Страница 23 из 48
Остановился у двери и глубоко вздохнув, хотел постучать, но та распахнулась сама. Корецкий пропустил бывшего друга в квартиру. Несколько минут они смотрели друг на друга, затем все так же молча, пошли на кухню. Артем рукой указал на стул, но Асланов так и остался стоять.
– Говори – скомандовал Артем и поставил чайник на плиту.
– Бросил, значит! – Выдохнул Андрей – Бросил ее с детьми? Надоела? Главное у меня отнял, а потом выкинул?
Движения Артема были молниеносными. Он резко развернулся и с такой силой заехал Андрею в челюсть, что тот упал. Корецкий склонился к нему и рывком поднял за шиворот на ноги, прижал к стене.
– Это тыыыыы! Тыыыы ее бросил! – Взвыл Артем – незнаю что ты там себе напридумывал, какая шлея попала тебе под хвост, но сегодня ты меня выслушаешь! Ты будешь слушать все, что я тебе скажу.
Андрей ловко подмял друга под себя и схватил за горло.
– Ты с ней спал! Тебя видели соседи! Я все знаю!
– Не было ничего! Никогда не было! Ты идиот! Самодур!
– Лжешь!
Андрей придавил еще сильнее.
– Не лгу, просто ты не хочешь слушать правду! Я не спал с Вероникой никогда! Да, она мне нравилась, но она любила только тебя. Ты ее бросил беременную. Слышишь, мать твою?! Ты ее бросил!
Руки Андрея постепенно ослабили схватку и он сел на полу, прислонившись спиной к стене. Достал сигарету и закурил.
– Я приехал тогда рано утром. Витек бухой был. Сказал, что ты к ней почти каждый день приезжал. Поднялся в квартиру, а там белье на полу, окурки в пепельнице и бутылка на столе. Что я мог подумать?
Артем закашлялся, с трудом приподнялся и сел рядом. Отобрал у Андрея сигарету и жадно закурил, тот достал другую.
– Мальчишник… – простонал Артем и потер шею, где ясно отпечатались следы от пальцев Андрея.
– Что?!
– Мальчишник мы там устроили. Святский женился. Пока тебя не было встретил какую-то девчонку-малолетку. У него хата однокомнатная, туда толпой не завалишься. Ника твоя сама предложила. Мне идея понравилась. Она к Светке укатила, а мы к ней. Ну конечно девочки, выпивка, стриптиз. Свидетелей куча, Асланов. Все наши были.
Андрей резко ударился затылком о стену и со стоном закрыл глаза.
– Это тебе надо набить морду, Асланов, чтобы в ней мозгов прибавилось. Я и сказать ничего не успел. Черт из-за тебя придурка в больнице месяц валялся. Ты мне ребро сломал. Да плевать на меня. Ты хоть понимаешь, что ты с ней сделал? Ты ее уничтожил, морально. Просто размазал. Каждый из нас мечтал встретить тебя и прибить. Ника совсем без денег осталась. Беременная. Мать больная. Мы все по очереди к ней приезжали. Бабки она не брала. Ты ее знаешь – гордая. Так мы продуктами. Я про твой визит ко мне, перед отъездом, не рассказывал – пожалел.
– Дети мои? – тихо спросил Асланов и затянулся дымом. Душа рвется от сомнений. Липкий страх получить утвердительный ответ ползет по спине ручейками пота.
– Еще раз спросишь – убью! Не смей о ней так, понял?! Она святая. Я таких никогда не встречал. Все эти годы никого у нее не было. Все тебя идиота любила. Я сразу понял, что ты на предложение майора согласился. Куда еще мог деться? Словно растворился. Он и мне тогда предлагал, но я еще думал.
Артем поднялся с пола и протянул руку Андрею, тот отмахнулся и взъерошил волосы. Эмоции зашкаливают.
«Мои дети…Мои…Мои…Ника, почему ты молчала?! Почему ничего не сказала?! Я имел право знать…Нет я не имею никаких прав. На коленях буду молить – не простишь»
– Почему раньше не сказал?
– Не имел права. Ника решает знать тебе или нет. Сейчас ты меня к стенке припер, а вообще не заслужил ты ни ее, ни девочек. Гнать тебя в шею, как кобеля поганого. Если б мог сам бы все зубы тебе повыбивал. Такое счастье в руках держал и упустил. Приговорил ее без суда и следствия. Он думал…Ему сказали… А мозги включать не пробовал, Асланов? Все рубишь с плеча.
Андрей посмотрел на друга и опустил голову.
– Прав ты, Корецкий. Каждое твое слово – истина. Если хочешь бей – сопротивляться не буду. Вторую щеку подставлю.
