Страница 64 из 67
«Перед тем как переместиться из Центро в соседние, тоже исторические, кварталы Санта-Тереза и Лапа, передохните и выпейте чашечку чудодейственного бразильского кофе в кафетерии „Коломбу“. Эта кофейня была построена еще в 1894 году и сохранила все роскошества интерьеров позапрошлого века», — подсказывает мне путеводитель. Слушаюсь его, нахожу «Коломбу» и заказываю чашку кофе и ананасовое парфе. Ноги мои гудят, но сдаваться нельзя! Я не могу покинуть Рио, не увидев своими глазами все, чем он славится!
Выйдя из кофейни, чувствую прилив сил и слышу звон. Мелодичное треньканье в отдалении. Честно говоря, сначала я подозреваю, что звенит у меня в ушах. Может, от переизбытка впечатлений или от кофе? Все-таки настоящий бразильский кофе, похоже, действительно изменяет сознание. Но нет! К странному звону добавляется отнюдь не такой мелодичный грохот, и из-за поворота появляется настоящее чудо! Симпатичный, стилизованный под старину красный трамвай! Ах да, я же видела рельсы, когда искала кофейню. Видимо, трамваи ходят тут редко. А может быть, это и не трамвай вовсе, а какой-нибудь музей на колесах или ресторан вроде московской «Аннушки»? Трамвайчик приветливо звякает и останавливается возле меня. Смешно: должно быть, здешние трамваи подбирают пассажиров по требованию в любом месте, как наши маршрутки! То-то трамвайных остановок нигде не видно. Залезаю в гостеприимный транспорт. Трамвай переполнен и на музей с рестораном никак не похож.
— Santa Tereza! — кричит кондуктор.
Ага, Санта-Тереза! Это один из центральных районов Рио, что-то вроде местного Монмартра. В XIX веке Санта-Тереза считалась удивительно красивым и престижным местом, здесь находились особняки лучших семей Бразилии.
По мне, Санта-Тереза хороша и сегодня. Вижу очаровательный колониального вида особняк с цветочными горшками в окошках и решаю выйти. Кричу вагоновожатому что-то типа «Стоп, пор фабор!» и через секунду оказываюсь на тихой узкой улочке в окружении старинных построек. Закрываю глаза и представляю, что я в XVIII веке. Интересно, как бы я себя вела, если бы оказалась португальской колонизаторшей? Придворной дамой при королеве Марии I? А если бы я, наоборот, была африканской рабыней, которую насильно доставили кораблем из родной Замбии в Бразилию возделывать кофейные или тростниковые плантации? Что бы чувствовала я тогда? А вдруг бы мне повезло и я вместо плантации попала бы в услужение к знатной белой леди? Стала бы убирать ее роскошный особняк. А однажды моя стройная и гибкая, как у черной пантеры, фигура привлекла бы внимание мужа хозяйки — важного и богатого белого господина. И он за ласку подарил бы мне бусы… Тут мои фантазии снова упираются в многострадального Льва. Фу, что за глупые ассоциации: рабыня, хозяин… Нет уж, лучше я буду фавориткой при дворе.
Возвращаюсь в реальность. Мне предстоит отыскать и посетить «Шакара-ду-Сеу» («Chácara do Сéu», порт. «Домик неба») — это дом-музей мецената Раймунду Кастру Майа. Музей оказывается практически за углом. Эх, жаль, что я не сильна в искусстве! Правда, в седьмом классе я ходила в кружок при Музее изобразительных искусств имени Пушкина, но недолго. Поэтому о прекрасном знаю немного: импрессионисты, Шишкин с мишками, Левитан, который все свои лучшие работы написал с похмелья, Айвазовский с морем и Малевич с квадратом. Кроме шуток, в живописи я и правда не очень разбираюсь, но, любуясь по-настоящему талантливыми произведениями, получаю эстетическое наслаждение. Поэтому я провожу не меньше двух часов, бродя по прохладным залам «Шакара-ду-Сеу». Сеньор Кастру Майа собрал совершенно потрясающую коллекцию картин. Из тех, чьи имена мне знакомы, я обнаружила работы кисти Пикассо, Матисса, Миро, Портинари. Прочие произведения, судя по статусу этой частной коллекции, тоже принадлежат признанным мастерам кисти. Но, увы, всех имен я не упомню. Поразил сад вокруг дома коллекционера — причудливый, благоухающий, со странными, неожиданными и заставляющими задуматься архитектурными миникомпозициями. Смотрительница музея объясняет мне, что этот сад для сеньора Раймунду разбил сам Роберту Бурле-Маркс — знаменитый ландшафтный дизайнер.
