Страница 31 из 74
После ручья Милокаргут «Прекрасная Колесница» прошла через деревню Сашертелутен, в самом сердце страны ко-юконов. По совету Кайетты экипаж принял некоторые предосторожности, поскольку за ко-юконами закрепилась дурная слава нечистых на руку. Когда они приближались к фургону, приходилось следить, чтобы они не проникли внутрь. Впрочем, симпатичные стеклянные бусы, щедро поднесенные вождям племени, произвели благотворное впечатление, и обошлось без неприятностей.
Тем временем путь по узкому основанию сопок значительно усложнился, но избежать его возможно, только углубившись в еще более горный район.
Путники уже сильно утомились, но все-таки не стоило слишком задерживаться на стоянке. Становилось холоднее, особенно по ночам, что вполне нормально для этого времени года, если вспомнить, что маршрут пролегал всего несколькими градусами южнее Полярного круга.
Семейство Каскабель дошло до резкого поворота реки на север. Предстояло спуститься по ней дальше до слияния с двумя извилистыми рукавами Коюкука. Почти целый день ушел на поиски брода, Кайетта нашла его не без труда, так как уровень воды уже повысился.
Переправившись через этот приток, «Прекрасная Колесница» снова взяла курс на юг по довольно пересеченной местности до форта Нулато.
Нулато имел огромное торговое значение и принадлежал Российско-Американской компании. Это самая северная фактория, основанная на западе Америки, так как, по данным Фредерика Вимпера, она расположена на широте в 64 градуса и 42 минуты и на долготе — 155 градусов 36 минут.
Трудно поверить, что эта часть Аляски находится в столь высоких широтах. Почва здесь, бесспорно, гораздо плодороднее, чем в окрестностях Форт-Юкона. Повсюду стройные деревья, луга, покрытые ковром зеленеющей травы, не говоря об обширных равнинах, которые весьма благоприятны для возделывания, поскольку их глинистая почва удобрена толстым слоем перегноя. К тому же река Нулато, устремляясь на юго-запад, широко разливается густой сетью ручьев и речек на северо-восток. Однако местная растительность ограничена дикими ягодами, созревающими на кустах, предоставленных воле природы.
Здания Форт-Нулато окружены деревянными стенами, усиленными двумя башнями, ночью индейцам запрещалось проходить в форт, а днем позволялось входить только небольшими группами. За оградой располагались деревянные избы, склады и магазины с окнами, в которых вместо стекол вставлялись тюленьи мочевые пузыри. Трудно представить себе что-либо более примитивное, чем эти населенные пункты на дальнем севере Америки.
Семейство Каскабель здесь приняли весьма предупредительно. В отдаленных от регулярных путей сообщения местечках Нового Света прибытие гостей с новостями из самых разных краев всегда желанно — это настоящее развлечение, настоящий источник радости.
В Форт-Нулато жили два десятка служащих, русских и американцев, любезно предоставивших в распоряжение труппы все необходимое. Компания регулярно снабжала форт, к тому же служащие пополняли свои запасы в течение лета, охотясь на лосей и оленей и ловя рыбу в водах Юкона. Особенно много попадалось налима, в основном пригодного для собак, но зато печень налима любят все, кто хоть раз её пробовал.
Понятно, что жители Нулато несколько удивились, завидев «Прекрасную Колесницу», но изумление стало еще больше, когда господин Каскабель поведал им свой план возвращения в Европу через Сибирь. Надо же, ничто не страшит этих французов! Что касается завершения первой половины пути в Порт-Кларенсе, то хозяева форта подтвердили, что она должна пройти благополучно и завершиться прежде, чем равнины Аляски скует стужа.
По совету господина Сержа решили приобрести кое-что необходимое для перехода через тундру и тайгу. Прежде всего запаслись несколькими парами очков, незаменимых на зимней дороге по слепящим снежным пространствам. В обмен на несколько стеклянных безделушек индейцы согласились дать дюжину этих приспособлений. Из дерева, без стекол очки, точнее наглазники, прикрывали глаза и оставляли только узкую щелочку, вполне достаточную, чтобы ориентироваться без особого труда в окружающем пространстве и избежать воспаления глаз, неизбежного при отражении света от снега. Весь экипаж примерил наглазники и согласился, что к ним легко привыкнуть.
