Страница 26 из 46
— Вы так добры, — сказала Кэтрин.
— О, вы надо мной смеетесь. Ну, так хотите узнать, как продвигается дело?
Кэтрин подтвердила, что хочет, и Пуаро быстрыми, точными штрихами обрисовал фигуру графа де ля Рош.
— Значит, вы думаете, что он ее убил, — задумчиво сказала Кэтрин.
— Такова версия.
— И вы верите в нее?
— Я так не говорил. А вы, мадемуазель, что думаете?
Кэтрин слабо улыбнулась.
— Откуда мне знать? Я, разумеется, ничего не знаю, но мне кажется…
— Смелее! — ободрил Пуаро.
— Ну, после того, что вы рассказали, граф уже не кажется мне способным убить кого-нибудь.
— О! Очень хорошо! — вскричал Пуаро. — Вы думаете так же, как и я, я именно так и сказал им, — он вдруг сменил тему. — Скажите, вы встречались с мистером Дереком Кеттерингом?
— Я познакомилась с ним у леди Тэмплин и вчера обедала с ним.
— A mauvais sujet, — сказал Пуаро, — но женщинам такие нравятся, а? — он игриво скосил глаза на Кэтрин, и та рассмеялась.
— Он очень заметный человек, — закончил фразу Пуаро, — вы, наверное, заметили его и в «Голубом поезде».
— Да, я видела его.
— В вагоне-ресторане?
— Нет. Я не встречала его в ресторане. Я однажды видела, как он заходил в купе своей жены.
Пуаро кивнул.
— Странное дело, — сказал он. — Вы ведь, кажется, сказали, что не спали, когда поезд подошел к Лиону! Вы не видели, чтобы там сошел кто-нибудь, похожий на графа де ля Рош?
Кэтрин покачала головой.
— По-моему, я вообще никого не видела. Там был какой-то мальчишка в кепке и пальто, но он, по-моему, вообще был не с поезда, а прогуливался по платформе, еще был какой-то толстый бородатый француз, а остальные были из поездной бригады.
Пуаро несколько раз кивнул.
— Да, очень похоже. Вы знаете, — сказал он доверительно, — у графа де ля Рош есть алиби — иногда алиби вызывает сильные подозрения, но пока это все> что мы знаем.
Они прошли прямо в номер Ван Алдена, где их ждал Кнайтон. Пуаро представил их, и после нескольких общих вежливых фраз Кнайтон сказал:
— Я доложу мистеру Ван Алдену, что вы пришли, мисс Грей.
Он заглянул в соседнюю комнату, откуда послышались голоса, а затем оттуда появился Ван Алден. Он сразу направился к Кэтрин, протягивая руку и одновременно внимательно всматриваясь в ее лицо.
— Рад познакомиться, мисс Грей, — просто сказал он. — Я с нетерпением ждал, что вы расскажете мне о Руфи.
Кэтрин понравилось, что миллионер держал себя просто, она почувствовала, что он действительно очень страдает, хоть и старается не подавать вида. Ван Алден подвел ее к креслу.
— Садитесь, готов выслушать ваш рассказ.
Пуаро и Кнайтон незаметно вышли в соседнюю комнату, оставив Ван Алдена и Кэтрин вдвоем. Кэтрин не испытывала ни малейшей скованности, она вполне естественно пересказывала, о чем говорила с Руфью. Ван Алден откинулся в кресле, прикрыл глаза рукой и молча слушал. Когда Кэтрин закончила, он спокойно сказал:
— Большое спасибо!
Кэтрин почувствовала, что соболезнования неуместны, и они помолчали. Наконец, Ван Алден заговорил, уже совсем другим тоном.
— Я так благодарен вам, мисс Грей! Мне кажется, именно вы помогли Руфи в последние часы ее жизни; Простите, но мне хотелось бы спросить вас кое о чем… Вы уже слышали, наверное, от месье Пуаро о том негодяе, с которым хотела встретиться моя бедная девочка? Она не изменила решения после разговора с вами? Как вы думаете, она не собиралась вернуться?
— Честно говоря, я не могу вам точно сказать. Я поняла только, что она на что-то решилась и тотчас же успокоилась.
— Она не намекнула, где собиралась с ним встретиться? В Париже, в Ницце?
Кэтрин отрицательно покачала головой.
— Она ничего не говорила.
— Жаль, — задумчиво произнёс Ван Алден. — Так важно знать… Впрочем, время покажет.
