Страница 39 из 86
Где-то у меня за спиной провалилась в глубокий обморок Марлен, но сейчас это уже было не важно.
- Додумалась! На тот свет захотелось поэффектнее?! - в этом вопле есть что-то настолько беспомощное, что по моей истерзанной душе разливается почти божественная благодать.
Задираю голову высоко-высоко, щурясь против света пляшущего у лица подствольного фонарика, и улыбаюсь улыбкой совершенно безумной:
- Ага...
- Ага?! - огромная темная фигура, нависшая надо мной, со зловещим шипением опускается на корточки, хватает мои безвольно опущенные кисти и трясет ими у меня перед глазами: - С каких это пор фарра стала великой альтруисткой?! Решила попробовать в кои-то веки?... А теперь смотри, чего стоит любовь к ближнему!
Я смотрела. На расслоившиеся ногти, почерневшую, растрескавшуюся, всю в бурых прогоревших чешуйках кожу, на негнущиеся, застывшие в судороге пальцы. Больно не было.
Было обидно. В кои-то веки захотелось умереть красиво, со смыслом, раз уж живу как охотничий шпик на поводке, а этот урод...
В глазах защипало. Я до боли сжала зубы, но соленые капли все-таки появились, и, сверкая, побежали по холодным щекам. И ярко-синие глаза снова, как и почти сезон назад, смотрели на меня с почти физически ощущаемой растерянностью.
- Шалли, я в шоке. Ты же когда-то была умной женщиной, хоть и порядочной су... - Неро запнулся. - А во что превратилась? Что это за идиотизм?
- А я всегда такой была, - я неловко, предплечьем, вытерла мокрые щеки. С появлением этого шантажиста у меня с плеч свалился не просто камень - целая скала. Он же большой сильный мужчина, и вообще мой безраздельный хозяин по своей собственной версии? Вот и пусть решает проблемы, а я порыдаю в свое удовольствие. Или поязвлю, пока не решила. - Просто некоторые были обо мне очень однобокого мнения.
- Как-то многовато этих "некоторых" было, - он вытащил из кармана мятый платок и сунул мне под нос. Я с фырканьем отвернулась, продолжая вытирать слезы рукавом. И вообще я на него зла за выходку с Ивом - а то, что злиться в его присутствии не получалось, вопрос чисто технический, у которого ноги понятно откуда растут.
- А я-то думала, такие умные мальчики слухам не доверяют, - ядовито процедила я, потянувшись к руке Марлен, чтобы проверить пульс. ...И промахнулась, засмотревшись на его ставшую внезапно удивительно постной физиономию. - Так. Скажи, что я неправильно поняла. И мы не были знакомы раньше.
- Ты неправильно поняла, - послушно подтвердил Неро, засовывая блеснувший стволом "Ноксус-405" в кобуру на пояснице. Укуси меня мекал, он что - олигарх? Даже Корпусу на вооружение они еще не поступили. - Знакомством это назвать было сложно.
- Ах вот оно что.
Вот теперь мне все понятно, фарры. И откуда такая поразительная осведомленность обо всех поворотах моей бурной биографии, и откуда это милое стремление ткнуть меня носом в дерьмо по любому поводу.
- Личные счеты, значит. Так стоило минутку-другую подождать - и мой хладный труп принес тебе полное удовлетворение. А мстить так, как это делаешь ты - низко и недостойно мужчины.
- ...Полное - навряд ли, я не некрофил, - отрезал Неро и добавил, давая понять, что понял, о чем я: - Низко и недостойно - это врать любимой женщине и заодно друзьям, сослуживцам и якобы родственникам. И все - исключительно "в высоких целях", конечно, - с неожиданным остервенением закончил он, вскидывая все еще пребывающую в обмороке Марлен на плечо. - Все, Шалли, на выход. Поистеришь потом - я тут неплохо прошелся, но сомневаюсь, что перестрелял всех.
Меня не слишком аккуратно подхватили под живот и закинули на второе плечо. Здоровенный, провались он в Бездну...
А я ошиблась. Личные счеты у него не ко мне одной... Значит, мы с Ивом действительно идеальная пара, несмотря ни на что.
- Как ты здесь вообще оказался?
