Страница 24 из 64
Унизительные слезы обожгли глаза, но Джулия собрала всю волю, чтобы не заплакать перед этим почти чужим человеком.
– Мне никогда не удавалось угодить тебе, – бросила она, глядя на отца. – Неудивительно, что в конце концов я оставила всякие попытки! В твоих глазах никто вовек не будет достоин уважения и доверия!
– Хочешь сказать, что я слишком многого ожидал от тебя? – спросил отец, слегка приподняв густые брови. – Но я всего-навсего требовал послушания. По-моему, это ничтожно малая плата! Взамен я окружил тебя роскошью, дал образование, и. Господь свидетель, титулованного мужа.
– А знаешь, почему я стала актрисой? Потому что все детство провела, мечтая, как ты когда-нибудь полюбишь меня, хотя бы немного проникнешься сочувствием! И постепенно притворство стало моей второй натурой, и я больше не смогла без него жить.
– Не обвиняй меня в своих пороках! – прошипел Эдвард, обжигая Дамона уничтожающим взглядом. – Какая великолепная ирония судьбы в том, что вы двое так идеально подходите друг другу – неблагодарные, непочтительные дети! Ну так вот – отныне меня не интересует твоя судьба, а ты не смей вмешиваться в мою жизнь. Запрещаю и тебе, и твоему муженьку являться сюда!
Дамон инстинктивно шагнул вперед, чтобы вмешаться в спор. Но едва он оказался рядом с Джулией, та, испуганно вскрикнув, отшатнулась. Беспомощная мольба в ее взгляде потрясла Дамона. В эту минуту он осознал, как хорошо понимает ее. Быть может, лучше, чем кто-либо иной. Джулия обладала тем же губительным сочетанием гордости и бесплодного желания, всегда терзавшим и его. Она хотела быть любимой, но боялась отдать сердце какому-нибудь обольстителю.
Руки Дамона судорожно дернулись, В это мгновение он страстно жаждал обнять ее, увести отсюда, защитить. С губ рвались слова, которых он еще никогда не говорил пи одной женщине.
«Пойдем со мной… Я позабочусь обо всем… Помогу тебе…»
Но прежде чем он успел пошевелиться, Джулия повернулась и, сжав кулаки, выбежала прочь. После ее ухода в комнате повисло неестественное молчание. По виду лорда Харгейта можно было заключить, что происходящее ничуть его не тронуло.
– При всех своих недостатках, – хладнокровно заметил он, – я не заслужил такой дочери!
– Согласен, – ощерясь, процедил Дамон. – Она слишком хороша для вас.
– Будьте любезны немедленно покинуть мой дом, – презрительно фыркнул Харгейт, и, взглядом предупредив жену, что еще разделается с ней устремился к двери.
Савидж подошел к готовой вот-вот потерять сознание леди Харгейт и присел на корточки у eу кресла.
– Может, позвать горничную? Или послать за врачом?
Ив чуть заметно качнула головой.
– Пожалуйста, – простонала она, – помогите Джулии. Девочка кажется такой непоколебимой, но в душе…
– Знаю, – кивнул Дамон. – Даю слово, что не покину ее.
– Как все это грустно, – вздохнула Ив. – Я всегда надеялась, что однажды вы обретете друг друга и тогда…
– И что тогда? – переспросил маркиз, насупившись.
Женщина печально улыбнулась.
– И тогда поймете, что созданы быть вместе.
Дамон едва сдержал сардоническую усмешку.
– Идеальное решение, ничего не скажешь. Но боюсь, все не так-то просто.
– Вы правы, – измученно прошептала Ив.
Подгоняемая паникой (и в то же время испытывая невероятное облегчение), Джулия добралась до своего дома. Ей хотелось забраться в постель, залезть с головой под одеяло и забыться.
Сбросив ротонду на руки своей горничной Саре, Джулия велела никого не принимать.
– Я не желаю сегодня видеть ни одного человека, даже по самому неотложному делу.
– Как будет угодно, миссис Уэнтуорт, – почтительно присела горничная, хорошо зная любовь хозяйки к одиночеству. – Помочь вам раздеться, мэм?
– Не стоит. Я сама.
Захватив бутылку вина и бокал, девушка поднялась по узкой лестнице в спальню.
