Страница 44 из 130
Когда Пенкроф положил дробинку на стол, его товарищи смотрели на нее с великим изумлением. Все последствия этого события, столь важного, несмотря на свою кажущуюся незначительность, внезапно предстали их уму.
Неожиданное появление сверхъестественного существа поразило бы их не больше.
Сайрес Смит тотчас же высказал предположения, вызванные столь удивительным и неожиданным обстоятельством. Он взял дробинку, повертел ее между пальцами и спросил Пенкрофа:
— Уверены ли вы в том, что поросенок, в котором вы нашли эту дробинку, был трех месяцев от роду?
— Никак не старше, мистер Сайрес, — ответил Пенкроф. — Когда я нашел его в яме, он сосал свою мать. В таком случае, это доказывает, что самое большее три месяца назад на острове Линкольна раздался ружейный выстрел, — сказал инженер.
— И что этим выстрелом был ранен, но не смертельно, наш поросенок, — добавил Гедеон Спилет.
— Это совершенно несомненно, — продолжал Сайрес Смит, — и вот какие выводы надлежит сделать по этому поводу: либо остров был обитаем до нашего приезда, либо на нем высадились какие-нибудь люди самое большее три месяца тому назад. Пришли ли эти люди волей или неволей, пристали ли они к острову или были выброшены крушением? Это возможно будет выяснить лишь позже. Ничто не позволяет нам узнать, кто они: европейцы или малайцы, враги или друзья; нам тоже неизвестно, находятся ли они еще на острове или покинули его. Но эти вопросы касаются нас слишком близко, и мы не можем дольше оставаться в неведении.
— Нет, сто раз нет, тысячу раз нет! — вскричал моряк, вскакивая из-за стола. На острове Линкольна нет других людей, черт возьми! Остров невелик, и будь он обитаем, мы бы уж увидели кого-нибудь из его обитателей.
— Трудно допустить противоположное, — сказал Герберт.
— Но еще труднее себе представить, — заметил журналист, — что этот пеккари родился с дробинкой в теле.
— А может быть, у Пенкрофа… — серьезно сказал Наб.
— Помилуй, Наб, — возразил Пенкроф, — неужели я целых пять или шесть месяцев не замечал у себя во рту дробинки? Где же она могла спрятаться? — И моряк открыл рот, показывая тридцать два великолепных зуба. — Погляди как следует, Наб, и если ты найдешь у меня во рту хоть один зуб с дуплом, я позволю тебе вырвать их полдюжины.
— Предположение Наба недопустимо, — сказал инженер, который, несмотря на свою серьезность, не мог не улыбнуться. — Несомненно, на острове выстрелили из ружья не больше трех месяцев назад. Но я склонен думать, что те люди, которые пристали к острову, находились здесь весьма недолгое время либо побывали мимоходом. Ведь если бы остров был обитаем в то время, когда мы осматривали его с вершины горы Франклина, мы бы их заметили, либо они увидели бы нас. Вероятно, буря выбросила на берег несколько недель назад каких-нибудь мореходов, потерпевших крушение. Как бы то ни было, этот вопрос необходимо выяснить до конца.
— По-моему, нам следует действовать осторожно, — сказал журналист.
— Я тоже так думаю, — ответил Сайрес Смит. — К сожалению, можно опасаться того, что к острову пристали малайские пироги.
— Мистер Сайрес, — спросил моряк, — не следует ли нам, прежде чем пуститься в разведку, построить лодку, на которой мы могли бы подняться вверх по реке или, в случае нужды, обогнуть берег острова? Надо быть готовыми ко всему.
— Это хорошая мысль, Пенкроф, — ответил инженер. — Но нам некогда ждать. Для того чтобы построить лодку, нужно не меньше месяца.
— Настоящую лодку — да, — возразил моряк. — Но нам не нужна лодка, которая ходит по морю, а построить лодку, достаточно прочную, чтобы плавать по реке Благодарности, я берусь за пять дней.
— В пять дней построить лодку?! — вскричал Наб.
— Да, Наб, лодку индейского образца.
— Из дерева? — спросил негр недоверчивым тоном.
— Из дерева, или, вернее, из коры. Повторяю вам, мистер Сайрес, ее можно сделать дней за пять.
