Страница 39 из 67
А еще теперь я точно знаю, что над суетной, кишащей сиюминутными страстями ипанемой нашей жизни всегда парит ОН. Великий Искупитель возвышается, раскрывая спасительные объятия заблудшим душам детей Ипанемы. Больших и маленьких, послушных и не очень. Все понимающий и все прощающий Cristo Redentor лечит прогревает сердца нежных, потерявшихся в людском водовороте кариок. Этих всегда бодрых духом и бесконечно прекрасных вечных девушек с Ипанемы — как совсем юных, так и прошедших долгую, пусть многотрудную, но все равно прекрасную жизнь.
Глава четвертая
Арпоадор с тобой!
6 декабря
7.00. Доброе утро, Рио! Это мое четвертое утро здесь. Вроде бы так мало, но и очень много! Я чувствую, что прижилась в этом городе: меня уже не так распирает от новых впечатлений. С каждым новым утром я становлюсь будто быстрее и легче — как птица, парящая в родном небе.
До завтрака отправляюсь купаться. Причем отправляюсь бегом. Еще вчера, пытаясь заснуть, объевшись на ночь мясным стейком, я пообещала себе по утрам совершать пробежки. Тем более в Рио все к этому располагает.
До Копакабаны бегу трусцой прямо в своем filo dental только вместо привычных вьетнамок — кеды. Утренние волны ласкают мое тело и побуждают мечтать о близком счастье и верить в него. «Все будет хорошо!» — шепчет мне Атлантика. «Чудесно будет!» — подтверждает океанский бриз, решительно сбивая в стадо кучи игривых и непослушных кудрявых овечек-волн.
Всего-то семь утра, а солнце уже палит нещадно. В декабре в Бразилии разгар лета. А зима здесь с мая по сентябрь, временное освобождение от постоянной жары.
Говорят, зимы в Бразилии суровые: температура порой опускается ниже 20 градусов тепла и выпадают сильные тропические ливни, льющие по несколько дней кряду. Дожди эти, конечно, все равно теплые — но местное население находит их слишком обильными. И вообще, они прерывают привычную и приятную пляжную жизнь. Если серьезно, то и в радостном Рио у стихии случаются припадки. Зимой здесь пусть редко, но бывают наводнения, ураганы и шквальные ветры. А за последние 20 лет даже несколько раз выпадал снег. Удивлению местных жителей не было предела, а игра в снежки мигом опередила по популярности футбол, пляжный волейбол и даже самбу.
На завтрак съедаю банан и выпиваю чашку кофе. Бананы в Рио — отдельная история. В отличие от тех, что продаются в Москве, здесь эти фрукты какие-то очень плотные, слишком сладкие и чрезвычайно сытные. Съев один такой, чувствуешь себя сытой настолько, словно угостился обедом из трех блюд. Как одинокая путешественница, находящаяся на самофинансировании, я быстро уловила экономическую ценность бананов и стала один съедать за завтраком, а второй потихоньку выносить с собой. Если неохота тратить деньги и время на обед в ресторане, имея в сумочке банан, можно спокойно дожить до ужина.
10.00. Иду пешком в торговый центр «Shopping Rio Sul». Судя по карте, это недалеко от моего отеля: надо только пройти вдоль по авенида Атлантика — но не по направлению к Ипанеме, как я шла вчера, а в противоположную сторону. Через два блока свернуть налево на авенида Принцессы Изабель (Avenida Princesa Isabel), затем пройти через туннель под мостом и выйти на авенида Лауру Мюллера (Avenida Lauro Müller).
Туннель проделан в огромной, покрытой зеленью горе. Это одна из многочисленных зеленых гор Рио, которыми я могу любоваться со своего балкона. По самым большим из них вверх уползает бесформенная серая масса — это трущобы. Издалека фавелы смотрятся как бесформенная опухоль, неровно, но неумолимо поглощающая здоровую зеленую гладь местных холмов.
Туннель довольно длинный и совсем темный, зато в нем прохладно. Идти по нему немного страшно. Слева на огромной скорости пролетают автомобили, а на узкой пешеходной дорожке то и дело спотыкаешься о спящих бездомных. Спасаясь от дневного солнцепека, бомжи-кариоки устраиваются на сиесту в прохладном сумраке многочисленных горных туннелей города.