Артем пожал плечами.
– Тебя жизнь побьет, Андрей, если уже не побила. Несчастный ты человек. Сам себя сожрешь, я тебя хорошо знаю. Вот и живи с этим, Асланов, кусай локти. Смотри, как она жизнь свою без тебя строит.
– Она с Коршуном теперь. Разве этого ты ей желаешь, Артем? Что можно построить с бывшим уголовником – ему пожизненное светит у нас.
Артем как раз доставал бутылку водки из шкафчика. Замер.
– Что значит с Коршуном?!
– Не знаю. Сам в шоке. Сегодня их вместе в ресторане видел. Он на Нику запал не по детски. Помнишь, я ее устроил работать в мелкую компанию, они тогда электронику из Кореи возили?
Артем кивнул и открыл бутылку. Разлил водку по стаканам и протянул другу. Андрей залпом выпил и зажмурился, вздрогнул.
– Еще – протянул стакан Корецкому, – так вот теперь эта фирма «Телеком» называется. Тимофеев козлина жирная всем заправляет. У него какие-то дела с Коршуном. Так понимаю – Нику втянул. Не чисто там все, нюхом чую. Сегодня Светку зарезали в парке Горького. Похоже на заказное. Черт, Артем….что делать?!
Корецкий придвинул табурет и сел напротив друга.
– Разберусь. Завтра пробьем «Телеком» по полной и Тимофеева этого тоже. Ты понимаешь, что эта сегодняшняя выходка может выйти тебе боком? Агенту позвонил, потом сам приехал. Засветить ты меня мог и себя тоже. А что если Коршун за тобой слежку установил?
– Нет. Все чисто. Я проверял. Ника с ним понимаешь? Пока просто ухаживает за ней. Но как дальше операцию проводить? Попадет под раздачу.
Артем потер подбородок.
– Сам не знаю, но тормозить уже поздно. Скоро брать его будем. Оставь все как есть.
Андрей поднялся с пола.
– Как есть?! Смотреть, как этот окучивает ее? Как смотрит на нее похотливыми глазками и мечтает трахнуть, если уже не трахнул?! Думаешь, я смогу на все это закрыть глаза?!
– Ты профессионал, капитан. Ты уже годами там квасишься. Личное – в сторону. Мы такой клубок распутать можем, ниточки к самым верхам потянуться. Целый синдикат, понимаешь? Тут не до личного, Асланов.
– Может пусть уедет с детьми куда? Охрану к ней приставим…
– Не дури. Коршун сразу поймет, что его пасут. Он далеко не дурак. Он свои делишки годами крутит у нас под носом. Такие партии оружия и наркоты переправляет – что тебе и не снилось. То, что они сейчас задумали – это грандиозно. Товар вывезти в коробках из-под сотовых на которые и накладные есть и лицензия. Да их и проверять почти не будут. Проскочат у нас под носом и полетят наши головы. Ты остынь. Будь рядом и башку свою горячую остуди. Запахнет жареным – Нику спрячем, понятно?
Андрей обреченно кивнул отобрал бутылку у Артема и отпил водку прямо из горлышка.
– Они мои крестницы
Посмотрел на Артема, тот резко встал с табурета:
– Подожди, я сейчас.
Ушел. Андрей тихо застонал и сцепил пальцы. Голова раскалывается от тупой боли в висках. Никакая водка не поможет. Все что сейчас сказал Артем, выворачивает душу наизнанку. Чувство презрения к самому себе так сильно, что хочется биться головой о стены. Все эти годы он проклинал ее, ненавидел, презирал. Он сделал все, чтобы ее унизить. Развелся не оставив ни копейки – только квартиру. Что он может хотеть теперь? Ни на что не имеет права – только ползать в ногах и вымаливать прощения. Просить увидеть детей. Жалко умолять выслушать и понять. Что понять? Он ее бросил. Не дал ни малейшего шанса защититься, оправдаться. После всего, что было между ними, вылил на нее ушат помоев. Смаковал свою участь несчастного рогоносца. Артем прав – он сам себя сожрет, обглодает до костей. Прежде чем Ника его простит. Даже если и случится чудо – он не простит себя никогда.
Корецкий вернулся и протянул Андрею фотографию.
– Катюша и Анюта. Черт, твои копии. Никакого ДНК не надо, чтобы понять, чьи дети.
Медленно протянул дрожащую руку и взял снимок. Сердце дернулось как в агонии. С фото на него смотрят две малышки. Улыбаются. Защемило душу. В глазах печет. Провел большим пальцем по мордашкам. Закрыл глаза…Как они росли…какое у них голоса…что они любят…Его дети…его плоть и кровь.