Следовало подумать не только о глазах, но и о ногах, так как в ботиночках или легких туфлях не очень-то погуляешь по тундре в сибирскую непогоду.
В магазине Нулато им предложили унты из тюленьих шкур, прекрасно приспособленные к долгим путешествиям по льдам и снегам, поскольку они не промокают благодаря толстому слою жира.
По этому поводу господин Каскабель поучительно заметил:
— В одежде всегда надо брать пример с животных той страны, которую проходишь! А поскольку Сибирь — страна тюленей… мы оденемся как тюлени…
— Как очкастые тюлени! — подхватил Сандр под родительское одобрение.
Семейство оставалось в Форт-Нулато еще два дня для отдыха доблестной упряжки, которой уже не терпелось добраться до Порт-Кларенса. «Прекрасная Колесница» тронулась в путь двадцать первого августа на рассвете и теперь окончательно покинула правый берег великой реки.
Юкон, резко отклоняясь на юго-запад, вливался в залив Нортон. Следовать дальше вдоль реки бесполезно, так как устье располагалось южнее Берингова пролива, и оттуда пришлось бы идти к Порт-Кларенсу вдоль побережья, изрезанного фьордами, бухтами и притоками, где Вермуту и Гладиатору пришлось бы впустую тратить свои силы.
Холод уже заявлял о себе. Косые лучи солнца давали еще достаточно света, но мало согревали. Плотные тучи, нависавшие сероватой массой, угрожали разродиться снегом. Мелкая дичь встречалась все реже, перелетные птицы подумывали о спасении в теплых краях.
До сего дня — и с этим можно было себя поздравить — господин Каскабель и его спутники не устали от путешествия. Их словно одарили железным здоровьем; но на самом деле они обязаны этим своей скитальческой жизни, умению быстро приспосабливаться к любому климату, крепкому благодаря постоянным тренировкам сложению. И потому они с полным правом надеялись, что прибудут в Порт-Кларенс живыми и здоровыми.
Пятого сентября семья Каскабель достигла своей цели, пройдя пятьсот лье от Ситки и около тысячи ста лье от Сакраменто, то есть тысячу шестьсот лье по всему западу Америки за семь месяцев.
Глава XV
ПОРТ-КЛАРЕНС
Порт-Кларенс — самый удаленный на северо-запад порт в Северной Америке. Он расположен на южной оконечности мыса Принца Уэльского и является как бы ноздрей носа того лица, профиль которого напоминает берег Аляски. Порт предоставлял великолепную якорную стоянку, очень удобную для мореплавателей и особенно для китобоев в арктических морях.
«Прекрасная Колесница» бросила якорь у берега внутренней гавани, около устья небольшой речки, под отвесными скалами увенчанными зарослями хилых берез. Здесь маленькой труппе предстоял самый долгий привал за все путешествие. Вынужденный отдых — ибо поверхности пролива в это время года еще далеко до твердого состояния.
К сожалению, фургону не переправиться через пролив на суденышках, обслуживавших Порт-Кларенс и представлявших собой всего-навсего рыбачьи лодки небольшого водоизмещения. Поэтому план достигнуть азиатского берега, когда море превратится в одну огромную льдину, оставался в силе.
Длительная остановка не вызывала возражений, так как впереди — вторая часть путешествия, где путников ожидали настоящие трудности, борьба с холодом и метелями, по крайней мере, пока они не достигнут более приветливых южных территорий Сибири. Но несколько недель, возможно, несколько месяцев ожидались очень суровых, и оставалось только радоваться, что есть время на приготовления к столь тяжелому переходу. Хотя кое-что закупили у индейцев вблизи Форт-Нулато, некоторых предметов еще не хватало, и господин Каскабель рассчитывал приобрести их либо у торговцев, либо у аборигенов в Порт-Кларенсе.