Страница 78 из 115
Нет, огромного волка, но со странными, прозрачно-голубыми глазами маджай-хи.
Давний предок маджай-хи, в точности такой, как те, кого Малец видел в воспоминаниях Вельмидревнего Отче. Ликэн помнила одного из первых стихийных духов, которые явились в мир во плоти во времена Забытой войны.
— Иль… са… мар… — прохрипела вампирша, а затем ее хрип затих.
Иль'Самар — вот и все, что удалось разобрать Мальцу из ее безголосого лепета.
Почему она вспомнила стихийного духа, рожденного во плоти, — да и просто стихийного духа, — а потом сразу же Врага с тысячью имен?
Малец отпрянул, выйдя из сознания вампирши, но его по-прежнему удивляло, что она не помнит никого, кто говорил бы вслух, кроме Винн.
Ликэн, это ходячее обиталище смерти, умела писать, хотя и не всегда осмысленно. Однако устная речь перестала для нее существовать так давно, что она позабыла даже звук собственного имени.
Магьер всем своим существом ощущала близость вампира, но это ощущение было не таким, как всегда. Оно сочилось из камней, снега и воздуха, но конкретного источника у него не было… а зов, звучавший внутри ее, шал и шал вперед, вверх.
В стылом воздухе, в легком дуновении ветерка был запах крови.
Оша заглянул в сумрак за скальной стеной и громко закричал:
— Сгэйльшеллеахэ!
Сгэйль сломя голову пробежал мимо Магьер. Она бросилась вдогонку, по пятам за ней — Лисил. Прежде чем они успели добежать до Оши, он рухнул на колени в глубокий снег.
Стену ущелья рассекал, поднимаясь вверх, каменистый желоб, и на дне его, сбоку, лежало неподвижное тело.
— Курхкаге! — прошептал Сгэйль.
Один глаз мертвого эльфа был широко раскрыт, на месте другого виднелся только шрам. Легкий снежок припорошил его смуглое лицо, распахнутый спереди серо-зеленый плащ был отчасти прикрыт белой тканью. Туника на груди почернела от замерзшей крови, и посреди этого черного пятна зияла дыра, из которой торчали обломанные ребра.
Лисил что-то прошипел сквозь зубы, и Магьер резко развернулась.
Он остановился как вкопанный на дне ущелья. Что-то выкатилось из-под его ног, то, что он на бегу нечаянно задел под снегом.
Это была голова, и кровь на истерзанном обрывке шеи смерзлась, превратившись в красный лед.
— Ахаркнис! — выдохнул Сгэйль и замотал головой, не веря собственным глазам.
— Откуда?.. — простонал Оша и перешел на эльфийский.
Сгэйль слабо махнул рукой, приказывая ему замолчать.
Магьер едва заметила их потрясение и скорбь. Она слишком была сосредоточена на том, чтобы не дать волю своей дампирской натуре. Если она сейчас обратится к Сгэйлю, то захочет силой вытрясти из него ответ. Откуда взялись другие анмаглахки в этих горах, так близко к месту, в которое она стремится?
Лисил остановился рядом со Сгэйлем. Лицо полуэльфа было непроницаемо.
— Вы их знали?
— Да, — прошептал Сгэйль, — Курхкаге был ходатаем Оши, когда тот просил о приеме в касту.
Оша смотрел не моргая на единственный глаз мертвого эльфа. Смотрел до тех пор, пока его собственные глаза не заслезились.
— Что они здесь делали? — жестко спросил Лисил.
Глухая угроза, прозвучавшая в его голосе, подстегнула гнев, который копился в Магьер. Потрясение на лице Сгэйля сменилось настороженностью.
— Не знаю.
— Так подумай! — рявкнул Лисил. — Как это связано с нами?
Сгэйль развернулся к нему:
— На что ты намекаешь?
Лисил не ответил. Просто стоял, поглядывая на лежавшую в снегу голову.
Запах крови, щекотавший ноздри Магьер, усилился.
— Клянусь, не знаю, — твердо повторил Сгэйль и отвел взгляд. — Мне об этом ничего не известно. Руки Курхкаге… он даже не успел обнажить оружие.
Лисил оттолкнул плечом Ошу и присел на корточки рядом с убитым анмаглахком.
Магьер не сводила взгляда с оторванной головы. На мертвом лице, наполовину залепленном снегом, застыла гримаса ярости.
