Страница 125 из 220
Водитель нерешительно улыбнулся:
— Пожалуй, я поел бы. До следующего городка еще миль тридцать, а на нем, — он ткнул пальцем в фургон, — неизвестно, когда я туда доберусь.
— Нет соли, — сказал Блэйн, — но и так неплохо.
— Спасибо. Я не знаю, чем…
— Садись и ешь, — прервал его Блэйн. — Что там с двигателем?
— Не знаю, кажется, карбюратор.
Блэйн снял пиджак, аккуратно положил его на бампер и закатал рукава.
Усевшись на камень на обочине, водитель принялся за еду.
Блэйн взял гаечный ключ и полез на радиатор.
— А где ты взял бифштексы? — поинтересовался водитель.
— Да там, на холме. У фермера их целое поле.
— То есть ты их украл?
— А что делать, если нет ни работы, ни денег и надо пробираться в родные места?
— Куда это?
— Туда, в Южную Дакоту.
Водитель, набив полный рот едой, замолчал.
Блэйн заглянул под капот и увидел, что водитель уже ослабил все болты крепления карбюратора, кроме одного. Блэйн наложил на этот болт ключ и потянул. Болт протестующе заскрежетал.
— Черт бы побрал эту ржавчину, — выговорил водитель, не спуская глаз с Блэйна.
Справившись наконец с болтом, Блэйн снял карбюратор и сел рядом с жующим шофером.
— Скоро эта колымага вообще развалится, — заметил тот. — Впрочем, и с самого начала это был не подарочек, мучаюсь с ней всю дорогу. Сроки летят к чертям.
Блэйн подобрал ключ к болтам карбюратора и начал борьбу с проржавевшей резьбой.
— Пробовал вести машину по ночам, — сообщил водитель, — но после того раза — хватит. Такой риск не для меня.
— Что-нибудь привиделось?
— Если б не знаки на кузове, мне бы крышка. Правда, у меня есть ружье, но от него мало толку. Я не могу одновременно стрелять и крутить баранку.
— Даже если б и мог, вряд ли бы это помогло.
— Ну нет, приятель, — процедил водитель, — я бы им показал. У меня полный карман патронов с серебряной дробью.
— А не дорого?
— Еще как дорого. Но ничего не поделаешь.
— Наверное, — согласился Блэйн.
— И что ни год, то становится все хуже. Но там, на севере, появился наконец этот проповедник.
— Проповедников везде хватает.
— Точно, хватает. И все они только и могут разводить болтовню. А этот призывает заняться делом.
— Ну вот, — Блэйн отвернул последний болт, вскрыл карбюратор и заглянул внутрь. — Нашел. Видишь, в чем дело?
Водитель наклонился и посмотрел, куда показывал Блэйн.
— Будь я проклят, если это не так!
— Все, через пятнадцать минут будет готово. У тебя есть чем смазать резьбу?
Водитель встал, вытер руки о штаны:
— Пойду посмотрю.
Он направился к машине, но вдруг вернулся.
— Меня зовут Бак, — он протянул руку, — Бак Райли.
— Блэйн. Можешь называть меня Шеп. Они обменялись рукопожатием.
Райли постоял, переминаясь с ноги на ногу, потом решился:
— Ты, кажется, двигаешься в Дакоту? Блэйн кивнул.
— Я скоро рехнусь, если и дальше все буду делать один.
— Я как-то могу помочь?
— Согласен вести ночью?
— Черт побери! — сказал Блэйн. — Конечно.
— Ты за рулем, а я буду держать ружье наготове.
— Тебе не мешало бы выспаться.
— В общем, вдвоем как-нибудь справимся. Лишь бы колеса крутились не останавливаясь. Я и так потерял уже слишком много времени.
— А ты едешь в сторону Южной Дакоты? Райли кивнул:
— Ну что, присоединяешься?
— С удовольствием. В любом случае лучше, чем идти пешком.
— Кстати, подзаработаешь. Немного…
— Забудь о деньгах. Главное, что ты меня подвезешь.
Глава 13
Они ехали с юго-запада на северо-восток, ведя машину и днем и ночью, но тем не менее половину времени стояли. Грузовик и вправду оказался чуть лучше ржавой консервной банки. Им приходилось воевать с громоздким двигателем, сражаться со старыми, лысыми шинами, ухаживать за рахитичным шасси, чтобы продвинуться еще на несколько миль.
Дороги были плохими, как и все дороги теперь. Эра гладких, твердых, чуть ли не с зеркальным покрытием шоссе давно кончилась. Пришло время нового транспорта: полуавтомобилей-полусамолетов; хорошие дороги не нужны машинам, которые вовсе не касаются земли.
