Страница 7 из 64
– И что он сказал? – допрашивал Уильям.
– Мне не хочется сейчас говорить об этом. Не обращая внимания на отпор, Уильям бесцеремонно ворвался в комнату и подошел к шкафчику из красного дерева, уставленному рядами хрустальных графинов.
– Знаешь, – как бы между прочим заметил он, – для того чтобы отделаться от Джулии, ее присутствие совершенно необязательно. Ты разыскиваешь беглую женушку три года, и до сих пор не удалось найти никаких следов ни здесь, ни за границей. По всей видимости, Харгейты не желают, чтобы ее обнаружили. Ее друзья и родные либо не хотят, либо не могут сообщить о ней никаких сведений. Ты имеешь все права подать прошение о признании брака незаконным.
– Без ведома Джулии? Ни за что.
– Но почему?! Господь знает, ты ничем ей не обязан.
– Если не считать состояния, – мрачно буркнул Дамон. – Вся наша семья должна ей в ножки кланяться.
Сочувственно покачав головой, Уильям протянул брату бокал бренди.
– Черт бы побрал тебя и твои принципы! Любой другой на твоем месте избавился бы от Джулии Харгейт, как от ненужной ветоши. Зачем она тебе?!
Сделав большой глоток, Дамон встал и принялся бесцельно бродить по комнате.
– Мне необходимо встретиться с ней. Поговорить. Она, как и я, невинная жертва во всей этой истории. О браке договорились без нашего ведома, но мы по крайней мере хоть в состоянии расторгнуть его по доброй воле. Кроме того, я просто обязан выделить ей какое-то содержание.
– Ее семья настолько богата, что вряд ли она нуждается в твоих деньгах.
– А что, если Джулия порвала с родными? Мы ведь ничего не знаем наверняка.
– Не думаю, что она настолько уж нуждается, братец. Вероятнее всего, наслаждается красотами французского или итальянского курорта и вовсю проматывает папашино состояние.
– Будь это так, я давно нашел бы ее. Дамон задумчиво посмотрел в окно. Вид, раскинувшийся перед ним, был поистине великолепен; впрочем, почти из каждой комнаты недавно отремонтированного и приведенного в порядок средневекового замка, возвышавшегося посреди озера, взору открылся столь же прекрасный пейзаж. Огромные каменные арки, выступавшие из воды, служили фундаментом устремленного в небо древнего здания. Дамон велел прорезать высокие окна с мелкими восьмиугольными переплетами в глухих стенах янтарно-медового цвета. Позади замка расстилались бескрайние зеленые поля и сады Уорикшира. Давным-давно крепость считалась неприступной твердыней, хозяева которой оберегали Англию от вражеских набегов, но эти времена безвозвратно миновали.
Семейство Савидж едва не лишилось родового гнезда и почти всех остальных владений из-за расточительства и пристрастия к азартным играм нынешнего герцога. От разорения их спасло только богатое приданое Джулии Харгейт, на которой был вынужден жениться Дамон. И теперь супруга Дамона вот-вот должна была получить титул герцогини – судя по всему, его отцу, Фредерику Лидзу, осталось недолго жить.
– Слава Богу, что не я родился первым, – прочувствованно заявил Уильям. – Что это взбрело в голову папочке?! Женить тебя в семь лет, и все для того, чтобы расплатиться с карточными долгами! Просто удивительно, что с тех пор ты в жизни ее не встречал.
– Не хотел. Почему-то было легче делать вид, что она вообще не существует. Я упрямо отказывался признать ее частью своей жизни.
Дамон судорожно стиснул ножку бокала.
– Считается ли брак законным?
– Нет, но не в этом дело. Отец дал слово, и я не вправе его нарушать. Долг чести либо выполнить уговор, либо возместить Харгейтам приданое Джулии. – Долг… честь… – Уильям картинно передернул плечами и поморщился. – Два самых ненавистных для меня слова.
Дамон хмуро уставился в бокал. Пусть Джулия ни в чем не виновата, каждая буква ее имени – звено невидимой цепи, сковавшей его по рукам и ногам. Он не обретет покоя, пока эта история не будет улажена.
– Я так часто мысленно представляю Джулию, и каждый раз иной, – признался он. – Не могу не гадать, какая она на самом деле и что заставило ее исчезнуть. Господи, неужели мне никогда не избавиться от нее?