Он встал и открыл дверь в соседнюю комнату, откуда вошли Кнайтон и Пуаро. Кэтрин отклонила приглашение Ван Алдена пообедать, Кнайтон проводил ее вниз и посадил в ожидавшую машину. Вернувшись, он застал Пуаро и Ван Алдена за разговором.
— Если бы мы только знали, — говорил миллионер, — что задумала Руфь, но ведь она могла решиться на все что угодно. Может, хотела сойти в Париже и послать мне телеграмму, а может, собиралась поехать на юг Франции и там объясниться с графом. Мы блуждаем не в потемках — в полной тьме, знаем лишь, со слов служанки, что, встретив графа в Париже, она была удивлена. Вы согласны со мной, Кнайтон?
— Извините, мистер Ван Алден, я прослушал.
— Вы что, заснули? — сказал Ван Алден. — На вас не похоже. Неужели девушка так вас поразила?
Кнайтон покраснел, а Ван Алден задумчиво продолжил:
— Она прекрасная девушка. Вы заметили, какие у нее глаза?
— Каждый мужчина, — ответил Кнайтон, — заметил бы, какие у нее глаза.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ
ТЕННИС
Прошло несколько дней. Однажды утром на прогулке Кэтрин столкнулась с разыскивавшей ее Ленокс.
— Вам звонил ваш ухажер, Кэтрин.
— Кого вы так называете?
— Известно кого, нового секретаря Ван Алдена. Вы, Кэтрин, становитесь опасной сердцеедкой: сначала Дерек Кеттеринг, а теперь Кнайтон. Самое смешное, что я его хорошо помню — во время войны он лежал в госпитале, который мама устроила на нашей вилле. Мне тогда было всего восемь лет.
— Он что, был тяжело ранен?
— Ему прострелили ногу — довольно тяжелое ранение. По-моему, врачи сильно волновались. Впрочем, он все еще немного хромает.
К ним присоединилась вышедшая из дома леди Тэмплин.
— Ты сказала Кэтрин о майоре Кнайтоне? — спросила она. — Какой милый молодой человек, я его не сразу узнала — тогда было столько раненых, но теперь я вспомнила.
— Тогда его не стоило запоминать, — сказала Ленокс, — ну а теперь, когда он секретарь американского миллионера, — совсем другое дело.
— Дорогая! — обиженно сказала леди Тзмплин. — Зачем же так!
— Как будто бы звонил майор Кнайтон? — спросила Кэтрин.
— Да. Он спрашивал, не поедете ли вы сегодня смотреть теннис — собирался заехать за вами. Мы с мамой с благодарностью согласились — за вас. Если вы, Кэтрин, флиртуете с секретарем миллионера, то дайте мне пококетничать с самим богачом. Ему, кажется, около шестидесяти, так что он должен клюнуть на мою молодость.
Ленокс, как всегда, паясничала.
— Я буду рада встретиться с мистером Ван Алденом, — сказала леди Тэмплин, — о нем так много говорят… Ах, эти простодушные западные натуры… — последние слова она произнесла почти про себя.
— Майор Кнайтон подчеркивал, что приглашение исходит от мистера Ван Алдена, — сказала Ленокс. — Он так часто повторял это, что надоел мне. Вы с ним составите прекрасную пару, Кэтрин. Да благословит вас Бог, дети мои.
Кэтрин рассмеялась и пошла переодеться.
Вскоре после обеда приехал Кнайтон и мужественно перенес процедуру узнавания: леди Тэмплин ахала и охала.
Когда они ехали к Каннам, он заметил, обращаясь к Кэтрин:
— Леди Тэмплин почти совсем не изменилась.
— Внешне или в обращении?
— И в том, и в другом. Ведь ей, я думаю, уже далеко за сорок, а она все еще очень красивая женщина.
— Вы правы, — согласилась Кэтрин.
— Я рад, что вы смогли поехать, — продолжал Кнайтон. — Месье Пуаро тоже приедет. Вы его хорошо знаете, мисс Грей?
Кэтрин покачала головой.
— Я встретилась с ним в поезде, когда ехала сюда. Читала детектив и, кажется, сказала, что ничего подобного в жизни не случается. Конечно, я тогда не знала, кто он.
— Он очень интересный человек, — медленно сказал Кнайтон. — Он иногда добивается удивительных результатов: глядит в самый корень дела, и часто до самого конца никто и не знает, что он на самом деле думает. Я помню, как однажды, когда я жил в доме леди Кленрейвон в Йоркшире, у нее украли драгоценности. Сначала дело казалось простым, но местная полиция зашла в тупик. Я предложил им обратиться к Эркюлю Пуаро, но они отказались и положились на Скотланд Ярд.