Страница 14 из 19
Буйвол фыркнул, почесал переносицу. Повторил:
– Четыре шага – это слишком много.
– Я быстрей тебя, да?
Буйвол долго смотрел куда-то в сторону. Потом нехотя признал:
– Да… Зато ты дохляк!
Малыш ослепительно улыбнулся:
– Ну, бороться в рукопашную с тобой я ни за что не буду.
Буйвол хмыкнул:
– А может как-нибудь попробуем?
– Разве только при одном условии.
– Каком?
– Я свяжу тебе руки за спиной.
Они рассмеялись вместе.
Зрители зашевелились, поняв, что представление закончилось, заговорили вразнобой, обмениваясь впечатлениями. Мальчишки, крича, побежали к огородам – все никак не могли поделить две сломанные стрелы. Шалрой поднялся, направился к Халтету. Какой-то парень тут же подсел к улыбчивой Айхии, стал что-то живо рассказывать. Компания помятых мужичков направилась в жидкую тень тополя. Пожилая женщина прикрикнула на расфуфыренного чужого петуха, отогнала от своих кур. Где-то скрипнуло закрываемое окно. Хлопнула дверь.
Деревня ожила.
– Ну, кажется дух мы им подняли, – сказал Малыш, собирая стрелы.
– Что? – не расслышал Буйвол. Он, вновь привычно нахмурясь, косился в сторону Айхии и сидящего рядом с ней словоохотливого парня.
– Скуку разогнали.
– А-а… Да…
Близился вечер.
Направившись к дому вслед за Буйволом, Малыш заметил, что тот по-прежнему хромает.
– Эй! – окрикнул он товарища.
– Что?
– Как твоя нога?
– Нормально.
– Ты хромаешь.
– Снова немного потянул. Когда к тебе бросился.
– Плохо.
– Ерунда!..
Ужина, как всегда, не было. Малыш до самой темноты сидел возле сторожевого окна и смотрел, как ночь перекрашивает степь. А в маленькой гостевой комнате Буйвол, ворочаясь на жесткой кровати, пытался заснуть. Нога болела, но он не собирался никому в этом признаваться.
Глава 6
Они появились рано утром – четыре человека на двух лошадях. Въехали в деревню неспешно, уверенно, по-хозяйски, направились прямо к дому старосты. Одеты небрежно, но богато – цветные рубахи из тонкой дорогой ткани, широкие прочные пояса, брюки, подшитые кожей, шляпы, украшенные бисером, сапоги с подковками на каблуках, с металлическими мысками. Сразу видно – бандиты. За спиной у каждого – лук и колчан со стрелами. На поясе слева – меч в ножнах, справа – длинный нож.
Еще не рассвело. Обрывки ночной тьмы густыми тенями стелились по земле.
Все деревня спала.
Спешившись, привязав лошадей, бандиты разбрелись по деревне. Они словно искали что-то, вынюхивали – бродили по тропинкам, заглядывали в темные окна домов, за незапертые двери дворов и сараев. Долго вчетвером стояли на дороге, на том самом месте, где Малыш и Буйвол устроили представление, изучали следы. На обочине рядом нашли стрелу без наконечника, многозначительно переглянулись. Крадучись возвратились к дому Халтета, постучались в запертую дверь.
Староста открыл почти сразу. Высунулся сонный, полураздетый, и его тотчас схватили за грудки, выволокли на улицу.
– Где одноухий? – зашипел в лицо Халтету один из бандитов. – Где Меченый? Он вернулся?
На дворе за домом прокукарекал петух. Один из разбойников тотчас метнулся туда, заглянул за угол, убедился, что там никого нет.
– Откуда это? – бандит сунул старосте под нос стрелу без наконечника. – Кого он привел с собой? Отвечай!
Староста молчал, опустив глаза в землю. Его встряхнули, ткнули кулаком под ребра, ударили по щеке, добавили в зубы.
– Говори, где он!
Халтет пососал вспухшие губы, сплюнул алую слюну. Промолчал.
– Яссно… – прошипел бандит, отпуская старика. – Значит будем поджигать. Готовь огонь, ребята!
– Не надо, – хрипло сказал Халтет, отступая на шаг. – Не надо.
– Что? Хочешь чтобы мы тут все спалили? Нет? Тогда говори!
– Он вернулся, – староста говорил чуть слышно. – Четыре дня назад.
– Где он?
– У себя дома.
– Это который?
– Вон тот. На краю деревни.
