Страница 14 из 52
Когда она выбралась из ямы, из-за угла дома с напуганным видом выбежал мужчина. Темпл помахала ему рукой и указала на ближайшее дерево.
— Не волнуйся, — сказала она. — Я стреляла в белку. Она убежала. Ты нарвал цветов?
Он протянул ей букет, в котором преобладали выдранные корешки и свисавшие с них комья грязи.
— Отличная работа, мистер, — сказала она. — Осталось засыпать яму землей.
Он послушно выполнил ее распоряжение.
Темпл с грустью наблюдала за его медлительными движениями, походившими на сдвиги тектонических плит, на сползание ледников, обнажение минеральных жил и прочие феномены природы. Он взяла импровизированный крест и воткнула его в холмик могилы.
— Теперь Бог будет знать, где искать ее душу, когда Он придет за ней, — объяснила она. — Букет помести у креста. Давай иди!
Украсив могилу цветами, он вопросительно взглянул на Темпл.
— Да, хорошо, — похвалила она. — Похоронив бабулю, ты сможешь убегать от любой стаи слизняков. Я не знаю, для чего тебя создал Господь, но мне кажется, что ты должен найти свое место среди святых и грешников.
На пути к машине она заметила, что мужчина идет за ней. Затуманенный взгляд дауна «приклеился» к ее ногам. Он следовал за тенью, которую Темпл отбрасывала на тротуар.
— Что ты тут себе придумал, мистер? Ты не поедешь со мной. Я не желаю заботиться о тебе. Ты зря считаешь меня добрым и нежным созданием. Тебе понятны мои слова? Ты встретил плохую девушку. Проклятье! Мне нужно было скормить тебя этим слизнякам, когда я тебя увидела. Зачем мне полоумный, о котором все время придется тревожиться?
Взглянув на машину, она снова повернулась к мужчине.
— Пойми, глупыш. У тебя своя судьба. Так же, как у меня и у других людей. Твоя жизнь и смерть не зависят от меня. Я не нанималась тебе в няньки! Короче, ты останешься здесь! Ты больше не будешь идти за мной следом!
Темпл подняла руку вверх, приказывая ему остановиться. Затем она медленно подошла к машине, забралась внутрь и, захлопнув дверь, в последний раз посмотрела на слабоумного мужчину. Он стоял посреди дороги, как обрубленное дерево.
Темпл помчалась вперед, сжимая руль до онемения в пальцах. Сильная пульсирующая боль пронзила левую руку, но она не стала принимать таблетки, потому что это страдание казалось ей заслуженным наказанием.
* * *
За следующим подъемом дороги она увидела универсам и заправочную станцию. Насосы все еще работали, поэтому Темпл наполнила бензобак.
Обнаружив в магазине пачку сырных крекеров, она вынесла ее наружу и села на бордюрный камень, чтобы немного перекусить.
Вдали бесцельно бродило около дюжины слизняков. Они пока не замечали ее.
Темпл почему-то вспомнила свою первую встречу с дядюшкой Джексоном. Когда он нашел их, они с Малкольмом жили в канализационной трубе, питаясь белками и ягодами.
— Откуда вы взялись, детишки? — спросил он у них.
В ту пору Темпл было не больше десяти лет. Она зарычала на него как зверь, поднявшийся из земли, и оскалила зубы.
— Совсем одичала, малышка? — пошутил дядя Джексон. — Вот только я не поверил в этот спектакль. Я вижу проблеск разума в твоих глазах. Ты умная девочка, хотя и притворяешься дикаркой. Моя лачуга в полумиле отсюда. В том направлении. Видите? Приходите в гости, когда вам надоест торчать в трубе.
Это он научил ее стрелять из пистолетов и винтовок — показал, как задерживать дыхание и поражать дальние цели. Это он научил ее водить машины и заводить их без ключей.
В первый вечер, когда дядя Джексон кормил их с Малкольмом овсянкой из глиняных чашек, он шепотом спросил ее:
— Как долго ты собираешься заботиться об этом мальчишке?
— Сколько понадобится.
— Ты его сестра?
Темпл пожала плечами.
— Мы выросли в одной общине, — ответила она. — Там все перемешалось. Никто не знал точно своих отцов, сестер и братьев.
Дядя Джексон понимающе кивнул.
— Иди сюда, — позвал он. — Хочу дать тебе кое-что. Непальский кукури.