Над Рио опускается вечер. Я отправляюсь на поиски ближайшей станции метро, то и дело сверяясь с картой. Сегодня у меня был спокойно-вдумчивый день, а мой взгляд ласкали исключительно эстетичные зрелища: самба-шоу, старинная архитектура, великолепные картины — в общем, все прекрасное и вечное.
«А надо бы добавить грязи!» — как любит говорить одна моя московская подруга, когда в жизни, на ее взгляд, все идет слишком гладко и нудно. «Когда очень уж причесано — это скучно!» — вопит тогда Милка и начинает искать приключений. Обычно я вступаю с ней в дискуссию. Но сейчас я сама настроена в подобном духе, поэтому, когда вижу вывеску «Brazil Bikini Design», — не могу удержаться! Влекомая любопытством, захожу в небольшой салон. У нас под «бикини-дизайном» понимается эпиляция соответствующей зоны тела. А у кариок, судя по рекламным плакатам в витрине, это понятие куда шире. Модель, позирующая на постере, гордо демонстрирует пирсинг в причинном месте и сложный узор из страз вокруг.
Вот сейчас как забацаю себе такой! То-то Лев Николаевич удивится!
В полутемном холле заведения курятся благовония. Мягкие низкие диваны с обилием подушек, шелк, напольные вазы — интерьер напоминает тайский массажный салон. Меня встречает любезная кариока-менеджер в шелковом халате с вышитыми жар-птицами. Она свободно говорит по-английски, предлагает мне асаи и каталог с образцами бикини-дизайна.
— О, это что-то вроде интим-тату? — удивляюсь я, рассматривая в каталоге моделей с диковинной росписью в самых интимных местах.
— Нет, что вы! — тонко улыбается бразильянка. — Интим-тату — это только базис. А настоящий бразильский бикини-дизайн делается с использованием интимных паричков, генитальной стрижки с укладкой и пирсинга.
Верно: предложенный мне каталог буквально сражает многообразием шедевров этого искусства!
— Бикини-дизайн нужно уметь с достоинством носить и показывать! — убеждает меня менеджер. — Здесь, конечно, многое зависит от вашей грации и пластики, от раскрепощенности.
Неожиданно бразильянка распахивает полы халата и показывает мне причудливую картину внизу своего живота. Черно-желтый огнедышащий дракон извергает красно-оранжевые языки пламени вверх, к пупку кариоки, а в его зрачки вмонтированы желтые и зеленые стразы. Впечатляет! Это вам не дом-музей мецената!
— Это работа нашего мастера Диего! — с гордостью заявляет кариока. — Бикини-дизайн — это очень важно. Особенно когда живешь в городе, который почти всегда раздет. Это искусство интимной красоты, которое в полной мере раскрывает в нас сокровенное, позволяет насытить нашу жизнь чувственностью и подарить нашему партнеру искреннее наслаждение от созерцания нашего тела.
Девушка объясняет мне, что художественное вмешательство в зону бикини нужно как для гигиенических целей — чтобы содержать интимную область в порядке, так и для коррекции вида нашей обнаженной натуры.
— При помощи удачно подобранной формы стрижки на причинном месте можно улучшить визуальный эффект от своего ню и скрыть недостатки — сузить слишком широкие бедра, удлинить слишком короткие ноги и пр. Но основная цель подобного украшательства — все же возбудить сексуальное желание партнера. Показать вам самые модные в этом сезоне фасоны интимных причесок?
Соглашаюсь. Кариока приносит мне новый каталог, изобилующий фигурными стрижками в библейских местах. Мое внимание привлекают две — фигура Христа на Корковаду и надпись «LEBLON». А теперь представьте, что это все выбрито, извиняюсь, на лобке, — и вообразите себе мое состояние!
Взяв себя в руки, интересуюсь ценой вопроса.
— Обращаю ваше внимание, что бразильский бикини-дизайн включает в себя не только фигурную стрижку интимной области, но и частичную депиляцию, окраску лобковых волос в нужный тон и декор при помощи страз. Поэтому цена договорная. Начинается она от пятисот реалов, а дальше все зависит от вашей фантазии и креативных предложений мастера.