– Боже, что я натворила, – пробормотала она. Зачем ей понадобилось спорить с отцом? И чего она добилась? Теперь лорду Савиджу все известно. Сердится ли он на нее? Вероятно… Должно быть, посчитал, что она пытается выставить его на посмешище. А что, если маркиз решит мстить?
Джулия пригубила вино. Пожалуй, пока им не стоит видеться. Пусть пройдет несколько дней, прежде чем они снова встретятся. К тому времени гнев Савиджа поостынет, и они, возможно, смогут спокойно поговорить.
Механически переставляя ноги, как лунатик, Джулия наконец добралась до спальни, оклеенной обоями с зеленовато-розовыми узорами, в тон балдахину цвета весенней травы. Кроме кровати в комнате стояли лишь комод атласного дерева, туалетный столик и позолоченное кресло-качалка с обивкой бледно-палевого бархата. На стенах висели портреты актеров, гравюры с изображением сцен из спектаклей и забранный в рамку отрывок из пьесы Логана Скотта, написанный рукой автора.
Девушка медленно обходила комнату, постепенно успокаиваясь при виде знакомых привычных предметов и безделушек. Здесь ничто не напоминало о прошлом. Только о спокойной, размеренной, скромной жизни Джессики Уэнтуорт. Если бы повернуть время вспять! Какой самоубийственный импульс подтолкнул ее предстать перед лордом Савиджем?
Джулия вспомнила, как он посмотрел на нее, прежде чем она выбежала из гостиной матери. Его взгляд словно пронзал насквозь, и в ту минуту ей показалось, что Дамон проник в ее самые сокровенные мысли. С ним она беспомощна, как ребенок: все тайны раскрыты, барьеры разрушены.
Усевшись за туалетный столик, Джулия несколькими глотками осушила бокал. Больше она не позволит себе думать о Савидже… Лучше постараться заснуть, ведь утром предстоит репетиция новой пьесы Логана! Нельзя, чтобы из-за душевных терзаний страдала работа!
Девушка машинально разделась, оставив платье на полу, и накинула простой пеньюар из голубого муслина, завязывавшийся спереди атласными лентами. Слава Богу, наконец-то можно распустить волосы.
Она вытащила шпильки, наспех пальцами расчесала растрепанные пепельные локоны и, захватив тетрадку с переписанной ролью, уже хотела лечь в постель, как вдруг тишину нарушил громкий стук. Джулия замерла и прислушалась. Снизу доносились приглушенные голоса, словно кто-то затеял спор в такое неурочное время. Тревожно вскрикнула горничная.
Джулия отбросила тетрадь и выбежала из комнаты.
– Сара, – взволнованно позвала она, поспешив к лестнице. – Сара, что случи…
При виде происходящего девушка осеклась и застыла на верхней площадке. Передняя дверь была широко распахнута. Сара старалась помешать лорду Савиджу войти, по силы, естественно, были неравны. Маркиз уже успел переступить порог.
Все связные мысли разом вылетели из головы Джулии. Скованная страхом, девушка зачарованно смотрела вниз, на зловещую темную фигуру незваного гостя. Неожиданно тот поднял голову, и глаза его недобро прищурились.
– Миссис Уэнтуорт, – пролепетала растерянная Сара, – он… он сам ворвался… я не смогла его остановить…
– Я приехал поговорить со своей женой, – грозно рявкнул Савидж, по-прежнему глядя на Джулию.
– Ваша… – растерянно охнула Сара. – Значит, вы и есть мистер Уэнтуорт? Савидж мрачно нахмурился.
– Нет, – язвительно заверил он, – я не мистер Уэнтуорт.
Джулии каким-то образом удавалось пока сохранять спокойствие.
– Немедленно покиньте этот дом, – твердо велела она. – Сегодня я не готова принять вас.
– Жаль, но ничего не поделаешь, – бросил Савидж, устремившись наверх. – У меня было целых три года, чтобы подготовиться.
Очевидно, он не оставит ее в покое. Значит, схватка неминуема.
– Идите спать, Сара, – разрешила она перепуганной горничной. – Все в порядке, не волнуйтесь.
– Да, мэм, – с сомнением промямлила Сара, глядя вслед грозному незнакомцу, но все же поспешила исчезнуть в своей комнате, по-видимому, решив, что разумнее всего будет не вмешиваться.
Стоило Савиджу очутиться рядом, как Джулия надменно вскинула подбородок, отказываясь сдаться без боя.
– Как вы смеете врываться сюда? прошипела она, кутаясь в пеньюар.