…
– Какими, если не секрет?
– Именно секрет. Корнет, удовлетворите мое любопытство – какую цену вы называли моим предшественницам?
Корнет мысленно воззвал к Творцу и, как в омут с головой, выдохнул:
– Семьдесят пять золотых.
– Беру!!
– Что?!
– А вот так! Беру! Теперь вы не можете отказаться от своего слова.
– Но я же… но как же? Будьте милосердны! Откажитесь!!
– Нет, нет и нет!! Что вы там говорили про игры с судьбой? Смиритесь, корнет, и давайте обговорим условия.
– Ах, если бы не злосчастный дол… э-э-э… приготовления к свадьбе, ни за что бы не расстался с амулетом, – позволил себе немного посетовать корнет и, закончив танец, отправился вместе с баронессой в свободный альков.
Корнет знал о том, что есть такое негласное правило в торговле – завышать цену минимум в два-три раза. Поэтому почти утроив ее для старта торгов, он не ожидал столь быстрого их окончания. Его явное ошеломление девушка записала на счет своей ловкости и хитрости. Она, по правде говоря, готова была расстаться и с большей суммой, если все то, что говорил ей корнет, – истинная правда. Таким образом, баронесса могла быть вполне довольна сделкой.
Хорошо, что корнет не мог читать мысли. Он, со своей стороны, был уверен, что девушка здорово переплатила благодаря его уму и хитрости. В общем, оба были в восторге.
Ждать до завтра баронессе было невмоготу, и она буквально за шкирку потащила корнета к нотариусу оформлять сделку. Ее подруга не подозревала о содержании разговора. Она видела только то, что видели все: баронесса неохотно откликнулась на приглашение корнета, но все-таки пошла с ним в круг. Во время танца они о чем-то поговорили, причем корнет улыбался и явно наговорил своей партнерше кучу комплиментов. Глаза баронессы заблестели, щечки разрумянились, теперь уже она повела милого мальчика-корнета в альков, из которого через несколько минут волоком потащила к дверям, на ходу бросив подруге: «К нотариусу!» Что могли подумать подруга и гости ньоры Сорпи? Небогатый столичный корнет сумел вскружить голову богатой, но провинциальной баронессе, и та подсекла, не желая, чтобы рыбка сорвалась с крючка. То есть решила тут же юридически закрепить наметившиеся отношения – оформить помолвку. А торжественный ужин по этому поводу можно организовать и позже.
– Подожди! – крикнула вслед подруга. – А благословение матушки и батюшки?! А свидетели!
– Благословят! Никуда не денутся!
Парочка скрылась за дверью, а подруга так и осталась в салоне хлопать глазами и недоумевать – даже в самых смелых своих фантазиях она не могла предположить такой успех своей нелегкой миссии по отвлечению подруги от несчастной любви.
У нотариуса быстро составили бумагу, согласно которой корнет Варикуз продает баронессе Пикере амулет шируши в виде крупного медальона из белого металла с прозрачным камнем за семьдесят пять золотых. Амулет является сильным приворотом и действует в комплексе с соответствующим зельем, рецептуру коего указанный корнет обязуется передать баронессе сразу по получении денег. В случае, если амулет не соответствует заявленным свойствам, покупатель оставляет за собой право вернуть амулет продавцу и потребовать возврата денег. При отсутствии добровольного согласия продавца вернуть указанную сумму конфликт следует разрешить в судебном порядке.
Ну да! Да! Подделал амулет-свидетель, содержащий личные данные владельца – корнета Варикуза. Но ведь я его не украл! Корнета вообще не существует в природе. Я его придумал целиком и полностью. Все совпадения с реальными людьми являются случайными и никаких намеков не содержат! Кстати, не стоит думать, что любой подмастерье сможет так же, как я, подделать амулет-свидетель. Я, собственно, тоже не стал слепо копировать структуру настоящего амулета. Там столько наворочено и так зашифровано, что пришлось бы потратить пару месяцев на анализ. Весь мой расчет строился на том, что выше мастера никто не будет проверять подлинность амулета. Зачем, если он делает то же самое, что и настоящий, – принимает и хранит слепок ауры, затем выдает его по требованию, то есть при активации амулета-определителя?
Баронесса сама уплатила нотариусу пять серебряных за услуги и тут же, наняв самобеглую коляску, приказала шоферу ехать в ближайший эльфийский банк. Там корнет открыл анонимный счет и получил на него переводом со счета баронессы всю причитающуюся ему сумму. Как только медальон, флакончик с зельем и инструкция оказались у девушки, она взвизгнула от радости, чмокнула корнета в щечку и вихрем умчалась на той же коляске, ожидавшей у входа.