Страница 39 из 49
На высказанные Лилей сомнения Буров ответил последовательно: перед началом мероприятий штат фирмы будет увеличен в несколько раз; мероприятия не проводятся потому, что еще не закончен кастинг; большое количество кандидаток необходимо для того, чтобы выбрать действительно самых-самых… Заметив в ее глазах легкую тень сомнения, Буров щелкнул дверным замком и смахнул со стола бумаги.
В принципе, Лиля и должна была почувствовать, что на фирме происходит нечто странное: таким образом ее психика подготавливалась к той правде, которую он рано или поздно раскроет перед ней.
Однажды Буров попросил ее связаться с несколькими кандидатурами и затребовать дополнительные снимки в разных поворотах. Девушек, похожих на Ладу, оказалось гораздо больше, чем он предполагал. Девушек, страстно желавших стать АФМ (актрисой-фотомоделью), в стране было астрономическое количество: уже целое поколение выросло в уверенности, что заработать большие деньги можно легко и быстро, только за красивые глаза и длинные ноги.
Несколько раз Бурову казалось, что он уже выбрал «объект», но постоянное появление других, еще более близких к идеалу, тормозило его окончательное решение.
Наконец долгожданный день настал: Буров действительно нашел ее. Он не верил своим глазам: с фотографии на него смотрела Лада. Немного не вышла ростом, ну ничего. Цвет волос несколько ярче, что даже и хорошо. Более того, девушка, живущая в Самаре, была чем-то даже лучше Лады, а именно, в отличие от Лады, с ее неподвижным, «загадочным» взглядом, у Марии Белой были живые лучистые глаза, красноречиво говорящие о глубокой внутренней жизни этой далекой девушки.
В какой-то момент Буров подумал даже отказаться от пересадки души. Можно было вернуть первоначальный план: приворожить Марию магией колдуна и начать строить с ней совершенно новые отношения, но, прислушавшись к голосу собственной души, он понял: ему нужна Лада, и только она.
Странная штука любовь: тебя не интересует ни более красивая женщина, ни более умная, да и вообще никакая другая.
Формирование базы данных продолжалось, на случай возможной осечки, но Буров уже попросил Лилю вызвать «первую кандидатуру».
— Одну? — удивилась Лиля.
— Да. Пока только одну. Надо проверить весь ход процесса, прорепетировать, что ли…
Это объяснение не удовлетворило его партнершу, и Буров прибегнул к методу, хорошо зарекомендовавшему себя в подобных случаях.
Когда Лиля очнулась растерзанной в своем рабочем кресле, Буров, завязывая галстук, проговорил:
— Ты, конечно, не могла не заметить некоторой таинственности во всей нашей работе. Но потерпи еще немного. Кое-что скрыто, но рано или поздно все тайное станет явным.
Все-таки, несмотря на свою деловитость, где-то в глубине души, Лиля была обыкновенной дурой, чье сознание меркло в присутствии мужчины, скрутившего ее в бараний рог…
Она встретила кандидатку и добросовестно возила ее по городу, показывая достопримечательности, а вечером, как было условлено, привезла в устроенную западню, где уже была приготовлена банка земли с кладбища Донского монастыря и Ладин шарфик.
Сердце Бурова бешено заколотилось, едва он, через окно «замка» Антона Петровича, увидел эту девушку, легко, словно яркая бабочка, выпорхнувшую из машины. Когда она вошла в кабинет, Буров двинулся к ней навстречу, чувствуя, что его буквально шатает, будто он сильно перебрал вчера.
Это была Лада, точная ее копия: она так же крутила головой, оказавшись в незнакомой обстановке, как Лада, также накручивала на палец золотистый локон у виска… Может быть, именно тело, внешность и определяют все наши привычки, в конечном итоге — характер и судьбу?
Впрочем, разговаривая с Марией Белой, Буров довольно быстро убедился, что внутри она не имеет ничего общего с его покойной женой. Он вскакивал, ходил вокруг кресла, где она сидела, расспрашивал ее, присматривался к цвету ее лица — не пьет ли она, не наркоманка ли, не страдает ли каким-нибудь отвратительным недугом?
Антон Петрович барабанил пальцами по столу, его магический перстень сталкивался со своим отражением в полировке, колдун ожидал знака, Буров наконец этот знак подал: как было условлено, сцепил руки в замок над головой, как бы потянувшись, хрустнул костяшками пальцев.
