Страница 29 из 48
– Ты там держи себя в руках, Асланов. Нам сейчас конфликт с Коршуном и тобой ни к чему. Слишком близко подобрались. Терпи. Знаю, что трудно, но операцию не смей срывать.
– А если он ее… – Андрей скривился как от боли и сжал руку в кулак.
– Не знаю, Асланов. Одно могу сказать, держись от нее подальше сейчас. Не дай бог Коршун заподозрит вас обоих – дело сорвется и жертвы будут, понял? Отстранять тебя уже поздно. Так что будь профессионалом. Ты же под прикрытием, ты знал, на что шел, когда тебя вербовали, вот и доказывай свою проф. пригодность.
Андрей метнул на друга гневный взгляд.
– Ты, пойми, Асланов. Не до любви и дружбы сейчас. Там синдикат. Там наркота такими оборотами крутится, что тебе и не снилось. Возьмем Ваху и Коршуна – накроем всех остальных.
– Ясно. Я все понял.
Андрей встал из-за стола и молча пошел к выходу. Артем его не остановил, лишь яростно поставил бутылку на стол и закурил. Потом подозвал пальцем официантку и заказал рюмку водки.
– Куда мы едем, Славик? Мы так не договаривались. У меня скоро встреча с Владимиром Александровичем. Ты сам говорил, что я должна ему понравится…и… Славик!
Тимофеев зыркнул на Нику из-под нахмуренных бровей.
– Надо кое с кем встретиться. Сиди, Серебрякова. Если едем – значит нужно.
Славик повернул машину в узкий переулок и остановился в ветхом квартале. Ника испуганно осмотрелась по сторонам. Нехорошее предчувствие овладело ею.
– Что расселась? Пошли – буркнул Славик и открыл дверцу с ее стороны. Ника нехотя вылезла из машины. Они прошли среди дворов, и попали в старый обшарпанный подъезд.
– Где мы?!
– Меньше знаешь, Серебрякова – лучше спать будешь. Лифт не работает.
Ника брезгливо поднималась по грязным ступеням, стараясь не коснуться вонючих заляпанных стен. Они остановились возле зеленой двери и Славик позвонил два раза. Им открыли через пару секунд. Ника с опаской посмотрела на бритоголового качка в черном костюме и прошла в прихожую. Обоих тут же обыскали и Нике показалось, что бритоголовый именно ее досматривал с особым пристрастием. Затем тот провел их в роскошную залу. Навстречу девушке вышел немолодой мужчина лет сорока. Очень аккуратно одетый, гладко выбритый, но взглянув на него, она вздрогнула – возле левого глаза уродливый шрам от ожога.
«Он странно на меня смотрит…его глаз…он…Господи, это тот человек, о котором мне говорил Славик – это Одноглазый. Он убил Свету»
Волна дикого ужаса затопила все ее существо. Девушка замерла на пороге.
– Ну, что ты так смутилась, красавица? Проходи, здесь всегда рады женскому обществу. А ты, Славик – можешь подождать девушку в машине. Мы тут без тебя потолкуем.
Голос Геннадия был вкрадчивым, липким и неприятным.
– Но…
– Я сказал – пошел вон!
Одноглазый голоса не повысил, но в нем зазвучали такие нотки, что Ника снова вздрогнула. Посмотрела, как Тимофеев тут же вышел из залы.
– Вероника, не так ли?
– Да.
– А я Геннадий Петрович. Вот и познакомились. А то работает на меня человечек, а я и не видел его ни разу.
« Как он подчеркнул первые два слова. Дает мне понять, что теперь я от него завишу»
– Присаживайся, милая. Чай будешь или кофе?
– Воды…Просто воды если можно.
Вероника село на краешек стула и вновь посмотрела на Одноглазого.
– Напрасно от кофе отказываешься. Впрочем, как хочешь. Ну, так что Вероника, работать будем? Когда меня приятными новостями порадуешь?
Ника в недоумении посмотрела на Геннадия.
– А что так невинно глазками хлопаем? Денежки ты получила, а результатов нет. Вот скажи мне, Вероника – как поступить с человеком, который недобросовестно исполняет свою работу…
Он посмотрел на Нику в упор, и ее бросило в дрожь от этого ледяного взгляда.
– Уволить – дерзко ответила она…
Тот расхохотался.
– Как я уволю работника, которому уже заплатил за работу? Сначала он должен выполнить свою часть договора, а потом пусть идет на все четыре стороны.
Ника хорошо понимала, на что он намекает.
