Страница 27 из 31
Необычно высок был гонорар, необычайно велик срок на изучение и исполнение. Не в стиле обычных взаимоотношений была и жесткость предупреждения об «ответственности» в случае неисполнения. Кого-то этот мужик крепко зацепил.
Почти два месяца, весь отпущенный срок, он ходил за объектом, изучал привычки, маршруты, окружение… Убедился, что возможно только одно надежное место для исполнения. Только по пути с работы. И только - если идет не один. Единственная ситуация, когда тот достаточно расслаблен. Пришлось вычислять попутчиков, оценивать их возможности. Прикидывал: если в день «икс» будет вот с этим волкодавом, то придется скорее всего отложить акт. Этот и объект одновременно ему не по силам. Если и удастся выполнить задание, от второго не уйдешь. Он всегда трезво оценивал свои возможности. Поэтому до сих пор и жив.
Да и сам объект не подарок. Вести его приходилось крайне осторожно. За время наблюдения он убедился в профессионализме подопечного. Регулярно, два-три раза в неделю тот уходил. Нет, он, конечно, не знал и не подозревал о хвосте. Не мог, не должен был знать! Отрывался на всякий случай, уходил от любого возможного наблюдения. Наверняка на встречу со своими информаторами. Киллер даже не пытался в этих случаях сесть на хвост. Во-первых, была большая опасность расшифровки, а во-вторых… в какой-то степени эта забота о своих людях даже импонировала Осе: «Бережет своих стукачей, сука. Молодец, ничего не скажешь». Особое волнение доставило киллеру внезапное исчезновение объекта. Почти две недели тот не появлялся ни по одному из адресов. Подходил последний срок выполнения задания…
Киллер снова задумался: в чем же он ошибся?
«Как среагировал этот парень?! Я же его просчитал чуть ли не в первый день! Даже прикидывал: хорошо бы попутчиком в нужное время оказался именно этот долговязый щенок! И клиент расслаблен, и спутник безопасен - идеальный вариант. Не мог он так резко и почти точно среагировать. Еще чуть-чуть, и он опередил бы меня. Неужели за пару месяцев можно набрать такую форму?»
- Что желаете выпить? Виски? Спрайт? Пиво? Кола? - прервала его размышления стюардесса.
- Водки. Стакан. И бутылку пива.
Стюардесса еле заметно пожала плечами и, покачивая бедрами, отправилась выполнять дикий заказ.
Разъяренный Громов метался по кабинету, натыкаясь на стол, сейф, опрокидывая стулья, матерясь и чертыхаясь. Сотрудники отдела, жавшиеся у стены, впервые видели своего неизменно корректного и невозмутимого начальника в бешенстве.
- Найти гада! Найти любой ценой! Ищите, где хотите! Берите за горло мужиков из уголовки, бэпа, транспортников. Пусть «грузят» свою агентуру. Всем своим мухоблудам передайте от моего имени: не будет результатов - сгною! Всех в зону отправлю и ворью сдам! Падайте в ноги «соседям». Поднимайте все учеты и картотеки: федеральные, региональные, местные, от Интерпола до участковых… Все варианты: по приметам, по способу… Все нераскрытые… Ловите любые намеки! С малейшей мыслью - ко мне в любое время!
Он бессильно опустился на подставленный кем- то стул.
- Ребята, я прошу вас, сделайте все возможное и невозможное… Какого парня потеряли, а?
Громов не знал, что именно в этот момент агенты ФБР уже снимают киллера прямо с трапа «Боинга», только что совершившего посадку в аэропорту имени Кеннеди. Ориентировка столичного РУБОПа, который шел за киллером уже почти полгода, переданная по компьютерной сети Интерпола, пришла вовремя!
Задание было самое что ни на есть рутинное: встретиться с агентом - подобрать его, «голосующего» в условленном месте, взять у него дискету с информацией, не выходя из машины, сбросить сведения на ноутбук, перекодировав своим шифром, и тут же, уничтожив первоисточник, отвезти материал в российское посольство. Схема была давно просчитана, отработана и неоднократно проверена в деле. При таком способе риск практически исключался. Задержание агента не привязывало его к «добывающему». При любой попытке ворваться в машину, сломать дискету пополам было делом менее чем секундным, а методов чтения располовиненной дискеты в обозримом будущем не предвиделось. Прочитать же текст в ноутбуке без ключа, хранящегося у резидента, не мог и сам разведчик.
