Страница 10 из 52
— Расскажи, что случилось.
— Я обещаю дать вам полный отчет, но только после того, как перестану пачкать кровью ваш ковер.
Женщина еще раз осмотрела ее руку.
— Нам понадобится больше света, — сказала она.
Усадив свою гостью на кровать, Руби осторожно положила ее руку на стол.
— Вот, — прошептала Темпл, передавая ей шприц и ампулу с лидокаином.
— Сколько кубиков? — спросила хозяйка.
— Я не знаю. Лучше поменьше. Мне еще понадобится эта рука.
Руби вколола лекарство в мякоть ее ладони, у самого основания мизинца.
— Я не понимаю. Почему ты боишься довериться Маркусу?
— Когда наступит утро, ваши люди перестанут питать ко мне добрые чувства. Кое-кто из местных мужчин имел забавные идеи о дружбе и братстве. Так у вас найдутся нитки и иголка?
Руби открыла ящик стола и покопалась в вещах.
— Какого цвета? — дрожащим голосом спросила она.
— Вряд ли это важно… Через минуту любая нить станет черной от крови.
— Да, конечно. Глупый вопрос… Я просто не подумала.
— Прошу вас, начинайте. Представьте, что вы штопаете носок.
Руби вставила нитку в ушко иглы. Когда рука онемела, Темпл взяла с полки один из журналов и подложила его под ладонь, чтобы кровь не растекалась по столу. Затем она осмотрела мизинец. Он был срезан чуть выше первой фаланги. Кость проступала на кончике, как желтый прутик. Она натянула кожу на край кости и плотно сжала ее пальцами.
— Можете приступать, — сказала она. — Сделайте несколько стежков и завяжите узелок. У вас получится, поверьте.
Руби начала зашивать рану. Темпл перевела взгляд на картину, висевшую над кроватью. На ней изображался огород, в центре которого находились три зайчика и девочка в чепчике. Острая боль проникла сквозь заморозку лидокаином. Темпл почувствовала головокружение и, сжав зубы, отогнала от себя темный туман надвигавшегося обморока. Она вытащила из кармана еще одну таблетку викодина и сунула ее в рот. Когда все закончилось, она попросила развязать резинку, служившую жгутом. Ей захотелось взглянуть, что получилось. На краю шва проступила кровь, но ее было немного. Руби перевязала обрубок пальца бинтом и завязала узелок с красивым бантиком.
— Вы отлично справились. Спасибо.
— Я никогда не делала такого.
— Ладно… Мне пора.
Темпл попыталась встать, но комната вдруг закружилась каруселью. Свет в ее глазах померк. Шея, став слишком гибкой, не могла держать голову прямо.
— Тебе плохо? — спросила Руби.
Казалось, что ее голос доносился через слой ваты… сахарной ваты, которая была чем-то вроде леденцов, нарисованных на майках… или через слой пушистых заячьих хвостиков, собранных со всех огородов мира.
— Я посижу чуть-чуть, — прошептала Темпл.
И тогда нахлынувшая темнота поглотила ее полностью.
* * *
Ее следующим впечатлением был яркий солнечный свет, вливавшийся в окно. Она лежала под тонким покрывалом на постели Руби. Хозяйка комнаты куда-то ушла.
— Проклятье, — проворчала Темпл, спуская ноги на пол.
Ее голова еще плавала в море пурпурного эфира. Взгляд накрепко прилипал к тем местам, на которые она пыталась смотреть. Ей приходилось двигаться аккуратно и медленно. Она встала и, держась рукой за стену, подошла к окну, затем снова вернулась к постели. Несколько минут Темпл ходила взад и вперед между окном и кроватью, пока зрение не стало нормальным, а голова больше не моталась на шее. Чуть позже в комнату вбежала Руби.
— Ты растревожила улей, Сара Мэри Уильямс. Тебя ищут по всей крепости. Наши лидеры говорят, что хотят расспросить тебя и выяснить картину происшествия. Но мне не понравились лица некоторых из мужчин. Я когда-то видела уже такие взгляды.
Она открыла шкаф и начала перебирать наряды, которые хранились там.
— Люди болтают, что ты превратила Авраама Тодда в месиво.
— Я и пальцем не тронула бы его, если бы он…
— Можешь не рассказывать. У этих Тоддов сердца чернее сажи. Господь тебе судья, но я уверена, что парень заслужил такую участь. Ты воздала ему по заслугам. К сожалению, Мозес — брат Авраама — занес тебя в свою повестку дня, а он очень упрямый мужчина, и теперь ничто не отвлечет его от поставленной цели. Это означает, что тебе лучше убраться отсюда. Я выведу тебя из крепости. Переодевайся.