— Здесь могут быть и другие анмаглахки? — спросил Лисил, и Магьер показалось, что голос его доносится издалека.
— Нет, — по-белашкийски ответил Оша. — Наша каста не бросить их… совершить ритуал для мертвый. Мы сделать это сейчас.
Голос Лисила стал громче:
— Нет, сначала мы найдем Винн и Мальца!
Магьер окинула взглядом заполненное снегом ущелье и разглядела неподалеку продолговатый холмик.
Она поняла, что там, под снегом, лежит безголовое тело, и, присев на корточки, подняла оторванную голову. Промерзшие волосы захрустели в ее руках.
— Магьер! — окликнул Лисил.
— Что она делает? — Голос Сгэйля зазвенел от тревоги.
То, что Магьер не делала с тех пор, как в Беле они охотились за вампиром, который убивал аристократов. Тогда Магьер, взяв в руки платье убитой девушки, как бы оказалась на месте Вельстила в тот миг, когда он разорвал несчастной горло на пороге ее собственного дома.
Здесь лежат двое мертвых анмаглахков, а она чует вампира, да такого, какой ей еще ни разу не встречался. Чутье и кровь отчасти подсказывали Магьер, что здесь произошло. А Мальца и Винн они пока что так и не нашли.
Магьер содрогалась при мысли о том, что может узнать… увидеть глазами вампира, прикасаясь к его жертве. И все же она должна узнать правду. Должна…
— Магьер! — закричал Лисил. — Не смей!
Магьер с головой накрыли тьма и вьюга минувшей ночи.
Она сверху вниз смотрела на анмаглахка, прижатого к снегу между ее узкими белыми бедрами. Прежде чем он успел взмахнуть длинным изогнутым клинком, она грубо схватила его за лицо. И, запустив тонкие белые пальцы в его волосы, вонзила зубы в горло.
Она ощутила, как ее клыки разрывают кожу, мышцы, сухожилия. Кровь наполнила ее рот и потекла в горло. Она изогнулась, резко откинувшись назад, рывком оторвала голову у эльфа и уставилась на кровавый бесформенный комок, который держала в другой руке.
Она не испытывала ни малейшего желания насытиться жизнью жертвы. Потому что уже была сыта, потому что постоянно кормилась чем-то невидимым. И внезапно в ее обнаженную спину вонзились когти.
Магьер резко развернулась и увидела Мальца. Пес рычал, скаля зубы, шерсть на его загривке встала дыбом. Он наскакивал на Магьер до тех пор, пока она не оттолкнула его. Частица прежней, настоящей Магьер болезненно сжалась в груди при виде того, как пес отлетел к стене ущелья, ударился о камень и рухнул, недвижим, в глубокий снег.
Магьер хотелось закричать, броситься к нему.
Хрупкое белокожее существо, в которое она временно воплотилась, повернулось к одинокой фигурке, застывшей у входа в желоб.
Магьер пыталась остановить себя, но ее тонкая белая рука обхватила горло Винн. А затем она отшатнулась, съежилась, услышав крик девушки.
Магьер не знала, почему голос Винн причинил ей такую боль, так напугал ее… и тут же пробудил страстное желание слышать его снова и снова. Она побежала вверх по желобу, за руку волоча следом Винн, а за спиной у нее все глуше становился шорох камней под лапами Мальца.
Она выскочила из желоба… и тут ее щеку ожег сильный удар.
Голод жаркой волной захлестнул Магьер.
Она покатилась в снег, и кто-то вышиб у нее из рук голову мертвеца. Челюсти ныли, но не оттого, что удлинялись зубы. Она чувствовала вкус крови… настоящей крови…
— Что ты творишь?! — Голос Лисила срывался на истерический визг. — Думаешь, одни только сны могут свести тебя с ума?
Он согнулся над Магьер, одной рукой упершись в ее грудь. Другая рука его была сжата в кулак. И не ярость пылала в его янтарных глазах, а слепой ужас.
Глаза Магьер защипало. Небо над Лисилом ослепительно сверкало, но и вполовину не так ослепительно, как его волосы, обрамлявшие смуглое лицо.
Магьер сгребла его за отвороты куртки, рывком приподнялась.
— Твои глаза… — прошептал Лисил. — Они почти целиком черные!
За спиной у него стояли Сгэйль и Оша, и на лицах у них ясно читались суровая настороженность и страх.
Магьер хотела сейчас только одного — бежать к желобу.