Страница 55 из 115
Один за другим они поднимались, мертвенно-бледные, и выбредали из темной полосы прибоя на берег. Забел прыгнула за борт за минуту до Чейна, но из моря вышла последней, вслед за Джакебом.
Чейн помотал головой, помахал руками, стряхивая с себя морскую воду, а затем устремил взгляд на юг.
— Мы достаточно далеко отплыли? — спросил он. — Магьер нас не почует?
Вельстил обвел изучающим взглядом берег:
— Нет, не почует… если она спаслась.
Голос его прозвучал так неуверенно, что Чейн вначале испытал непритворное наслаждение. Если Магьер погибла, Вельстилу придется несладко и, скорее всего, он никогда уже не отыщет свое вожделенное сокровище. Все, что могло уязвить Вельстила, теперь доставляло Чейну несказанную радость, однако эта радость погасла так же быстро, как вспыхнула.
Если не сумела спастись Магьер — каковы шансы выжить у Винн?
— Проверь сейчас же! — прошипел Чейн. — Доставай свое треклятое блюдо!
Вельстил обернулся, остро глянул на него:
— Именно это я и собирался сделать.
Он присел на корточки, открыл свой промокший мешок и, достав блюдо с полукруглым дном, стряхнул с него капли морской воды. Повернувшись спиной к Чейну, он вынул кинжал. Больше Чейн ничего не сумел разглядеть, только слышал, как Вельстил завел негромкий речитатив.
Наконец Вельстил поднял голову, минуя взглядом Чейна, посмотрел на юг:
— Она жива… и находится недалеко отсюда.
Эти слова лишь подлили масла в огонь, пожиравший Чейна изнутри.
— Но это, — прибавил Вельстил, — ничего не говорит об участи твоей маленькой книжницы.
Чейн не мог сам узнать, что с Винн, — его сразу бы почуяли и выследили. Без помощи Вельстила, вернее, его «кольца пустоты» он бессилен. И еще хуже обернется дело, если за ним увяжутся дикие вампиры и их обнаружат. Чейн не хотел, чтобы эти твари добрались до Винн… если только она жива.
От ночи оставалась еще половина, но дальше они не пойдут. Смертные сейчас уже спят, а завтра после захода солнца Вельстил точно выяснит, в каком направлении двинулась Магьер.
— Пойду отыщу место для лагеря, — прошипел Чейн и направился к лесу.
ГЛАВА 12
Сгэйль проснулся с первыми проблесками зари, однако не подавал голоса, пока не начали просыпаться остальные. Он чувствовал себя вялым и почти неотдохнувшим. К удивлению, костер горел до сих пор — кто-то всю ночь постоянно подбрасывал в него топливо. Сгэйль приподнялся и увидел Ошу: тот сидел на корточках, бдительно охраняя лагерь.
Сгэйль ничего не сказал, но подумал, что прошлой ночью, возможно, был слишком суров со своим юным учеником.
Штаны его остались слегка сыроваты, зато сапоги и туника более-менее просохли у огня. Матросы, проснувшись, при свете дня почувствовали себя в большей безопасности, и кое-кто направился ближе к воде. Вскоре одни эльфы уже развели костры для приготовления пищи, а другие отправились собирать ягоды или искать на прибрежных камнях моллюсков. Сгэйль наблюдал за тем, как они без лишних разговоров занимаются этими обыденными делами, когда к нему подошел хкомас.
В утреннем свете его ожоги выглядели гораздо хуже. Он не показывал виду, но Сгэйль-то знал, как ему больно.
— Мы двинемся вдоль моря, — сказал хкомас. — Лес в этих местах густой, а людские земли слишком близко. Чем дальше мы уйдем на север, тем безопаснее, лучше держаться берега, чтобы нас смогли отыскать наши суда.
Сгэйль согласился с ним, но, поколебавшись, сказал:
— Я пойду на юг со своими подопечными, как того требует обет защиты.
В янтарных глазах хкомаса мелькнуло удивление. Все Ан'Кроан почитали обычай защиты, но, быть может, хкомас ожидал, что для Сгэйля первостепенна забота о своих соплеменниках. Пожилой эльф нахмурился и, повернувшись, пошел к морю.
Сгэйль вздохнул и огляделся в поисках своих подопечных. Винн снова надела эльфийский наряд — мешковатую тунику и закатанные штаны. Она и Оша в компании нескольких матросов отправились за ягодами, а Магьер и Лиишил между тем пересматривали вещи, которые им удалось вынести с горящего корабля. Благодарение предкам, что они прихватили и дары хейнасов.