– Молчишь…У меня есть два варианта…Ты можешь выбрать такой какой тебе больше по нраву. Первый, это хороший вариант – я прощаю работника, плачу ему еще денег и он за это отрабатывает как положено естественно получает сверхурочное задание виде компенсации работодателю…Второй вариант плохой – за долги я конфискую все имущество работника. Или заставлю отрабатывать его семью…
Он поднял тяжелый взгляд на Нику. Девушка внутренне сжалась. Что-то щелкнуло внутри. Она поняла, на что он имеет ввиду… Ее семья – это мама и дети.
– Какой вариант ты выбираешь Вероника? Думай быстрее – у меня не так уж много времени. Если ты думаешь, что я не найду способ заставить тебя расплатиться – ты сильно ошибаешься – в этой стране я могу достать человека из-под земли. Мертвого подниму из могилы. Как ты считаешь, Вероника, будет ли мне трудно найти всего лишь двоих детишек?
Вероника вскочила со стула.
– Сесть! – спокойно сказал Геннадий, и она послушно подчинилась.
– Не надо – ее голос сорвался, и звук перешел в хриплый шепот.
– Вот и я думаю, что не надо. Так не хочется становиться монстром. Я ведь добрейший человек, Вероника. Просто люди вынуждают меня становиться жестоким. Я щедро плачу тем, кто мне верен. Ты можешь в этом убедиться сама.
С этими словами он подвинул к Нике ногой маленький кейс.
– Открой.
Девушка наклонилась, подняла с пола кейс и щелкнула замком. Деньги. Много денег. Она даже не в состоянии сказать сколько.
– Десять тысяч баксов. Не состояние, но все же довольно неплохо для скромной мамы-одиночки. Это аванс. Сделаешь то, о чем я прошу – получишь еще двадцать. Но так как тарифы увеличились, то и задание усложняется.
Она молча посмотрела на ненавистного шантажиста.
– Ты станешь моими глазами и ушами в доме Коршуна. Ты будешь находиться рядом с ним все время. Найди способ приблизиться как можно ближе. В этом кейсе, в карманчике, лежат жучки. Знаешь, что это такое? Прослушка. Ты прицепишь эти штуки по всему дому. С этого момента я должен знать обо всем, что там происходит. Каждый шаг этого зверя будет под моим контролем. И конечно же код. Это конечная цель. Поняла?
Ника почувствовала. Что ей стало трудно дышать…
– Но как я это сделаю? Как?
Одноглазый усмехнулся
– Мне тебя учить? Господи, что за дуру мне подсунул Славик?
Он поднял глаза к потолку.
– Оттрахаешь этого мужика, да так чтобы у него искры с глаз посыпались, что б захотел тебя и завтра и послезавтра. Не знаю в какие там игры вы женщины умеете играть. Пусть превратиться в твою игрушку, в твоего верного раба. Есть у меня для тебя подсказка. На – почитай на досуге – может пригодится. Это история жизни Коршуна с самого его рождения. Досье собранное мной по крупицам. У федералов нет и десятой доли. Тут все. Включай мозги и пользуйся, Вероника. А нет мозгов – нет семьи. Так что давай, работай. Деньги возьмешь сейчас. Славику не дашь ни копейки. Смени свой гардероб полностью, оденься, так как ему нравится. В этой папочке найдешь ответы на все вопросы. И еще, Вероника, может с ним лучше сразу в постель и не кидаться. Но доведи его до крайности. Пусть бегает за тобой, свесив язык, поняла?
Вероника дрожащими руками положила папку в кейс.
– Я так не умею… – прошептала она.
– Научись! И времени у тебя совсем мало. Если не хочешь чтобы я начал поиски твоих близнецов. То, что ты их спрятала, я и так знаю, мне не составит труда вычислить где. А теперь ступай. Сделаешь домашнее задание – все у тебя получится. Через два дня тебе позвонят за новостями. За это время пристроишь в доме жучки. Добро пожаловать в мою дружную команду. И еще – надумаешь к ментам сходить – все равно узнаю, у меня там тоже уши имеются и ручки мои очень длинные.
Вот и похоронили Свету. Даже не верится, что под свежими, мерзлыми комьями земли лежит ее Светка. Такая жизнерадостная, такая веселая. Как же она ненавидела холод. А теперь будет мерзнуть в одиночестве наедине с венками и живыми цветами. Людей собралось так мало, что у Ники стало серо на душе. Неужели это и все? Неужели не смогли прийти или испугались? Ненависть на весь мир обуяла ее. Почему люди такие эгоисты? Почему прячутся в скорлупу повседневности? Откуда это безразличие? Только одинокие звонки и соболезнования…соболезнования…соболезнования. На поминках было довольно тихо. Выпили, закусили и разошлись по домам. Когда Светка была жива, сколько народа вокруг нее крутилось, а как не стало ее, так и все друзья-прихлебатели сгинули.