— Что еще за кукури?
Он порылся в ящике, стоявшем в углу комнаты, и вытащил предмет, завернутый в кусок покрывала. Это был длинный нож, имевший внутренний изгиб. Он отражал свет очага кроваво-красными бликами.
При виде такой красоты Темпл захотелось прикоснуться к нему. Она ожидала, что лезвие будет холодным на ощупь, но ее пальцы почувствовали теплую вибрацию.
— Это боевое оружие гуркхов, — пояснил дядя Джексон. — Непальских воинов, которые славились своей свирепостью и силой. Они были очень ловкими и живучими. Такими же, как ты. И они не расставались со своими ножами.
— Как ты назвал его? Чукури?
— Кукури. Если тебе трудно запомнить это слово, можешь просто называть его ножом гуркхов.
После ужина Малкольм, уступавший ей в возрасте на два года, заснул на куче одеял, расстеленных в углу. С другой стороны комнаты раздавался храп дяди Джексона. Угли в очаге наполняли лачугу красноватым заревом.
Темпл держала клинок в руках и ласкала его пальцами снова и снова. Закрыв глаза, она ощущала его вес и балансировку, привыкала к рукоятке, прикладывала лезвие к щекам и губам. Это был подарок. Первый подарок за всю ее жизнь, с тех пор как она себя помнила.
Темпл тряхнула головой, отгоняя воспоминания. Она осмотрела парковку около универсама, поднялась на ноги и, вернувшись к «тойоте», села за руль. Подумав немного о событиях прошлого, она завела мотор, развернула машину и поехала назад к кварталам пригорода.
Глупыш стоял там, где она велела ему оставаться. Он подергивал себя за кончики грязных волос и щурился от ослепительного марева. Подъехав к нему, Темпл опустила оконное стекло.
— Что, мистер, так и будешь торчать здесь до Второго пришествия? — спросила она. — И это твой план? Стоять на дороге и ждать, пока слизняки не заставят тебя двигаться? Я никогда не встречала такого идиота, как ты. А уж поверь, за свою жизнь я повидала столько глупостей, что могу кое с чем сравнивать.
Взглянув в печальные глаза мужчины, она попыталась проследить его взгляд. Но невозможно было понять, что творилось в его голове. Плоское лицо дауна не соответствовало массивному телу. Ум без проблесков света никак не проявлял себя в пустых зрачках. Темпл открыла пассажирскую дверь и перебросила сумку с оружием на заднее сиденье.
— Залезай, если хочешь покататься, — сказала она. — Но я не обещаю тебе долгую и счастливую жизнь.
* * *
Он продолжал чесаться и дергать себя за волосы. Темпл быстро поняла, в чем было дело.
— У тебя вши! Тебе не стыдно?
К счастью, в следующем городе водопроводная система все еще работала, поэтому она нашла дом с колонкой на заднем дворе и прикрепила к крану длинный садовый шланг.
— Раздевайся, мистер, — велела она.
Глупыш не понял, зачем она расстегнула две пуговицы на его рубашке. Он с удивлением смотрел на ее пальцы.
— Не стесняйся, парень. У тебя не найдется ничего такого, чего бы я не видела раньше.
Мужчина разделся, встал посреди заросшего двора, и, когда Темпл начала поливать его из шланга спереди и сзади, он зажмурился, как маленький ребенок.
— Теперь мойся, — приказала она, показывая жестами необходимый порядок действий.
Подражая ее движениям, он неуклюже потер тряпкой живот.
— Сильнее прижимай ее к телу, — настаивала Темпл. — Эту грязь так просто не смахнешь.
Наконец, ее терпение закончилось. Забрав у него тряпку, она поскоблила ему спину, руки и грудь.
— Теперь сделай то же самое снизу, — сказала она, указав рукой на его пах. — Я на такие услуги не подписывалась.
Он несколько раз провел тряпкой по своим гениталиям.
— Ладно. Сойдет и так. Если кто-то согласится приютить тебя, ты в конце концов научишься и личной гигиене.
Через пару кварталов в торговом районе она нашла парикмахерскую, выбила витринное стекло и отвела своего подопечного в комнату, где находилась раковина. Она показала ему, что нужно было делать. Какое-то время он сидел в кресле, опустив голову в емкость с полукруглым вырезом. Струя воды омывала его макушку и затылок.