Колдун приступил к своему загадочному ритуалу: несколько раз махнул рукой с перстнем перед лицом жертвы, притворяясь, что разгоняет дым от своей сигареты, затем встал, обошел кресло, где сидела ни о чем не подозревающая девушка, и раскрыл ладони над ее головой, будто оглаживая невидимый шар. Вскоре Мария закрыла глаза, ее тело обмякло, голова опустилась на грудь.
Буров отошел в дальний угол комнаты, чтобы не мешать маэстро. Антон Петрович посыпал щепотью землю на ее плечи, повязал вокруг ее шеи красный шарфик… Девушка в кресле дернула головой, завозилась, почему-то приподняла ноги к груди, Буров увидел ее розовые трусики, внутри у него все замерло от мысли, что это тело будет скоро принадлежать ему… Заметив его взгляд, Антон Петрович по-хозяйски одернул юбку девушки, что перевело эту в общем довольно чудовищную сцену в какой-то реальный человеческий план.
Когда она открыла глаза, Антон Петрович уже протягивал ей высокий бокал с темной жидкостью, Мария покорно сделала несколько глотков, колдун качнул бокалом, предлагая выпить еще. Было ясно, что она все еще находится в состоянии транса. Колдун помог ей подняться и буднично, словно речь идет о немного перепившей гостье, передал ее на руки Бурову:
— Ну а теперь в машину, в гостиницу — и баиньки!
Буров повел свою добычу по лестнице, поддерживая за талию и за руку, его волнение уже улеглось. Внизу, в холле, стояла Лиля и с ужасом глядела на своего хозяина.
Буров качнул головой, и компаньонка, уже хорошо понимающая смысл его телодвижений, помогла усадить Марию на заднее сиденье. Буров отвел Лилю на крыльцо «замка» и коротко рассказал ей все.
— Если это преступление, — закончил он, — то ты теперь соучастница. Но ведь это не преступление, и мы оба хорошо об этом знаем.
— Я никому… — со страхом закивала Лиля.
— Фирму закроешь, как только закончишь последнее дело. Дело будет лебединой песней: всем кандидаткам надо послать вежливые отказы — по и-мейлу или письменно, разберетесь. Сотрудникам выплатишь зарплату за три месяца вперед. А себе — за год. Если понадобятся от меня рекомендации — дам самые что ни на есть лучшие. Не грусти! — добавил он, заметив, что его партнерша готова разрыдаться.
Потянулись недели ожидания. Антон Петрович уверял, что процесс идет нормально и до его завершения понадобится примерно месяц. Фирма «Афро» прекратила свое существование как организатор конкурса красоты, но Лилю Буров не отпустил: она должна была встретить Марию Белую в аэропорту, чтобы та ничего не заподозрила.
Накануне ее приезда Буров сделал контрольный звонок. По словам колдуна, «объект» должен был уже пережить трансформацию, а значит — приобрести и воспоминания Лады. Буров рискнул это проверить.
Его знакомство с Ладой началось с осмотра японских каруселей, которые представляли собой цепочку смешных маленьких лошадок. Изюминка была в том, что лошадки не просто крутились, но и прыгали через препятствие — маленький барьерчик поперек диска. Одна лошадка, крайняя, была самой трусливой, она не прыгала через барьерчик, а хитро огибала его.
— Это моя любимая лошадка, — сказала тогда Лада, почесав ее холку. — Видите, она немножко плачет?
Это «немножко плачет» стало их кодовым словом: сюсюкая с Ладой, Буров гладил лошадку по холке и повторял:
— Как поживает моя лошадка? Плачет немножко моя лошадка?
Что-то в этом роде… И вот теперь, упомянув о лошадке по телефону, Буров не услышал ожидаемой реакции.
Что же происходит? Неужели Антон Петрович допустил брак в своей загадочной работе?
— Ничего страшного, — ободрил колдун, когда Буров позвонил ему с этим вопросом. — Конечно, вам не следовало бы спрашивать так прямо, что называется, в лоб… Время покажет. Мне надо осмотреть пациентку, вам тоже не помешает с ней побеседовать. Позвольте напомнить, как мы договорились: если акция не удастся, я верну вам задаток.