Чуть живые шины со стоном прыгали по неровному, выщербленному асфальту. С новыми шинами было бы легче, подумал Блэйн, но даже если бы Райли мог позволить себе заплатить за них, он вряд ли бы их достал. Спрос на шины обычного типа упал почти до нуля, и увидеть их где-то в продаже было почти невозможно.
И еще одна постоянная проблема — бензин. Заправочных станций не было; последние заправочные станции закрылись лет пятьдесят назад. Транспорту, работающему на атомной энергии, заправляться не надо. Поэтому в каждом городке и приходилось искать магазин сельскохозяйственных товаров или кооперативную фермерскую лавку, поскольку большинство сельскохозяйственных машин по-прежнему работало на бензине.
Они спали урывками, используя для сна каждый удобный момент; они ели на ходу, запивая бутерброды и пирожки кофе из старой жестяной фляги.
Так они пробирались древними дорогами, по которым современный транспорт ходил лишь по той причине, что в старину умели строить и знали, что прямая — кратчайшее расстояние между двумя точками.
— В жизни б не взялся за такую работу, — сказал Райли, — но мне обещали хорошо заплатить. А деньги, сам понимаешь, не помешают.
— Ничего, все будет нормально, — успокоил его Блэйн. — Может, опоздаешь на день-другой, но доехать мы доедем.
Райли вытер лицо вылинявшим, когда-то красным платком.
— Тут не только грузовик угробишь, — сказал он. — Тут и сам рехнешься от страха.
Это верно, подумал Блэйн, Райли весь пропитан страхом, страх проник ему в кровь и плоть.
И притом он не производит впечатления человека, который просто с детства запуган зверинцем ужасов и кошмаров и продолжает и в зрелом возрасте с легкостью вызывать в своем воображении все эти древние ужасы. Нет, тут что-то более реальное, чем отзвуки детских ночных кошмаров.
Блэйну его попутчик казался причудливым экспонатом из средневекового паноптикума. Человек, который боится темноты и существ, по его представлению обитающих в ней! Чело-иск, который верит, что его защитят намалеванные кабалистические знаки и дробовик, заряженный серебряной картечью! Блэйну приходилось слышать о подобных людях, но воочию до сих пор он их не видел. А если таковые и были среди его знакомых по «Фишхуку», то они искусно и тщательно скрывали свои взгляды.
Но как Блэйн поражался Райли, так и Райли не переставал удивляться Блэйну.
— Тебе не страшно? — допытывался он.
Блэйн качал головой.
— Ты что, не веришь в нечистую силу?
— Всегда считал это детскими сказками, — отвечал Блэйн.
Тогда Райли начинал убеждать его:
— Это не сказки, приятель, можешь мне поверить. Я встречал столько людей и слышал столько историй, что знаю наверняка. Когда я был еще мальчишкой, у нас в Индиане жил один старик. Однажды его нашли висящим на заборе, у него было перерезано горло, а вокруг тела были следы копыт, и стоял запах серы…
Если не поверишь в эту сказку, найдется другая, не менее жуткая, загадочная, окутанная мраком древности.
— Тебе хорошо, — сказал Блэйну Райли. — Ты их не боишься, и, может быть, они тебя не тронут. Собака кусает бегущего, но лижет руку тому, кто ее не боится.
— Тогда все просто, — заметил Блэйн. — Перестань бояться.
Но давать такой совет человеку вроде Райли было бесполезно.
Каждую ночь, когда Блэйн вел машину, Райли, дрожа от страха и судорожно сжимая ружье с серебряной картечью, вглядывался в темноту.
Все, что им встречалось по пути — перебегающая дорогу лиса, сова, пролетевшая рядом, любая мелькнувшая у обочины тень, — все превращалось в ночные призраки, а вой койотов становился завыванием нечисти, вышедшей на поиски жертвы.
Но не все было только плодом больной фантазии Райли. Однажды им встретилась тень в форме человека, но уже не человек — она вращалась и изгибалась в ленивом танце на высокой ветке над лесной порослью; они проехали обугленные развалины фермы, черный дымоход которой, как вытянутый обвиняющий палец, указывал в небо. Как-то раз, когда Райли возился с поржавевшими свечами, Блэйн отправился вверх по ручью, чтоб найти родник, и заметил вдали дымок небольшого костра. Они слишком поздно услышали его шаги, и Блэйн успел заметить их тени, взмывшие вверх по заросшему лесом откосу скалы.