Рука Темпл пульсировала от боли, поэтому Руби помогла ей снять одежду и сложить ее в сумку.
— А где лифчик, который я дала тебе?
Темпл ничего не ответила и приподняла руки, чтобы Руби смогла натянуть на нее желтое хлопчатобумажное платье, которое она достала из шкафа. Летний сарафан имел кружевную отделку, вызывавшую легкий зуд на коже.
— Для чего все это? — спросила Темпл.
— Такой наряд не привлечет к тебе внимания. Каждый член общины, который не задействован сейчас в охоте на тебя, готовится к службе. Люди надевают праздничную одежду.
— К какой еще службе?
— Сегодня воскресенье, милая. По воскресеньям мы проводим церковные службы.
Темпл давно уже не различала дни недели.
Руби вытерла губкой ее лицо и, зажав зубами клипсу для волос, сделала что-то с волосами своей подопечной. Затем она закрепила прическу клипсой и гордо осмотрела Темпл.
— Взгляни на себя! Разве ты не прекрасна?
Темпл посмотрела в зеркало, в котором отражалась нежная домашняя девушка.
— Я выгляжу как сдобная лепешка. Скажите, а где сейчас меня ищут ваши мужчины?
— Они думают, что ты убежала. Они осматривают ближайшие улицы. Кроме всего прочего, этой ночью кто-то проник в оружейную комнату.
Взгляд Руби перешел на сумку, которую Темпл оставила у двери.
— Я взяла только пару стволов.
— Успокойся, Сара Мэри. Все нормально. Оружие тебе понадобится. Мне очень не нравится это решение, но тебе придется уйти. Я хотела бы, чтобы ты осталась с нами. Жаль, что Мозес Тодд не способен на снисхождение. Иди за мной. Нам нужно добраться до лифта.
Пока Руби открывала дверь и осматривала коридор, Темпл приподняла сумку здоровой рукой и закинула ее на плечо.
— Идем!
На пути к лифту они встретили небольшое семейство: мужчину, женщину и мальчика. Отец рассказывал сыну об аэропланах — о том, как они летали в небе. Мальчик мечтательно сказал, что хотел бы увидеть такой самолет в реальной жизни. Руби и Темпл улыбнулись и, проходя мимо, пожелали им доброго утра.
Войдя в лифт, Руби нажала на кнопку П 2. Когда дверь открылась, они оказались на безлюдной подземной парковке, забитой автомобилями. Руби увлекла Темпл к дальним рядам и остановилась перед «тойотой» с выбитыми задними фарами.
— Я не могу дать тебе лучшую из этих машин, — сказала она. — Но пройдут недели, прежде чем наши парни заметят отсутствие такой развалюхи. Она на ходу, и у нее полный бак бензина. Я уже проверила. Дай мне твой багаж.
Взяв сумку, она бросила ее на пассажирское сиденье.
— Теперь слушай меня внимательно, — продолжила женщина.
Она опустила руки на плечи Темпл и посмотрела ей прямо в глаза.
— Я знаю хороших людей, которые живут на севере отсюда. Это около часа езды. Они позаботятся о тебе. Скажи им, что знаешь меня. Просто следи за дорожными знаками на Уиллистон и ищи огороженный лагерь около трассы. Ты все поняла?
— Да, поняла.
— Береги себя, ладно?
Темпл не знала, что ответить, но ситуация требовала каких-то слов.
— Вы сделали хорошее дело, — сказала она. — Ваша щедрость и доброта превосходят обычные рамки. Вы правильный человек. У вас королевское сердце. Что-то типа этого.
— Теперь уезжай, — прошептала Руби.
Она выглядела встревоженной и расстроенной.
— Я подозреваю, что впереди тебя поджидает множество бед. Куда больше, чем в прошлом.
* * *
Темпл провела в пути час, но не нашла того места, о котором говорила Руби. Дорожные знаки не помогли. Удалившись на безопасную дистанцию и притормозив перед большим указателем, она запомнила, как выглядело название города, располагавшегося в сорока одной миле отсюда. Расстояние соответствовало часу езды. Естественно, она решила, что это был Уиллистон. Послушно следуя знакам, она добралась до места назначения, но не заметила ничего похожего на огороженный лагерь.