Страница 52 из 64
– Только ты можешь ответить на этот вопрос. Джулия промолчала. Оба нетерпеливо ждали, пока прозвенит звонок и реальность уступит место волшебным иллюзиям.
Представление развертывалось с ошеломляющей быстротой. Почти два часа пролетели незаметно – одно действие перетекало в другое естественно и непринужденно. Публика не сводила зачарованных глаз со сцены. Какая-то загадочная сила подхватила Джулию и завладела ею настолько, что она порхала, словно на крыльях. В перерывах между выходами она всматривалась в зал, безошибочно ощущая, как ловят зрители каждое слово, следят за каждым жестом актеров.
Они с Логаном еще никогда не играли так слаженно. Обмен репликами напоминал поединок на шпагах. Диалоги содержали глубинный смысл, искрились юмором и были насыщены подлинными эмоциями. В эти минуты Джулия полностью перевоплотилась в свою героиню. И когда занавес опустился, она с восторгом поняла, что оправдала ожидания Логана и остальной труппы и показала себя во всем блеске.
Актеры, взявшись за руки, отвешивали поклоны под оглушительный гром аплодисментов и крики «браво!». Джулия, сиявшая от радости, изящно приседала, стараясь показать, как ценит признание зрителей. Когда в зале стало чуть потише, девушка собралась ускользнуть к себе. Но Логан задержал ее и снова вывел вперед. Вопли возобновились с новой силой. Сцену завалили цветами и сувенирами. Нагнувшись, Логан поднял белую розу и вручил Джулии. Она сжала длинный стебель и поклонилась, прежде чем уверенно зашагать за кулисы, несмотря на мольбы поклонников.
Бутафоры и декораторы набросились на нее с поздравлениями и похвалами, но горничная Бетси, решительно протиснувшись в толпу, повела Джулию в гримерную.
– На столе кувшин с лимонадом, – объявила она и направилась к двери, зная, что хозяйка после представления любит несколько минут побыть одна. – Я сейчас вернусь, чтобы развесить ваши костюмы.
– Спасибо, – поблагодарила Джулия с облегченным вздохом. Как тихо и тепло!
Встав перед зеркалом, она начала расшнуровывать корсаж. Теперь, когда возбуждение немного улеглось, девушка поняла, что устала. Под мышками расплывались огромные пятна пота; грим кое-где смазался. Джулия расстроено покачала головой, но тут в комнату скользнула чья-то темная фигура. Джулия испуганно обернулась. Перед ней стоял Дамон. Она не ожидала его прихода – кажется, он предупредил, что уезжает в Лондон. Но что бы он ни думал о ее игре, на лице не отражалось ни гордости, ни восторга. Лихорадочный румянец выступил на скулах, в глазах горело пламя. Он сердит на нее… и Джулии придется испытать всю неудержимую силу его ярости.
Глава 11
Глядя с молчаливым удивлением на мужа, Джулия не подумала сопротивляться, когда он одним прыжком оказался рядом и прижал ее к зеркалу. Одна рука стиснула ее пальцы, другая сжала подбородок, не давая пошевелиться.
– Ты сегодня собирался отправиться в Лондон, – выдавила она.
– Сначала мне необходимо было встретиться с тобой.
– Ты был в театре…
– Совершенно верно. И видел, с каким наслаждением ты играла. Понял, как много это значит для тебя и всех остальных в этом проклятом месте.
Джулия покачала головой, сбитая с толку его настроением. Пальцы Дамона безжалостно впились ей в подбородок, причиняя боль.
– Выбираешь сцену, не так ли? – проскрежетал он сквозь стиснутые зубы. – Ты не сможешь оставить эту жизнь. Скажи правду, Джулия.
– Не сейчас…
– Именно сейчас. Мне нужно все точно знать, прежде чем я покину этот город.
– Но как бы поступил ты, если бы я попросила всем пожертвовать ради меня?
– Это и есть твой ответ?
– Объясни, чего ты добиваешься! – вскрикнула девушка, пытаясь освободиться.
– Я хочу тебя, – пробормотал он.
– Но только на твоих условиях.
– Да. На моих. Ты берешь мое имя, живешь в моем доме, каждую ночь спишь в моей постели. Жажду, чтобы ты была моей, только моей… каждой частичкой тела… каждой мыслью… каждым словом, которое произносишь…
Джулия внезапно обмякла и перестала отбиваться, едва ощутив прикосновение его губ к своим. Дыхание ее пресеклось. Исступленным неистовым поцелуем Дамон словно пытался поставить на ней свое клеймо, пленить самую душу своей ревнивой страстью.
