Страница 25 из 63
— Кто он?
— Коммодор Уррикан.
— Но мне кажется, что это еще лучше…
— Да, лучше, потому что он сразу попадает в пятьдесят третью клетку, значительно опережая всех других… Но, с другой стороны, очень нехорошо…
И Джовита Фолей предалась неудержимым проявлениям радости, настолько же шумным, насколько и необъяснимым.
— Но почему же нехорошо? — спросила Лисси Вэг.
— Потому что коммодор отослан к черту на кулички.
— К черту на кулички?
— Да!… В самую глубину Флориды! Дальше чем за две тысячи миль отсюда!
Но эта новость не обрадовала больную в такой степени, как ожидала Джовита. Ее доброе сердце пожалело даже коммодора.
Начиная со следующего дня Лисси Вэг начала есть с большим аппетитом, ее лихорадка совершенно исчезла, но вставать с постели доктор Пью не позволил. Время для обеих подруг тянулось необыкновенно долго, особенно для Джовиты. Она часто сидела в комнате больной, и разговор — не в форме диалога, а скорее монолога — порой был очень оживлен.
Но о чем стала бы говорить Джовита Фолей, как не о штате Висконсин, по ее словам, самом красивом, самом интересном из всех штатов Америки! С путеводителем в руках она болтала не переставая и успела изучить его так хорошо, что без запинки объясняла подруге.
— Представь себе, — говорила Джовита, — раньше этот штат назывался Месконсин, по имени реки, протекающей там; нигде в мире нет страны, которая могла бы с ним сравниться. На севере до сих пор еще видны остатки старых сосновых лесов, покрывавших когда-то всю его территорию. В нем имеются лечебные источники, превосходящие даже источники штата Виргиния, и я уверена, что если бы твой бронхит…
— Но, — заметила Лисси, — разве же мы сейчас едем не в Милуоки?
— Да, в Милуоки, важнейший город штата. Это слово на старом индейском языке означает «прекрасная страна». Город с населением в двести тысяч душ, среди которых немало немцев. Его называют поэтому германо-американскими Афинами…[101] О, если бы мы были сейчас там, какие восхитительные прогулки совершили бы по скалистому берегу реки, застроенному красивыми зданиями! Безукоризненно чистые кварталы с домами из молочно-белого кирпича… Потому город и заслужил название… Неужели ты не догадываешься какое? Крем-Сити, моя дорогая… Сливочного города!… В него хотелось бы обмакнуть хлеб… О, зачем только этот проклятый бронхит не позволяет нам отправиться туда тотчас же!
И Джовита Фолей продолжала читать страницу за страницей свой путеводитель, узнавая о различных превращениях этой страны, в прошлом населенной индейскими племенами и колонизованной франко-канадцами в эпоху, когда она была известна под именем Беджер-Стэт, штата Бобров. Среди городов штата Висконсин самый замечательный — Мадисон, раскинувшийся между озерами Мендота и Монона. А что за прелесть захолустные городки этого озерного края!
Утром тринадцатого числа любопытство жителей Чикаго достигло критической точки. Зал Аудиториума кишмя кишел публикой — как в тот день, когда происходило чтение завещания. И немудрено: в восемь часов объявлялся результат седьмого метания игральных костей в пользу таинственной и загадочной личности, скрывающейся под инициалами X.K.Z.
Тщетно старались раскрыть инкогнито седьмого партнера. Самые ловкие репортеры, самые талантливые ищейки местной хроники потерпели неудачу. Несколько раз им казалось, что они напали на настоящий след, но тут же убеждались в своей ошибке. Предполагали, что покойный хотел привлечь к участию в партии одного из своих коллег из «Клуба чудаков», предоставив ему седьмой шанс в своем матче. Некоторые даже называли Джорджа Хиггинботама, но почтенный член клуба официально опроверг слух. Когда же обращались к нотариусу Торнброку, он заявлял, что его миссия состоит исключительно в точном и своевременном извещении по телеграфу в местные почтовые отделения о результатах тиражей (в том числе касавшихся и «человека в маске»). Тем не менее многие надеялись, и, возможно, не без основания, что в то утро господин X.K.Z. ответит на призыв к его инициалам в зале Аудиториума.