И на этот раз все шло как обычно. Связник остановил Андрея, привычно нырнул на заднее сиденье, захлопнул дверь и протянул дискету в конверте.
- Майкл! - Под этим именем связник знал Андрея. - Я опаздываю на электричку. Подбрось до Западного вокзала!
Вообще-то инструкция запрещала подобные отступления от заранее обусловленного маршрута. Тем более что информация еще не перенесена в ноутбук…
- Майкл, пожалуйста, умоляю! У жены сегодня день рождения. Сам понимаешь, что будет, если опоздаю!
- Ладно, поехали. «В конце концов до Западного пять минут езды. Выброшу его - сделаю все остальное. На то и инструкции, чтобы было что нарушать. В первый раз, что ли?».
Здоровенный негр, полицейский дорожного патруля, оскалясь в белозубой улыбке, призывно помахал жезлом, приглашая остановиться. Андрей, вежливо улыбаясь в ответ, мягко вырулил на обочину хайвея, на всякий случай сжав дискету в правой руке. Едва машина замерла у бровки, мощные руки выросших как из-под земли агентов ФБР стальной хваткой пригвоздили левую руку Андрея к дверце, а «его» связник, сидевший на заднем сиденье, обхватил горло, не давая шевельнуться.
«А вот хрен вам!» Андрей с размаху врезал дискетой по ручке переключения передач. Однако вместо ожидаемого хруста ломающегося пластика, раздался тонкий звон стали, и дискета лишь спружинила от удара. В этот момент уже вылетела правая дверца машины, и разведчик оказался полностью блокирован. «Влип! Подсунули дискету в оболочке из какого-то композита. Пальцы мои на конверте, есть. А там технология ПРО. По уши влип! Кто же это так лихо подставил?»
Громов второй час сидел в знакомом кабинете генерального директора детективного агентства «Гранит». Он уже поделился с бывшим начальником печальной новостью о гибели Колмановского, информацией об аресте киллера, а теперь внимательно слушал хозяина кабинета, рассказывавшего о провале своего бывшего ученика.
- Знаешь, Ярослав, я тебе про этого парня много говорить не буду. Скажу одно: это настоящий СОВЕТСКИЙ РАЗВЕДЧИК! Знаешь, что это такое?
Николаев достал из шкафа довольно большой планшет и положил его на журнальный столик, прикрыв рукой подпись внизу.
- Раньше, когда я еще служил в «конторе», он у меня в кабинете на стене висел. В назидание всем моим ореликам. Чтобы не забывались. Это, на мой взгляд, лучшее определение того, о ком мы говорили. Угадай автора с трех раз!
Громов стал внимательно вчитываться в текст.
«Советский разведчик представляет собой чистейший и самый совершенный образчик человеческой природы. В этом, мне думается, заключается самая важная отличительная черта советского разведчика, гораздо более важная, чем его профессиональные качества и практика разведывательного искусства. Можно сказать, что он является своего рода конечным и высшим продуктом советской системы, воплощением советского образа мыслей».
Ярослав задумался.
- Дзержинский?
- Нет.
- Сталин?
- Нет.
- Может… Берия?
- Ничего подобного! Сдаешься?
- Еще одну попытку, босс! Андропов?
- И не он. Сдаешься?
- Русские не сдаются, но что остается делать…
Николаев убрал ладонь. Под текстом открылась подпись: «А. Даллес. Директор ЦРУ США в 1951-1961 гг.»
- Нужно вытаскивать парня, Ярослав. Дело не только в нем. Он парень твердый, но сейчас есть такие средства, против которых бессилен любой человек… А последствия могут быть очень тяжелыми. Я понимаю, для тебя сейчас самое главное - не дать уйти от ответа убийце Сергея. А это, к сожалению, вполне вероятно. Фэбээровцам позарез нужны свидетели по делу «русской мафии». Если они сумеют обработать Осу, а они это, поверь, умеют делать, то могут пойти на сделку. Ты же знаешь американские законы…