Страница 54 из 61
Снаружи стены испещрены отверстиями для обороны. На первом этаже Дома находятся квартиры братьев ордена крови — маленькие, низкие, подобные монашеским кельям, соединенные внутренними круглыми ходами. Над ними расположились большие, занимающие два этажа помещения с высокими узкими остроконечными окнами, а именно комната для собраний, где «восьмерка» принимала федеральные и иностранные делегации, общие спальные комнаты гвардейцев и капелла Дома, приспособленная братством под хранилище ЗЛА и крови горожан. Вход в Дом с внутреннего двора, попасть туда можно только под перекрестным огнем защитников замка.
Последняя, самая высокая башня, выдвинутая на северо-запад, с очень поэтичным названием Пайнтурм («Башня пыток»), прекрасно сохранилась. Нечисть — она страх как любит всяческие башни. Хлебом их не корми, дай только занять какую-нибудь башню повыше. А лучше построить, да такую, чтобы отовсюду стало видно, — вот где она, нечисть-то, сидит. Но это все касается мелкой сошки, бамбергские вампиры — нечисть высшего ранга, все свои вампирские понты они давно воплотили в своих наркобюджетах, равных годовым бюджетам супердержав. Поэтому и к башням подход у них был сугубо практический. Вампиры приспособили Пайнтурм под главную смотровую башню. Теперь сюда, на расположенные по кругу большие сверхчеткие мониторы, стекалось по оптоволокну изображение со всех камер, понатыканных в бойницах крепостных стен и башен. У мониторов в удобных креслах устроились шесть новоиспеченных властителей Черняевска. Еще двое, Блутов и Сангров, расположились на втором этаже северного здания, в комнате для собраний, и вели там непринужденную беседу с Аней Гелочек. Одета она была, по случаю приема у глав города, в черное платье до пят с откровенным вырезом на спине и красные кеды. Аня пришла к замку со Следаком, но его пришлось оставить у главных ворот — там, где их встретил БТР и взвод вооруженных до зубов гвардейцев. Следак остался ждать Охотника, который обещал прибыть к воротам замка с минуты на минуту.
Теперь сутулая фигура нервничающего, всклокоченного Следака мерила шагами землю рядом с бронетранспортером на экране одного из мониторов, а Аня, которую, к ее удивлению, беспрепятственно пропустили в замок, словно давно ожидаемую гостью, заканчивала свою речь перед картинно-спокойными и радушно улыбающимися хозяевами замка:
— …И последний козырь — мы нашли и вызвали сюда Охотника. Надеюсь, вам не нужно объяснять, кто это? Не бойтесь, вампиры его не интересуют.
Блутов и Сангров одновременно актерски округлили красивые глаза и зацокали языками, показывая, как им страшно. Так издевательски они вели себя всю Анину речь, как мальчишки корча смешные рожи, что совершенно не соответствовало их дорогим костюмам и вальяжному виду. Но сбить Аню с ее серьезного настроя оказалось не так-то легко.
— Может быть, для всех вы и бессмертные, но только не для Димона. Правительственные войска, которые вы, с ваших слов, подтянули к городу и которые вот-вот прибудут к замку, все эти танки и вертолеты для нашего Димона — раз плюнуть. Только Охотник уберет его на раз. Он уже дал согласие и будет здесь с минуты на минуту. Мы с сестрой оставим вам город в обмен на половину запасов ЗЛА и секрет абсолона, уедем далеко и будем там счастливо жить, а на всеобщее счастье, Черняевск и ваши планы нам плевать. Это проблемы Следака, и пусть он попробует их решить с вами, без нас и Димона. Ну что, решайтесь! Яна, конечно, очень хороша в постели, но бесконечно Димона она там держать не сможет. У вас есть максимум пара минут.
Блутов перестал гримасничать и сразу снова стал выглядеть как очень интеллигентный и красивый глава города.
— Заманчивое предложение. Мы ждали сегодня ночью вашего отчима. Но, видимо, даже самые великие провидцы могут ошибаться и все пошло немного не так. Зато нам выпала воможность полюбоваться столь привлекательным существом. А какие гарантии, Анечка, что мы вас с вашим Димоном больше не увидим, если согласимся на ваши условия?