И что удивительнее всего — на спине за поясом у Магьер виднелся ее кинжал. Теперь у него была рукоять из живого дерева, обмотанного кожей, в точности как просил Сгэйль у корабельного хкеда. Оставалось только гадать, когда и каким образом Магьер успела забрать кинжал.
Малец бродил среди матросов, которые искали моллюсков. Он обнюхивал прибрежный песок и то и дело принимался громко лаять. Матросы сбегались на этот сигнал и копали в том месте, где стоял пес. Нынче утром, похоже, соплеменники Сгэйля были не против того, что среди них оказались люди, полукровки и даже сбившийся с пути истинного маджай-хи. Сгэйль уже хотел присоединиться к поискам еды, когда к нему несмело подошла девушка — стюард хкомаса.
— Меня зовут Авранверд, — представилась она.
— Я знаю, кто ты такая, — ответил Сгэйль и натянул сапоги.
Глаза девушки на миг расширились.
— Можно мне с тобой поговорить… Сгэйльшеллеахэ?
Сгэйль замер — ему вдруг стало не по себе. Его встревожило то, как напряженно держалась эта девушка.
— Да, конечно, — ответил он.
Авранверд указала рукой на край прогалины, подальше от лагеря:
— С глазу на глаз.
Сгэйль сейчас был не в настроении разгадывать загадки, однако вслед за девушкой отошел туда, где их никто не мог услышать. Не глядя ему в глаза, Авранверд сказала:
— Я должна отправиться с вами.
Тревога, охватившая Сгэйля, усилилась.
— Твое место рядом с хкомасом и другими матросами. Тебе нечего бояться. Придет наш корабль и заберет всех вас.
Авранверд покачала головой:
— Я не беспокоюсь за свою безопасность. Просто я… меня послал Вельмидревний Отче, чтобы следить за людьми.
— Этого быть не может! — отрезал Сгэйль. — Ты не анмаглахк.
— Но я буду анмаглахком! — возразила девушка и наконец посмотрела ему в глаза. — Вельмидревний Отче послал меня… поручил мне эту миссию. Я должна пойти с вами!
Она говорила так искренне и уверенно, что Сгэйль почти поверил ей. Он ощутил, как кровь отхлынула от лица. Как мог Вельмидревний Отче поручить это дело девчонке, не прошедшей обучение? И зачем посылать кого-то еще следить за подопечными Сгэйля… как будто ему нельзя доверять?
На юном лице Авранверд мелькнула тень беспокойства.
— Сгэйльшеллеахэ?..
Сгэйль одарил ее таким взглядом, что она съежилась.
— Слушай меня внимательно, — начал он, принуждая себя говорить спокойно. — Ты останешься здесь и вместе с экипажем корабля вернешься домой. Попробуй только поступить иначе — и я обо всем расскажу хкомасу.
— Но я… у меня миссия… от Вельмидревнего Отче! Есть и другой…
Сгэйль не дал ей договорить:
— Грош цена будет твоей миссии, если хкомас и все мореходные кланы узнают о твоих тайных делишках! Ты должна служить только своему хкомасу и экипажу!
Он схватил Авранверд за запястье, чтобы отвести ее в лагерь, но не успел сделать и трех шагов, как девушка вырвалась. Она смотрела на Сгэйля и качала головой с таким видом, словно мир, который она почитала цельным и незыблемым, вдруг рухнул ей на голову.
Сгэйль не проронил ни слова, отвечая Авранверд непререкаемым взглядом. Девушка повернулась и бросилась бежать.
Ему давно уже осточертело терпеть безмерное обожание и лелеять чьи-то разбитые иллюзии. Теперь, пожалуй, он понимал, почему Бротандуиве и другие старейшины касты так упорно сторонились своих соплеменников. Ан'Кроан видели только своих героев и защитников в серо-зеленом одеянии анмаглахка, но понятия не имели, каково это на самом деле — быть анмаглахком.
Сгэйль давно уже старался не замечать растущей неприязни между Вельмидревним Отче и Бротандуиве. Каждый из них, судя по всему, стремился что-то получить от его нынешней миссии… и ни тот, ни другой не удосужился откровенно рассказать о своих ожиданиях. Сгэйль не знал, кому доверять, и от этой мысли голова у него шла кругом.