Несмотря на утро рабочего дня, в «Rio Sul» полно посетителей. В основном это кариоки женского пола в окружении детей, а возможно, даже внуков. Шумными возбужденными стайками женские компании ходят по магазинчикам торгового центра, а потом долго и с удовольствием заседают в местных кафе, шурша многочисленными пакетами и обсуждая покупки.
Кондиционер в этом шопинг-молле работает настолько мощно, что я даже замерзаю. Заглядываю в бутики — тут есть как дорогие именные, так и известные сетевые бренды, такие же как в Европе и Штатах. Мне нравится, как непосредственно шопничают кариоки — без всякого стеснения вываливаются из примерочных чуть ли не в нижнем белье, громогласно советуются с подружками и продавщицами. Спорят, как дети, и по-детски радуются удачному выбору. Долго выбирают, но, если уж вещь подошла, покупку совершают решительно, не считая денег и не терзаясь скупыми расчетами.
Меня привлекает небольшая лавочка под названием «Pepita». Судя по всему, это что-то типа стока, распродажи товаров местного производства: цены невысокие, а продается куча ярких разношерстных вещей самого разного назначения. У входа в лавку можно взять корзинку и набить ее до отказа всякими майками, трусиками, носочками, заколками и прочей дребеденью по цене не выше 10 реалов.
Справа от «Pepita» красуется магазин, в который, если честно, мне хочется гораздо больше. В его витринах выставлены платья такой необыкновенной красоты, что у меня захватывает дух. Причем выполнены они в истинно латинском стиле — насыщенные цвета, необычный крой, очень узкие либо, наоборот, очень пышные юбки. Но даже через витрину я вижу: ценники на этих произведениях искусства — со многими нулями. Не про мою душу наряды. Зайти внутрь — только расстроиться.
Скрепя сердце хватаю корзинку и углубляюсь в «Pepita». У меня есть дар в ворохах недорогого ширпотреба находить неожиданные изыски. Уж сколько своих нарядов, кажущихся окружающим немыслимо дорогими, на самом деле я отрыла на самых дешевых европейских барахолках или самых кустарных азиатских базарах! Лев всегда хвалил меня за этот талант. Шутка ли: меня не обязательно водить по бутикам, как гламурную фифу. Достаточно закинуть на большой вещевой развал и отпустить вволю порезвиться хотя бы на час. Я вернусь вся в обновах, а стоить это будет сущие копейки. А уж сколько раз я обещала себе бросить эти дешевые привычки и начать покупать дорогие вещи! Ведь как свита делает короля, по-настоящему дорогой женщину делают ее гардероб и аксессуары. Но, видно, судьба мне наряжаться во всяких «пепитах»…
Впрочем, не так уж она и плоха, эта «Pepita»! Я с азартом набиваю корзинку игривыми стрингами, кокетливыми носочками с кружевными оборками (их сейчас модно надевать с кедами), забавными резинками для волос и набором обручей — при здешней влажности ими хорошо убирать завивающуюся во все сторону челку.
И тут я вижу нечто, что меня потрясает до глубины души! Это платье в стиле танго — узкое, насыщенного карминного цвета. С виду оно простое, но от него просто невозможно оторвать взгляд! Не знаю, как оно попало в «Pepita», ему самое место в бутике по соседству. Наверное, этот умопомрачительный наряд оказался здесь случайно — и поэтому он совершенно одинок! У него нет братьев и сестер из этого же модельного ряда — и ни из какого другого. Других платьев в «Pepita» просто нет: танго — единственное платье на весь магазин, которое каким-то чудом затесалось среди дешевых блузок, маек и косынок. Я не могу удержаться и ухожу с ним в примерочную.
Через минуту, уподобляясь кариокам, без стеснения вываливаюсь наружу. Это платье — воплощенный сексапил! Оно, словно вторая кожа, плотно облегает фигуру, оставляя плечи совершенно голыми, а по нижнему краю, чуть выше колен, разбегаются воздушные оборки алого шелка.
Продавщицы и немногочисленные покупатели магазина издают вздох восхищения и окружают меня, восклицая что-то похвальное. Кариоки показывают свои знаменитые фиги обеими руками и радостно гомонят на своем, как возбужденные птицы.