— Никаких. У вас нет выбора. У нас ваша смерть — Димон, его смерть — Охотник, а у вас ЗЛО нашего отца. С каждой секундой у вас все меньше шансов выжить. Перестаньте выделываться передо мной и подумайте, что для вас сейчас самое главное.
Вампиры переглянулись. На их вальяжных, румяных лицах проявились сочувственные полуулыбки. Блутов осуждающе покачал круглой головой, почмокал пухлыми губами и сказал:
— Главное, Анечка, определить дозу. Это еще Парацельс знал. Кто бы мог подумать, что одно и то же вещество в малых дозах доставит людям удовольствие, подарит радость и спокойствие, в чуть больших дозах — усыпит, добавим еще — превратит в диких зверей, ну а если дозы не соблюдать — просто разорвет на мелкие клочки. Это как со свободой — ее нужно строго дозировать, для чего и существуют институты власти. Правда, как хорошо людям ни делай, сколько счастьем ни корми, все равно найдутся недовольные бунтари. Например, безумный алкаш, которого никакие дозы счастья не берут, а на чужое счастье он без слез смотреть не может. И вот результат.
На стенах огромного рыцарского зала, переоборудованного в конференц-зал, как и в башне Пайнтурм, висели мониторы, на экранах которых попеременно сменялись кордоны у дворца, разрушенные дымящиеся донорские пункты и пугающе пустые улицы города.
Сангров, показывая ухоженным пальцем на мониторы, сказал Ане:
— Вот видишь, девочка, к чему привели ваши шалости с большим крылатым насекомым? Люди спят, они получили вчера свою двойную порцию счастья, потому что мы знали, что ночь будет жаркой. И будут спать еще сутки. А потом, если мы не вернем все на свои места, — их ждут ломки и серый, грязный мир. Да, я забыл, вам же на них наплевать… Две маленькие жадные испорченные куклы и злой на мир алкоголик вместе с крылатой тварью хотят лишить целый город заслуженного счастья. Хотя тварь не в счет. У нее свои цели, ее за ЗЛОм, скорее всего, прислали. Не думаю, кстати, что это демон. У нас с демонами хоть отношения исторически и не заладились, но есть взаимный договор о ненападении. Хотя им верить нельзя, они твари похитрее Гитлера будут. Только уж больно самозабвенно для демона ваш Димон ЗЛО уничтожает…
— Во-во! Адский отморозок! Так что советую поторопиться, господа вампиры.
— Так вот, с точки зрения таких простейших созданий, как люди, и созданные по их подобию големы, — продолжил Сангров, — вы все продумали правильно, план хорош. Но мы — не вы. Вы — всего лишь наша пища, домашние животные. Мы — вершина пищевой цепи, хозяева. Но, в отличие от всех этих духовных созданий, ангелов и демонов, мы из плоти и крови. Мы тоже когда-то родились людьми, но благодаря пытливому уму эволюционировали. Нам удалось разорвать в себе порочную связь между генами диких предков-полуобезьян и мятущимся пытливым духом человека разумного. Мы живем вне ваших общественных устройств, построенных по принципам древних приматов, и не отвлекаемся на ваши фальшивые ориентиры типа добра и зла. Мы не поддались соблазну века Просвещения и не стали материалиастами, сумели объединить достижения науки естественной и оккультной и стали людьми совершенными, Homo absolutus, новым витком эволюции. Новыми бессмертными правителями Земли. Кстати, в отличие от ваших человеческих правителей, мы не только пьем кровь народа, но еще и заботимся о нем. Наша пища счастлива, между прочим, потому что мы знаем необходимую ей дозу. Так вот, деточка, мы не боимся смерти, потери власти, а возможность побороться с достойным соперником — это просто подарок для нас, развлечение, которое выпадает раз в тысячу лет.
На мониторах слежения появились Следак и Охотник — бледный изящный юноша в белом и очень модном пиджаке. На голове у него плотно сидела смешная вязаная шапочка с висячими ушами, на лице красовались огромные клоунские очки с толстенными разноцветными сменяющимися линзами, по три штуки с каждой стороны очков. Розовые и оранжевые линзы Охотник поднял на лоб и смотрел на мир через зеленые фильтры. Они стояли у кордона, закрывающего вход во дворец. Блутов скомандовал по рации, чтобы их пропустили. Пока Следак с Охотником шли по коридорам, Аня видела их проход на мониторе, вот только, о чем говорили, услышать не могла. А разговор между ними шел преинтересный.