Но присутствующие были разочарованы, совершенно разочарованы: в маске или без маски — никакого субъекта в зале не появилось, когда мистер Торнброк выбросил из кожаного футляра на стол игральные кости и громко произнес:
— Девять, из шести и трех. Двадцать шестая клетка, штат Висконсин.
Зрители не желали расходиться. Они ждали. Но никто не являлся. И пришлось покориться. Вечерние газеты того дня были единодушны: ну нельзя же так потешаться над населением!
И все же волнение публики не шло ни в какое сравнение с беспокойством, охватившим Джовиту Фолей: по странному совпадению, господину в маске выпало то же число — девять, и тоже из шести и трех. Это означало, что господин X.K.Z. отправлялся в тот же двадцать шестой квадрат, и, если Лисси Вэг не успеет покинуть его до приезда своего конкурента, ей придется поменяться с ним местами, то есть вернуться к началу игры. Их удача снова находилась под угрозой, пока Лисси оставалась прикованной к постели.
Двадцать второго мая никаких известий о X.K.Z. не поступило, в Висконсин он еще не прибыл. Правда, на почту он мог прийти и в последний срок — двадцать седьмого, у Лисси еще оставался шанс… И она почти выздоровела, но тут заболела Джовита. У нее сделался нервный припадок, поднялась температура, пришлось лечь в постель. Это обстоятельство подтолкнуло Лисси Вэг к твердому решению забыть о затее покойного Гиппербона с его шестьюдесятью миллионами — отныне и навсегда. Но ближе к вечеру Джовита поднялась, еще раз проверила и заперла чемодан.
— О, — вскричала неугомонная особа, — я отдала бы десять лет жизни за то, чтобы сейчас уже быть в дороге!
Десять лет, отдаваемые ею неоднократно, и другие десять, которые она, вероятно, не раз еще отдаст в течение путешествия, составили бы такую внушительную цифру, что ей осталось бы очень немного времени прожить на этом свете! День закончился бы без происшествий, если бы около шести часов к подругам не явился гость, которого они не ждали.
— Здесь живет мисс Лисси Вэг? — спросил незнакомец, поклонившись молодой девушке.
— Да, здесь.
— Могла бы она принять меня?
— Но… — начала Джовита нерешительным тоном, — мисс Вэг была очень больна…
— Значит, имею удовольствие говорить с мисс Джовитой Фолей?
— Вы не ошиблись. И может быть, я могла бы заменить Лисси?
Предпочел бы увидеть ее своими собственными глазами, если только возможно.
— Могу спросить, для чего?
— У меня нет причин скрывать цель прихода, мисс Фолей. Я собираюсь принять участие в матче Гиппербона в качестве держателя пари и поставить большую сумму на пятого партнера. И вы понимаете… мне хотелось бы…
Понимала ли Джовита Фолей? Разумеется, и несказанно обрадовалась. Наконец-то нашелся хоть один, кто готов был рискнуть тысячами долларов, держа за Лисси пари! Перед ней стоял человек лет пятидесяти, с легкой сединой в бороде, с очень живыми глазами, более живыми даже, чем бывает у людей его возраста. Джентльмен изысканного вида, со стройной фигурой, умным, выразительным лицом и необыкновенно мягким голосом настаивал на встрече с Лисси Вэг в безукоризненно вежливой форме. В общем, Джовита Фолей не нашла никаких оснований отказать ему.
— Могу я узнать ваше имя, мистер? — спросила она.
— Гемфри Уэлдон из Бостона, Массачусетс, — ответил незнакомец.
И, войдя в переднюю комнату, он направился в следующую, где была Лисси Вэг.
Увидав его, молодая девушка поспешно встала.
— Не беспокойтесь, пожалуйста, — сказал гость. — Простите мою навязчивость, но мне очень хотелось вас повидать… Только одну минуту… — И сел на придвинутый ему стул. — Как я уже сказал, имею намерение поставить на вас значительную сумму, так как верю в ваш успех, и мне хотелось убедиться в том, что состояние вашего здоровья…
[101] Афины — прекрасный древний город, культурный и политический центр в Древней Греции.