Он притянул Джулию к себе, сжал стальной хваткой, наклоняя все ниже, пока она не выгнулась струной. Девушка силилась остаться равнодушной, но напрасно – безумие уже завладело ею, и она со всхлипом отчаяния отдалась на волю безрассудных ласк. Джулия обвила руками его шею, зарывшись пальцами в темные завитки. Дамон, хрипло застонав, накрыл ладонями ягодицы девушки и поднял ее.
– Ты моя, – пробормотал он, почти не отрывая губ от ее шеи, чуть царапая щетиной нежную кожу. – И никогда не избавишься от меня, как бы ни старалась.
Голос Дамона доносился будто издалека. Джулия льнула к нему в неосознанном стремлении обрести наслаждение, которое мог дать только он. Пальцы Дамона скользнули за корсаж, развели края, и шнурки выскользнули из петель. Рывком отодвинув тонкую ткань, он накрыл ладонями ее грудь и принялся поглаживать большими пальцами соски. Джулия, приоткрыв рот, извивалась всем телом. Он прислонил ее к туалетному столику и впился губами в розовые вершинки, обводя языком напряженные камешки. Держась за него, чтобы не упасть, Джулия сжала бедрами его стройные ноги и обхватила руками торс. Дамон продолжал неустанно ласкать ее. Желание боролось в Джулии с протестом. Она отчаянно жаждала Дамона… хотя отчетливо сознавала, что вожделенная близость обернется горьким раскаянием.
– Пожалуйста, не надо… – едва выговорила она, с трудом ворочая языком. –Я не хочу этого.
Казалось, Дамон не слышал Джулию, одурманенный сладостью ее тела. Девушка попыталась оттолкнуть его, сначала слабо, потом сильнее и, наконец, сумела отстраниться. Он опалил жену горящим взглядом, сжал ладонями ее лицо.
– Я отправлюсь в Лондон, – прохрипел он, – но потом вернусь за тобой.
– Нет…
– Я никогда не расстанусь с тобой. Никогда… пока не посмотришь мне в глаза и не признаешься, что не любишь меня и сможешь провести остаток жизни без слез и сожалений. Забыть обо мне навсегда. Поклянешься, что равнодушна ко мне.
Губы Джулии затряслись, но она не издала ни звука. Щелчок открывшейся двери заставил обоих поднять головы. На пороге стояла Бетси с охапкой одежды. При виде позднего посетителя она громко ойкнула. Дамон поспешно загородил Джулию, та лихорадочно шнуровала корсаж.
– Простите, миссис Уэнтуорт, – пробормотала горничная, исчезая. Дверь с громким звуком захлопнулась.
Джулия, красная от смущения, пыталась привести себя в порядок под неотступным взглядом Дамона.
– Пожалуйста, не возвращайся, – прошептала она, пряча глаза. – Сейчас нам ни к чему встречаться. Я должна все хорошенько обдумать.
– Иными словами, убедить себя, что ничего особенного не случилось и все пойдет своим чередом, как до нашей встречи? Не выйдет, Джулия. Нам уже вовеки не стать прежними.
– Ты мешаешь моей работе. Я не могу ни на чем сосредоточиться.
– Что бы ты ни говорила, я все равно приеду, – повторил он, – и мы обо всем договоримся раз и навсегда.
После ухода Дамона, усталая, Джулия обмякла. Кажется, она окончательно утратила способность распоряжаться собственной жизнью. А контракт? Хватит ли у нее смелости воспользоваться им с тем, чтобы навсегда расстаться с Дамоном? Да что это на нее нашло? Как сильно Джулия ненавидела себя за то, что боится потерять мужа и уступить ему!
Наконец она медленно разделась, оставив костюм на полу.
– Миссис Уэнтуорт, – позвала Бетси, робко постучав.
– Да, войдите.
Сконфуженная девушка ступила в комнату.
– Простите, что ворвалась так бесцеремонно, мэм, но я не знала…
– Ничего страшного, – спокойно ответила Джулия. – Помоги мне одеться.
Бетси принялась хлопотливо застегивать пуговицы на спине зеленого шелкового платья и расправлять юбки. Заколов волосы, Джулия умылась и в последний раз взглянула на свое отражение. Ярко-красные губы распухли, щеки горят, а на шее выступили предательские алые точечки от уколов щетины. Джулия подтянула рюшки повыше, чтобы скрыть следы бурных ласк, и уже хотела идти, когда за дверью раздался голос Логана: