Страница 77 из 78
Значит, ленточка восстановится и тут же притянет к себе другую ленточку, связав таким образом несколько миров сразу. А с теми мирами связаны другие миры, с другими третьи и так до бесконечности.
Ну и что делать? Как запретить лентам воздействовать на друг друга?
Вот есть тоннели, по ним ходят люди и не только, перемещаются с ленты на ленту, даже не замечая этого, правда, перемещаются в строго определенных местах почему-то, что уже странно.
— Хм, — глубокомысленно изрек Ярослав, встал на ноги и потопал по дракону ближе к лентам.
Если подумать логически, то места соприкосновений должны чем-то отличаться от всех остальных мест ленты. Иначе дыра в ленте бы не помогла. Ленты бы просто коснулись друг друга другими местами. Что-то это все очень сильно напоминает…
— Ага, изоляция! — обрадовался своему открытию Ярослав.
Места соприкосновений действительно отличались. Они были тоньше, нитей там было меньше и то, что из них было выплетено, напоминало рыболовецкую сеть. Причем составляющие двух лент умудрялись как-то переплестись между собой, превратив свои узоры в единое целое.
— Значит, нужно заизолировать дыру и пускай срастается сколько ей влезет, — сделал напрашивающийся вывод парень.
Ярослав вернулся к осьминогу и порванной ленте, внимательно на обоих посмотрел и понял, что не знает, как неведомый создатель эту изоляцию делал. Не растягивать же ее. Если бы все было так просто, то все было бы очень просто. Даже слишком просто. А этого не может быть.
Потом он долго и нудно изучал изоляцию лент. Точнее пытался изучать, ничего в ней не понимая. Он рассмотрел из чего лента состоит. Какое-то время пытался пересчитать количество нитей в плетении, чувствуя, что занимается той еще глупостью. Заметил, что изоляция не однородна, и понял, что ее изучение — безнадежное дело.
— В конце концов, я понятия не имею из чего состоят мои фиолетовые шмели и какаодоящиеся коровы. Что не мешает им существовать и прекрасно себя чувствовать, — сказал, обращаясь к ленте.
Она в ответ промолчала.
Дракон зевнул и посмотрел с любопытством.
— Зато я знаю что такое изоляционная лента и для чего она нужна. Кто знает, вдруг однажды я захочу ее размотать?
— Ну-ну, — сказал дракон. — Интересная идея.
Ярослав сделал вид, что не услышал его. Уселся удобнее, закрыл глаза и стал думать про изоляционную ленту.
Синюю такую, или красную, в общем, не важно. Важно, что она изолирует провода, с одной стороны у этой ленты есть клей, а с другой она гладкая. Взять бы кусок такой ленты и обмотать дыру в стенке тоннеля, изолировав то ли Землю от этого чуда мысли сгинувшего в веках и тысячелетиях создателя, то ли чудо мысли от Земли. Хорошенько обмотать, чтобы наверняка.
Воображение наконец перестало отвлекаться на электриков на столбах и трансформаторные будки с канонической надписью под черепом. Вместо этого огромная катушка изоленты, почему-то разноцветно-полосатой, начала шустро разматываться, позволяя своей ленте обвиваться вокруг дырявой ленты тоннеля.
Дракон коротко ругнулся, зашевелился и, судя по ощущениям отполз в сторону.
Ярослав почему-то начал улыбаться. Стало светло-светло и опять зазвучала музыка.
— Хватит, — сказал дракон.
— Что?
— Хватит.
Драконье тело взбрыкнуло, парень почувствовал, что куда-то падает и открыл глаза.
Самое странное, что он действительно падал. Непонятно куда. Узкий и глубокий колодец среди составляющих был настолько нереальным зрелищем, что ничего кроме любопытства вызвать не смог. В следующее мгновенье крыло цвета пламени перегородило вид в бездну и парень по нему скользнул обратно на дракона.
— У меня получилось? — спросил Ярослав, ползком подбираясь к краю дракона. Ноги почему-то опять не держали, точно как после сотворения лиловых коров, а заглянуть в бездну очень хотелось.
Красно-желтое тело опять дернулось и перебросило пассажира ближе к своему центру, заставив его растянуться во весь рост и почувствовать себя медузой выброшенной на берег.
— Получилось, — проворчал дракон. — А теперь ты что делаешь?
— Посмотреть хочу куда я падал, — объяснил Ярослав, начиная подозревать, что ему показалось.
— Не на что там смотреть. Нити уже успокоились и заполнили пустоту. Ты просто упадешь и мне придется опять тебя ловить.
— Да? — с сомнением спросил Ярослав. — Тогда ладно. Что будем делать дальше?
— Ждать, — равнодушно обронил дракон.
— Второго пришествия?
— Нет. Второго создателя, у которого достаточно сил, чтобы тебя отсюда вывести.
— И где ты его возьмешь? — заинтересовался Ярослав.
Насколько он понимал, второго создателя способного сюда прийти, где бы это «сюда» не находилось, на данный момент не существовало в природе. Разве что Менке над очередным бедолагой проведет эксперимент. Но тогда ждать придется несколько лет. Силы самого Ярослава восстановятся быстрее.
— Нигде, — как-то подозрительно улыбнулся дракон. — Сам придет, даже прибежит. Точнее, сама.
Ярослав сел, немного подумал и выдал напрашивающийся ответ на намеки дракона.
— Ладанэ!
От вопля задрожали несколько ближайших составляющих и дракон опять дернулся, едва не сбросив буйного пассажира со своей спины.
— Что же ты так кричишь?
— Что я кричу? Какого черта?! При чем тут Ладанэ?! Это ведь наверняка опасно. Вот попробуй мне доказать, что я здесь нахожусь не физически. Попробуй, ящер переросток! Я же чувствую разницу.
— Ты находишься здесь физически, — подтвердил дракон. — И что?
— Да каким образом? Я еще понимаю как мое сознание в мадаи блуждало…
— Ты состоишь из составляющих. Древо состоит из составляющих, — задумчиво сказал дракон. — Тебя же не удивляет, что разные короеды и прочие жучки умудряются залезть в середину дерева, а не только ползают по его поверхности.
— Так я еще и жучок, — восторженно произнес Ярослав. — Дорогу себе выгрыз и влез.
— Тебе выгрызать незачем. Составляющие сами перед тобой расступаются и стелются под ноги, чтобы ты никуда не свалился. Особенно, когда я рядом, у тебя пока маловато знаний и сил, чтобы зайти далеко.
— А у Ладанэ много?!
— Не кричи. Она тоже не одна придет.
— Сволочь, — припечатал Ярослав.
Одно дело самому заниматься не пойми чем, рискуя то ли жизнью, то ли разумом. Другое дело, если потом еще и жена приходит, чтобы домой отвести. Как загулявшего алкаша, на самом деле.
— Если она хоть как-то пострадает, неважно как, пусть даже ноготь сломает, я тебе крылья оторву, — мрачно пообещал Ярослав. — С садистским удовольствием.
— Я бы тебя сам вынес, но в силу некоторых обстоятельств появиться ни в одном материальном мире пока не могу, — отозвался дракон.
Спокойный и величественный. Хоть бери и отплясывай на нем шотландские народные танцы, может хоть тогда морда от удивления вытянется. Жалко, что ноги не держат. Да и килта нет, а без него эффект не тот.
— Какой красивый, — сказала Ладанэ.
Выдра гордо встопорщила усы, словно сама этого дракона выращивала. Огромный дракон, казалось, пылает. Язычки пламени трепетали на его шкуре, перетекали друг в друга, они не умели стоять на месте. Казалось, прикоснись к дракону, и мгновенно осыплешься пеплом. Но человек, сидевший на драконе спиной к девушке и выдре, почему-то гореть не спешил.
— Яро! — позвала Ладанэ, едва удержавшись от того, чтобы подпрыгнуть и замахать руками.
Конечно, Яро. Такая знакомая поза, он часто вот так сидит, немного ссутулившись, когда чем-то расстроен. И макушка знакомая.
Человек, сидевший на драконе, дернулся, чуть не упал и довольно неуклюже обернулся.
Выдра что-то нелицеприятное пробормотала и шустро побежала к дракону. Ладанэ поспешила следом. Бесстрашно пробежалась по драконьему крылу и остановилась только возле мужа.
— С тобой все в порядке? — спросил Ярослав, как-то бледновато улыбнувшись.
Ладанэ удивленно на него посмотрела. Беспокоиться и переживать, кажется, полагалось ей.