— Если за пять дней — я согласен, — ответил инженер.
— А пока что мы должны быть осторожны, — сказал Герберт.
— И очень, друзья мои, — подтвердил инженер. — Я попрошу ограничить ваши охотничьи экспедиции окрестностями Гранитного Дворца.
Обед кончился не так весело, как думал Пенкроф. Итак, значит, на острове живет или жил еще кто-то, кроме колонистов. После происшествия с дробинкой это было неоспоримо, и подобное открытие могло лишь встревожить обитателей Гранитного Дворца.
Сайрес Смит и Гедеон Спилет, прежде чем лечь спать, долго беседовали на эту тему. Они спрашивали себя, не связан ли случай с дробинкой с необыкновенными обстоятельствами спасения инженера и другими странными фактами, которые так часто их удивляли. Обсудив вопрос со всех сторон, Сайрес Смит сказал:
— Хотите знать, что я об этом думаю, Спилет?
— Конечно, Сайрес.
— Так вот: как бы тщательно мы ни обследовали остров, мы ничего не обнаружим.
На следующий же день Пенкроф принялся за работу. Он не предполагал сооружать лодку с полной оснасткой и обшивкой — ему требовалась простая плоскодонка для передвижения по реке Благодарности, особенно у истоков, где река была мелкой. Для постройки легкого суденышка было достаточно нескольких сшитых кусков коры; в случае естественных препятствий такую лодку легко было переносить — она не была слишком тяжелой и громоздкой. Пенкроф рассчитывал плотно скрепить полосы коры гвоздями и сделать свое судно совершенно не проницаемым для воды. Оставалось найти деревья с гибкой и крепкой корой, пригодной для такой обработки. Последняя буря повалила немало сосен, которые вполне подходили для такого рода построек. Несколько деревьев лежало на земле, и оставалось только содрать с них кору. Из-за несовершенства инструментов, которыми располагали колонисты, эта часть работы оказалась самой трудной. Но в конце концов дело было сделано.
Пока Пенкроф с помощью инженера трудился, не теряя ни минуты, Гедеон Спилет и Герберт тоже не бездельничали. Они взяли на себя поставку провизии для колонии. Журналист не переставал восхищаться юношей, который необычайно искусно владел луком и рогатиной. Герберт проявлял большую отвагу и хладнокровие, которые можно было бы назвать «разумной храбростью». Помня наставления Сайреса Смита, оба охотника не отходили больше чем на две мили от Гранитного Дворца, но даже в начале леса попадалось достаточно агути, кенгуру, диких свиней, пеккари. Со времени прекращения холодов западни стали давать мало дичи, но крольчатник по-прежнему поставлял обычное количество живности, и ее хватило бы, чтобы прокормить все население острова Линкольна.
Во время охоты Герберт часто беседовал с Гедеоном Спилетом о происшествии с дробинкой и о заключениях, к которым пришел инженер. Однажды, 26 октября, юноша сказал журналисту:
— Не кажется ли вам удивительным, мистер Спилет, что потерпевшие крушение, если они действительно высадились на острове, ни разу не появились в виду Гранитного Дворца?
— Это весьма удивительно, если они еще на острове, но ничуть не странно, если их больше здесь нет, — ответил журналист. Так вы, значит, думаете, что эти люди покинули остров? — продолжал Герберт.
— Это более чем вероятно, мой мальчик. Если бы их пребывание на острове затянулось и они все еще были бы здесь, какое-нибудь обстоятельство в конце концов раскрыло бы их присутствие.
— Но если они смогли отсюда уехать, значит это не потерпевшие крушение, — заметил юноша.
— Нет, Герберт, или, вернее, если они и потерпели его, то, так сказать, временно. Весьма возможно, что буря выбросила их на берег, но не разбила их корабль, и, когда ураган стих, они снова уплыли.
— Надо сознаться, — сказал Герберт, — что мистер Сайрес всегда больше опасался, чем желал присутствия людей на нашем острове.
— Ты прав, — ответил журналист. — По его мнению, в наших краях могут быть только пираты, а от них лучше быть подальше.
— Не исключена возможность, что мы когда-нибудь обнаружим следы их высадки, и этот вопрос выяснится, — сказал юноша.