– Ну а если все-таки удастся разыскать Джулию и она потребует, чтобы ты выполнил свои обязательства? Ты утроил состояние семьи с тех пор, как занялся финансовыми делами Савиджей, – поддразнил Уильям и, весело сверкнув голубыми глазами, добавил:
– Кроме того, несмотря на угрюмый характер, женщины находят тебя привлекательным. Чем Джулия лучше других? Должно быть, жаждет того же, что остальные, – титулованного богатого мужа и благ, которые тот в силах ей дать.
– Понятия не имею, чего она хочет от меня, – горько рассмеялся Дамон. – Вероятно, ничего, иначе не скрывалась бы.
– Ну что ж, придется решать, что делать, и как можно скорее, иначе Полин в два счета сделает из тебя двоеженца.
– Я не собираюсь жениться на Полин.
– А она растрезвонила по всему Лондону, что вот-вот станет маркизой Савидж. Господи, Дамон, неужели не справедливо по крайней мере хотя бы открыть Полин правду?
При упоминании о леди Полин Аштон Дамон еще больше помрачнел. Аппетитная молодая вдовушка вот уже год не давала ему прохода, беззастенчиво вешаясь на шею. Полин была из тех женщин, кто прекрасно знает, как ублажить мужчину. Темноволосая красавица была готова на все в постели. К тому же никто не осмелился бы назвать ее глупышкой, а Дамона неотразимо притягивали остроумие и чувство юмора Полин. И несмотря на все доводы благоразумия, месяцев шесть назад он поддался ее чарам. В конце концов, Дамон был мужчиной в расцвете сил и брезговал пользоваться услугами шлюх. А молоденьких девиц, единственной целью которых было поймать жениха повыгоднее, попросту побаивался. Да и что он мог предложить им, пусть даже в обществе мало кто знал о его браке!
Однако с недавнего времени Полин, по-видимому, твердо решила стать герцогиней Лидз. Правда, у нее хватало ума ни на чем не настаивать и не предъявлять претензий. Она даже не набралась храбрости, чтобы узнать, стоит ли верить сплетням о том, что ее любовник женат.
– Я много раз твердил Полин, что у нас нет будущего, – проворчал Дамон. – И не жалей ее, она неплохо поживилась за то время, что провела со мной.
– О, я вовсе не жалею ее, – заверил Уильям, – поскольку представляю, сколько драгоценностей, нарядов и денег она вытянула из тебя. – Он язвительно усмехнулся. – Должно быть, она чертовски изобретательна в постели, если получила все это.
– Да, но не только. Сам посуди – красива, умна и очаровательна. Идеальное сочетание. Согласись, из нее могла бы выйти неплохая жена.
– Надеюсь, ты это не всерьез… – начал Уильям, но тут же изумленно поднял брови:
– Не пугай меня, Дамон, умоляю! Полин ты, несомненно, не противен и, возможно, даже весьма нравишься, но, по моему глубочайшему убеждению, она не способна никого любить.
– Наверное, как и я, – с каменным лицом пробормотал Дамон.
Уильям, ничуть не смутившись, пожал плечами и коротко рассмеялся:
– Ну… не могу, конечно, сказать, что когда-нибудь видел, как ты терзаешься от страстной любви, но, согласись, женитьба в семилетнем возрасте кого хочешь охладит! Ты просто не позволяешь себе чувствовать что-либо к женщине из-за каких-то выдуманных обязательств по отношению к супруге, которую никогда не знал. Послушайся совета – избавься от Джулии, и сам удивишься, как быстро оттает твое сердце.
– Вечный оптимист, – тяжело вздохнул Дамон и знаком велел брату удалиться. – Я подумаю над твоими словами, Уилл. А теперь иди, у меня много дел.
Джулия, с трудом сдержав зевок, оглядела бальную залу. Какое представительное собрание! Сколько богатых и титулованных гостей! Большой оркестр, изысканное угощение, много света и музыки. Но какая же духота, хотя сквозь открытые окна врывается прохладный летний ветерок. Гости то и дело вытирали платочками раскрасневшиеся потные лица и между танцами уничтожали фруктовый пунш.
Несмотря на возражения Джулии, Логан Скотт настоял, чтобы она приняла приглашение погостить субботу и воскресенье в уорикширском загородном поместье лорда и леди Брендон. Девушке пришлось сопровождать Скотта, хотя она и понимала, что тому, в сущности, все равно с кем ехать. Правда, за последние два года между ними завязалось нечто вроде дружбы, но на этот раз она нужна была Логану лишь для того, чтобы получить как можно больше пожертвований на театр, – Джулия обладала необыкновенным талантом выманивать деньги у джентльменов с тугими кошельками.