- На большом корабле можно спрятать два десятка шпионов, не говоря уже об одном маленьком духе Филина, - невозмутимо отозвался Неро, не оборачиваясь. Гад... Теперь понятно, кто кого о чем и когда просил. Ну, мудрейший Санх...
- Да ты действительно дух - раз сканирующая система корабля тебя пропустила.
- Если бы я не умел договариваться с кораблями, меня бы уже давно не было на этом свете.
- Что же не объявился пораньше? Очередной сеанс макания меня, мерзавки, носом в дерьмо?
- Из той груды металлолома, в которую превратилась техническая палуба, теоретически нельзя было "объявиться" совсем, - буркнул он. - А тебя, идиотку, я бы придушил за этот парад альтруизма лично, если бы не знал, чья это на самом деле инициатива. Это ведь ребенок подбил тебя на самоубийство?
Я крайне неохотно, но утвердительно гмыкнула. Неро покачал головой, покосившись на Марлен.
- Бедная мамаша. Вынашивать Избранную и так не подарок, а если она начинает выкидывать такие фокусы еще в утробе матери...
- Ну что ты хочешь от неродившегося ребенка? Она ведь тоже хочет жить...
Отражение тринадцатое
Месяц спустя.
- ...доктор сказал, что вы ее нервируете, так что на ближайшую неделю можете забыть сюда дорогу. Я вас просто не пущу. О... Видите, она спит. Так что...
- Я не сплю. И всю ответственность беру на себя, так доктору и передайте.
Я откинула одеяло и резко села на кровати. Дежурная бросила на меня неодобрительный взгляд, но все-таки впустила визитера и вышла в сестринскую, пригрозив действительно передать доктору и это, и все прочие сведения о моем поведении.
- Значит, я тебя нервирую?...
Ив присел на стул у кровати.
- Не обращай внимания. Ей по должности положено вести себя, как наседке.
- Все равно. Тебе и так сейчас тяжело, мне, наверное, не стоило...
- Стоило. Иначе было бы куда тяжелее.
Он понял, о чем я, и виновато отвел глаза.
Невысказанные вопросы, боль и разочарование грызли меня почти два месяца, не имея выхода, но неделю назад в палату стали пускать посетителей, и я наконец услышала голос Ива не только по переговорнику... В ту, первую, нашу встречу я так и не решилась подвести черту. Сухие улыбки, натянутые фразы и не слишком умело сыгранные сцены. "Я устала, Ив". Устала... Я устала лежать и бесконечно смотреть в потолок, в пустое белое пространство, и видеть там то, что могло бы быть - с нами.
Поверил. И ушел... Чтобы прийти на следующий день, и на следующий... Но глупому, слабому женскому сердцу хотелось, чтобы тогда, в самый первый раз, не поверил. Не поверил, не ушел, а силой бы вытащил на свет душившую меня мерзость.
И Неро еще говорит, что у меня все написано на лице... Видимо, только для того, кто знает меня настоящую. А Ив... Та единственная ложь, превратившаяся в пропасть между нами, далась ему тяжело - теперь я это знаю. А тот, кто не лжет сам, не может знать, как легко это делают другие.
Легко... Легко лгать самой себе, Командору, всему миру - а Иву лгать было невыносимо тяжело. И, когда вчера он прямо спросил, люблю ли я его, ответить безликим "Конечно" не хватило сил. Я рассказала все.
Ив спросил, почему я не сказала раньше, а я... Что могла ответить я? Что откладывала, бесконечно откладывала страшный миг, когда узнаю правду, потому что боялась ее так, как не боялась ничего в своей жизни? Или что с языка не шли слова, говорящие о том, что со мной никогда не было моего светлого астара, а был кто-то другой, неизвестный чужак? Или не могла своими руками разбить собственное счастье?
Я просто промолчала.
А Ив подтвердил все, каждое слово того отчета.
"- Я не хочу...и не могу лгать тебе. Мне нужно было кем-то стать в этом мире. И я стал. Не занимая чужого места, нет. Я сам его создал, это место. Но, клянусь, не ради денег, не ради того, чтобы заполучить что-то, мне не принадлежащее. Так было нужно. И в мотивах моих не было ничего...бесчестного.