– Не врешь?
– Нет.
– Чья это стрела?
– С ним пришли два человека.
– Кто они?
– Я не знаю.
– Что им надо?
– Не знаю.
– Они воины?
– Не знаю.
– У них есть оружие?
– Да.
– Какое?
– Лук. И меч.
– Где они?
– В том же доме.
– Это может быть ловушка, – сказал бандит, который все это время стоял в стороне, наблюдая за безлюдной дорогой.
– Если ты нас обманул, мы спалим твою деревню. В такую сушь тут все заполыхает за считанные мгновения.
– Я говорю правду… – Старик вытер разбитый рот. – Они там…
– Всего двое?
Халтет вспомнил, как лучник мастерски жонглировал стрелами, а мечник выписывал замысловатые фигуры танцующим клинком, и чуть было не усмехнулся.
– Да, – сказал он, опустив голову. – Всего лишь двое. Всего лишь…
– Хорошо… – Бандит вытащил из-за пояса нож. – Ты пойдешь с нами. Постучишься в дверь, крикнешь, чтоб открыли. Если что-то будет не так, я тотчас перережу тебе глотку, как свинье. Ясно?
– Да.
Держа перед собой старика, четверка разбойников двинулась на край деревни к дому Шалроя. Шли они крадучись, озираясь, стараясь держаться стен строений, хоронясь в густой тени.
– И ни единого лишнего слова! – предупредил бандит старосту, кольнув острием ножа его в шею.
У дверей они перегруппировались. Один разбойник, взяв в руки лук, наложив на тетиву стрелу, спрятался за углом. Второй, тоже с луком наизготовку, отошел в сторону, присел на корточки, и словно бы растворился в тени, отбрасываемой покосившимся дровяным сараем.
– Стучи, – прошептал бандит с ножом, еще крепче прижимая к себе старика, еще сильней стискивая костяную рукоять ножа. – И помни…
Халтет занес кулак, чуть помедлил – лезвие ножа врезалось в кожу, струйка густой крови защекотала шею.
– Стучи…
И староста постучал.
Жаль, что нет собак. Они бы давно перебудили бы своим брехом всю деревню…
– Стучи еще, громче…
Халтет ударил кулаком в дверь. И тотчас с той стороны послышался приглушенный голос Шалроя:
– Кто там?
– Это я, – хрипло сказал Халтет. – Тут… – Ему зажали рот, не дав договорить.
Стукнул отодвигаемый засов.
– Что случилось? – Дверь приоткрылась, зевающий Шалрой ступил на порог. Тотчас две руки рванули дверь на себя, пастуха сбили с ног, ткнули лицом в пыль, оглушили, ударив по затылку. Оттащили в сторону, в тень.
– Он? – спросил бандит с ножом.
– Он, – неохотно признал Халтет.
Другой разбойник повернул голову Шалроя, показал пальцем на изуродованное ухо, кивнул:
– Он. Меченый.
– Надо было и Весельчаку отравиться с нами.
– Он слишком любит поспать.
– Да уж. Что будем делать с Меченым?
– Убить его не можем, Весельчак разозлиться.
– Но если оставим, он сбежит.
– Это проблемы Весельчака.
– Ладно. Пока бросим его здесь, он не скоро очухается, я свой удар знаю. А нам надо разобраться с теми двумя.
Бандиты посмотрели на распахнутую дверь. Проем был черен – ночь наполняла дом. И вдруг во тьме мелькнуло какое-то светлое пятно.
– Дядя… – донеся неуверенный девичий голосок. – Ты где? Что случилось?
Не дожидаясь, пока их обнаружат, бандит отшвырнул Халтета, и рявкнул:
– Вперед!
Айхия взвизгнула, метнулась вглубь дома. Две стрелы прошили тьму, где только что стояла девушка, с глухим стуком воткнулись в противоположную стену, завибрировали сердито.
Выхватив мечи, два бандита ринулись на приступ дома. Два других разбойника с изготовленными к стрельбе луками держали под прицелом двери и окна, сами оставаясь невидимыми.
Буйволу снился знакомый тягостный сон – вокруг него ходила безликая серая тень и что-то заунывно бормотала. Потом тень вдруг завизжала, шарахнулась в сторону, ударив Буйвола в живот.
– Что? – Он скатился на пол, сразу же схватился за меч, вытянул из ножен клинок, вскочил. Малыш уже стоял возле окна, сбоку, осторожно выглядывал на улицу.